Тень за твоей спиной (СИ)

И всё же в одном этапе подготовки мне пришлось принимать активное участие. Для пошива свадебного платья меня отвезли к очень крутому дизайнеру. Тот сначала целую неделю продумывал концепцию, а потом осчастливил нас эскизом, на котором я, как ни старалась, ничего не смогла понять. Зато моя будущая свекровь зашлась в восторге и мгновенно согласилась. Несколько раз в неделю я послушно приезжала на примерки и когда увидела, что из всего этого получается, внутренне взбунтовалась.
Нет, я не стала спорить и критиковать, ясно понимая полную бессмысленность таких действий. Просто нашла подальше от дома, в столице, небольшое ателье и заказала там платье по своему желанию. Портниха несколько раз уточнила, правильно ли она поняла идею, и всё время, пока снимала мерки, заинтригованно косилась на меня. Но пообещала выполнить заказ точно и в срок.
***
Наконец приготовления были закончены, и до свадьбы остался один день. Утро мы с Артёмом провели в типографии, а потом приехали ко мне. Вечером Колесников должен был отправиться в свою квартиру — у нас была договорённость, что эту ночь я проведу одна. Помня, что времени мало, Артём не стал тянуть и быстро утащил меня в спальню. Опустил на кровать, мельком взглянул на лежащую в кресле пену кружев и с любопытством поинтересовался:
— Ты не суеверная, да? Не боишься, что я увижу твоё платье?
— Не боюсь, — пробормотала я, пока он стаскивал с меня одежду. — С тобой я ничего не боюсь!
— Очень рад, что мне досталась такая храбрая девочка, — шутливо прошептал Колесников, прижимая меня к себе.
Через три часа я проснулась. Несколько минут смотрела на спящего Артёма, потом прикоснулась губами к его щеке и тихо позвала:
— Эй, вставай! Тебе пора домой.
Он пошевелился и сладко потянулся.
— А почему я вообще должен уезжать? Сама же сказала, что не веришь во всякие суеверия.
— Дело не в суевериях. Просто мне надо много чего успеть сегодня сделать. А ты будешь меня отвлекать.
— Это точно, буду, — хитро прищурился Артём и сел в кровати. — Ладно, поеду. У меня тоже есть ещё дела.
Но вместо того, чтобы встать, он притянул меня к себе и стал ласкать поцелуями шею и плечи. Чувствуя, что шансы остаться одной уменьшаются с каждой секундой, я вырвалась из объятий, вскочила и набросила халат. Колесников вздохнул, скорчил недовольную гримасу, затем перевёл взгляд за мою спину и неожиданно поинтересовался:
— Давно хотел спросить, у тебя такая милая девичья спальня. Зачем ты держишь на стене эту гадость?
Я обернулась и посмотрела на висящий напротив кровати постер из фильма «Судный день». На нём был изображён Шварценеггер с изуродованным лицом. Улыбнувшись картинке, я мысленно поздоровалась: «Здравствуй, чудовище!»
С плакатом я, конечно, рисковала. Артём или кто-нибудь другой мог связать его с местью и обо всём догадаться. И всё же я оставила его — единственное видимое напоминание о моей миссии. Просыпаясь каждое утро, первым делом я находила глазами эту фразу и радовалась, что мой судный день приближается. И вот он настал. Я повернулась к жениху и ответила:
— Потерпи немного. Обещаю, завтра ты узнаешь все мои секреты!
  
Глава 29
 
В ночь перед свадьбой я лежала в темноте и вспоминала прошлое. То самое, что много лет ни на минуту не отпускало меня — свою погибшую семью. Тяжелее всего почему-то было примириться со смертью младшей сестры, и тогда я придумала для себя сказку. Как Алка отказалась ехать в аэропорт и осталась жива. Как потом её забрали в больницу, а меня — в детский дом, и таким образом нас разлучили. Я представляла себе, что сестра живёт где-то в другом городе, может быть даже недалеко от меня, и когда-нибудь мы обязательно встретимся.
После аварии день за днем я слонялась по опустевшей квартире и слушала причитания соседок о том, как мы с бабушкой теперь будем жить вдвоём. И чтобы отвлечься от холодного, липкого ужаса, постоянно прокручивала в голове придуманную сказку, с каждым разом добавляя в неё всё больше и больше подробностей. Я так увлеклась, что практически слышала, как сестра сильно кашляет в соседней комнате. А когда выбиралась в магазин, действительно покупала любимые продукты Алки, только везти их никуда не собиралась.
 
Нет, я не была сумасшедшей и прекрасно знала, что Сашка не могла променять встречу с обожаемым отцом на сон и поехала с нами. Знала, что сестра сидела рядом со мной на заднем сиденье машины и погибла мгновенно, как и наши родители. Много раз я видела во сне её накрытое простынёй, изломанное, словно у брошенной куклы, тело. Просто так мне было легче.
Уже приближался рассвет, а я до сих пор не смогла уснуть. «Грехи отцов падут на их детей», — словно мантру повторяла я, но сегодня это плохо помогало. Моя единственная цель в жизни, моя миссия, всё, к чему я готовила себя столько лет, было так близко к осуществлению. Я почти достигла того, о чём мечтала, и вот теперь, на пороге, вдруг заколебалась. Вспоминая расслабленное после сна лицо Артёма, его мягкую улыбку, ласкающий взгляд, я начала сомневаться в своей правоте.
«Ты врёшь! Врёшь самой себе», — вмешался жёсткий внутренний голос. «Дело вовсе не в правоте. Не в этом причина твоей тоски. Просто ты влюбилась в него — вот почему тебе плохо! Предала их всех и влюбилась, а теперь ищешь повод отступить».
— Нет! — закричала я и села в кровати. — Это не может быть правдой. Все мои чувства к Артёму — лишь игра!
Но внутренний голос не отступал. «Обманывай себя сколько хочешь, но с правдой тебе не справиться», — грустно усмехался он. И тогда я стала вспоминать последние месяцы день за днём. Вспоминала и с ужасом осознавала, что в моих чувствах к Артёму давно уже не осталось ни капли притворства. Я слишком хорошо вжилась в свою роль и не смогла вовремя разглядеть, что меня по-настоящему к нему тянет. И не успела включить защиту. А теперь поздно — я действительно безнадёжно влюбилась в него!
И тут я испугалась. Испугалась не того, что это правда, а того, что не решусь довести свою месть до конца. Это была самая тяжёлая ночь в моей жизни. Даже тяжелей первой ночи после автокатастрофы. Тогда моё сердце всего лишь заледенело, а сейчас оно боролось само с собой и сжигало в этой борьбе меня!
С одной стороны с немым укором смотрели на меня родители и сестра, по крайней мере, я себя в этом убеждала. С другой стороны одиноко стояла моя любовь. Она пыталась сражаться и проиграла — шансы были слишком неравными. Когда взошло солнце, я уже знала, что выполню задуманное. Обручальное кольцо валялось на полу, и я не стала его поднимать.
Я принесла эту жертву и отбросила надежду на счастье. Своими руками перечеркнула прекрасное будущее, ожидающее меня, чтобы воскресить мрачное прошлое. Я встретила восход, сидя на кровати посреди измятых простыней и глядя на чудовище. В его лице я ясно видела свои черты.
Умываясь и причесываясь, я так и не смогла взглянуть себе в глаза. Не обращая внимания на белоснежный свадебный наряд, достала из шкафа второе платье, то, что сама забрала несколько дней назад из ателье. Длинное платье из чёрного шёлка и чёрных кружев. А на балконе уже стоял приготовленный заранее букет — алые, словно кровь, розы. В этом и состояла моя финальная задумка — невеста в чёрном платье рассыпает под ноги жениху алые розы и уходит.
Через час я села в такси и захлопнула за собой дверь. Я опаздывала, Артём с матерью и все гости уже ждали меня. На мне были джинсы и футболка. Чёрное платье и кровавые цветы остались дома — это единственная уступка, которую я себе позволила. Вместо букета в руках у меня был большой конверт с вырезками из старых газет и материалами моего собственного расследования.
***
В огромном и помпезном дворце бракосочетания люди в вечерних нарядах с удивлением оглядывались на меня, пока я пробиралась в нужный зал. Мой повседневный вид и полное отсутствие косметики смотрелись в этом месте слишком вызывающе. Но я не обращала внимания на насмешливые взгляды, все мои мысли были поглощены только одним — предстоящей финальной сценой мести. Наконец я нашла то, что искала.