Биврёст

– Нет времени на разговоры, – зашипела она, закрывая ему рот левой рукой, а правой стягивая с волос резинку. – Пофлиртуй с ней, отвлеки.
– Нет! – Его глаза округлились от ужаса. – Дай сюда! – Он попытался забрать резинку, но Локи спрятала ее за спину.
– Когда достанешь оружие. – И чтобы у него не было путей к отступлению, толкнула вперед.
– Кагерасу-ас? – раздался удивленный голос Нимуэ. – Был же отбой… Что вы здесь делаете?
«Давай же!» – мысленно подгоняла его Локи, скрещивая пальцы.
– Я… не мог уснуть. – «Неплохое начало», – одобрила про себя Ангейя. Каге сделал шаг вперед, мысленно проклиная ее.
– Позвать доктора? Может, хотите снотворного? – Нимуэ вышла из каморки.
– Нет, не стоит! – слишком поспешно возразил Кагерасу.
– Вам не следует здесь находиться. Я должна позвать доктора.
– Я… – Каге не верил, что это произносит. Тряхнув волосами, он постарался придать голосу мягкость, что было очень сложно, учитывая его раздраженное состояние. – Я не мог заснуть из-за вас, – выдавил он, отчаянно краснея от стыда. «Вот это да!» – Локи тряслась от беззвучного смеха, выглядывая из-за кадки.
Девушка захлопала густыми ресницами, делая вид, что не совсем понимает, но при этом очаровательно розовея. Локи аж зависть взяла: вот это природный талант!
– О чем вы, Кагерасу-ас? – Гиафа сделал несколько шагов вправо, изображая растерянность. Чтобы видеть его лицо, Нимуэ пришлось повернуться спиной к Локи. Девушка осторожно выбралась из укрытия и на цыпочках стала пересекать вестибюль. С раненой ногой это оказалось сделать труднее, чем ожидалось.
– Как только закрываю глаза, – Каге не верил своим ушам, – вижу вас. И сразу начинает кружиться голова. И в жар бросает. – Это говорит не он! Ангейя у него получит.
– Ах, это очень странно, – удивилась Нимуэ. – Давайте померю вам температуру. – Она собралась вернуться к своему посту. Локи, застывшая на полпути, отчаянно взглянула на Каге.
Его ответный взгляд говорил, что она дорого за это заплатит.
– Нет! – Он схватил медсестру за руку и прижал ее ладонь к своей щеке. – Постойте.
Ее замешательства хватило, чтобы Локи смогла юркнуть в каморку и нашарить под стойкой ключи для ячеек три и восемнадцать.
– Да что вы себе позволяете, юноша! Я приличная девушка! – в ее голосе звучало одновременно негодование и самодовольство.
– Мне плохо. Помогите мне присесть. – Нимуэ все-таки была медсестрой. Она помогла ему сесть на край фонтана, спиной к ячейкам. Третью Локи открыла быстро и вытащила катары. А вот с восемнадцатой возникла проблема. Ростом девушка не вышла. Вставить ключ-то она вставила. А повернуть не получалось даже на цыпочках.
– Воды, принесите воды! – прохрипел Каге.
– Вам так плохо? Не переживайте, я же ради вашего блага. Я простая медсестра, а вы наследник Гиафы! – искренне расстроилась Нимуэ. – Вы, безусловно, симпатичный молодой человек, благородный и талантливый, но я не могу ответить на ваши чувства.
– Я понимаю. – Каге уже тошнило от самого себя. – Принесите мне воды.
– Не расстраивайтесь, Кагерасу-ас. Вы найдете себе кого-нибудь по возрасту и положению. Кого-нибудь из Грейп или Ярнсакс, – задумчиво протянула она. Локи тем временем изо всех сил пыталась повернуть ключ. – Подождите здесь, я принесу вам воды и снотворного.
Каге уныло кивнул. Едва медсестра скрылась за углом, он перемахнул через вестибюль, открыл дверцу, вынул катану и швырнул ее Ангейе. Локи пискнула от облегчения и выхватила ключ у Гиафы, едва он закрыл ячейку. Раздались шаги Нимуэ. Локи не придумала ничего умнее, как упасть на четвереньки и заползти за фонтан. Пока медсестра уговаривала Каге не расстраиваться, а тот пытался увести ее подальше, Локи, улучив момент, юркнула за угол и тяжело привалилась к стене, а через минуту к ней присоединился Каге, злой, как все дикие духи Утгарда. Молча схватил ее за локоть, протащил к лифту, который находился в другом конце коридора, и процедил сквозь зубы:
– Ты же понимаешь, что я сейчас очень хочу тебя убить?
– Ага, – согласилась девушка. – Но ты мог просто попросить анальгетиков, а не изображать: «Как только я закрываю глаза, так вижу вас!» – Ангейя театрально заломила руки и, хихикая, увернулась от тычка рукоятью катаны.
 
Каге больно перехватил ее запястье и сдернул резинку.
– Ау! – возмутилась Ангейя.
– Ш-ш-ш, – Гиафа сделал хвост и нахмурился. – Слышишь?
– Нет. Ничего, – ответила Ангейя, повертев головой.
– Именно. – Он вышел из лифта, а Локи, чуть помедлив, следом.
В вестибюле шестого этажа горела лишь лампа над постом дежурной медсестры. Локи заглянула за стойку и заметила небрежно повисшую на спинке стуле кофточку, а на столе чашку с чаем, который уже покрылся холодной пленкой. Каге тронул дверь, и она, чуть скрипнув, открылась внутрь. Локи осталась на стреме, нервно осматривая указатели расположения палат и кабинетов. Склизкий клубок змей в животе не ушел даже после того, как она стиснула рукояти оружия. На этот раз приятный холод Утгарда только мешал, не давая сосредоточиться.
– Шесть три шесть, – шепнул Каге, дергая ее за рукав.
– Постой. – Она обернулась. – Где врачи и пациенты? Мы опоздали?
– Не знаю. – Он помотал головой. – И знать не нужно. Просто найдем доктора Ай. Ты идешь со мной или нет?
Локи решительно закивала и быстрым шагом пересекла вестибюль. Пусть не думает, что она испугалась. Чего вообще бояться в полутемном пустом коридоре, в котором каждый звук раздается как оглушительный выстрел, а собственное сердце бу́хает как кузнечный молот? Где нет ни единого человека? Даже вентиляция работала в этот вечер особенно тихо, словно боясь быть обнаруженной. Украдкой вытерев вспотевшие ладони о штаны, Локи вслед за Гиафой вошла в палату шестьсот тридцать шесть. Бережно прикрыв дверь, она увидела доктора Ай, утыканную трубками и проводами. Искусственный глаз вынули, и глазницу закрыла марлевая повязка. Приборы показывали ровный слабый пульс, а капельница с успокоительным давно опустела.
Яркая вспышка заставила уродливые тени взбрыкнуть на стенах. Громыхнуло, и в окно брызнули первые капли дождя. Ресницы здорового глаза Ай дрогнули.
– Доктор Ай. – Каге сел на прикроватный стул. – Это я, Кагерасу. Мне нужно с вами поговорить.
– Мальчик мой, – прошептала Ай. Ее глаз увлажнился, а пульс на приборах участился. – Уходи отсюда, прошу.
– Где сестра? Вы знаете?
– Уходи, – застонала она, отворачиваясь.
– Пожалуйста, ответьте. Вы знаете, где она?
Ай захныкала, когда он попытался повысить голос. Каге схватил ее руку и ощутимо сжал, заставляя доктора вскрикнуть и дернуться.
– Хватит, – зашипела Локи, хватая Каге за плечо. – Не делай ей больно.
– Отвали, – огрызнулся Гиафа, пытаясь стряхнуть ее руку, но Локи впилась пальцами, заставляя его повернуться.
– Ты? – Ай приподнялась на кровати, схватила Локи за воротник рубашки, вглядываясь в лицо. – Моя бедная девочка, девочка-Балор, но так и не стала им. – Губы скривились, пальцы беспорядочно ощупывали лицо Ангейи. – Зачем ты пришла? Зачем ты укоряешь меня? Я не хотела, не хотела. Слышишь, дрянь? – разъярившись, Ай замахнулась для удара, но Каге перехватил ее руку и сжал. Ангейя вырвалась из хватки, в ужасе прижимая ладони к груди. Доброе и красивое лицо Ай исказилось безумием, животной злобой и гневом.
За окном полыхнуло так, что, казалось, это не гроза бушует, а выстрелила пушка. Дождь хлынул сплошным потоком, заливая комнату сквозь открытое окно.
– Кто такой Балор? – спросил Каге.
Локи осторожно отступила к окну, не в силах больше видеть красивое лицо доктора, искаженное сумасшествием. Выглянув, она едва слышно ахнула. Госпиталь оцепили военные, их винтовки поблескивали в свете уличных фонарей.
– Каге, нужно идти.
– Кто такой Балор? – с нажимом повторил Гиафа.
– Не могу! Не могу!.. Синяя тьма идет! – забилась в истерике доктор, вырывая щупальца капельниц.
– А кто может? Кто может сказать?