Измена. Верну тебя, жена (СИ)

Оставляю Суворова гореть в нем.
По пути к дому, уже сидя в такси, мысленно пытаюсь убедить себя, что тот секс был лишь способом отмщения неверному мужу и собственным самоутверждением. Такая близость мне на самом деле не нравится. Это же ужасно и непотребно!
Но чем дольше я думаю о сексе с Захаром, тем сильнее закручивается горячая воронка внизу моего живота, между ног снова становится жарко и…
Парадоксально, но мне хочется повторить.
Это ненормально, я же ненавижу Суворова!
Но он, проклятый Иуда, настолько умелый любовник, что я ненавижу его в два раза сильнее…
Помню, в детстве у нас дома жила кошка и в определенные периоды орала, выпрашивая кота. Мать тогда давала ей особые капли, чтобы сбить охотку. Интересно, есть ли такие капли для людей?
С наступлением сумерек я закрываю в коттедже все окна и двери, потому что ночевать с Аленкой вдвоем в частном доме страшновато. Хотя территория за высоким забором, но все равно.
Кому нужно, тот и через забор перелезет. И окно на первом этаже разобьет, чтобы проникнуть в дом, и…
Ох, о чем я вообще?
Снова себя накручиваю.
Раньше, когда Захар был с нами, я могла ночью распахнуть дверь настежь и выйти во двор, теперь нет. Еще и мама уехала к себе.
Может, завести сторожевую собаку?
Поднимаюсь к Аленке. Нужно проверить, уснула ли моя крошечка, или опять, спрятавшись под одеялом, втихушку играет на планшете.
Придерживая ручку, чтобы избежать щелчка, я бесшумно приоткрываю дверь. Вижу, как дочь копошится в коробке с игрушками, достает телефон и зарядное устройство. Не замечая меня, подключает телефон к зарядке и втыкает ее в розетку.
​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Мои брови от удивления взлетают вверх. Откуда у ребенка дорогой гаджет?
На ум приходит лишь один человек, купивший ей новеньких смартфон — Суворов.
— Папа, я только сегодня нашла зарядку, — шепчет Алена. — Она была в куклах. Знаешь, мне Римма сказала, что ты больше не любишь маму, а любишь противную тетку — это правда? Ты и меня больше не любишь?
Меня с ног до головы захлестывает волной жара, когда я слышу, что говорит Аленка Суворову. Я от слов матери была в шоке и позже попыталась объяснить дочери, что бабушка неправа. Видимо, неубедительно вышло, раз Алена делится этим с отцом.
Но еще меня поражает, что их разговоры проходят втайне от меня, а так быть не должно. И в какой-то степени возмущает.
Резко сорвавшись с места, подлетаю к Аленке и выхватываю у нее телефон.
— Отдай! — пищит дочь и подскакивает с пола.
Подношу телефон к уху… слышу голос Захара:
— Принцесса, что случилось? У тебя все нормально?
— У нее все лучше всех, — говорю я.
— Спалила…
— Рано или поздно это должно было случиться, Суворов. И что это вообще все значит? Какие могут быть секретные разговоры у вас с Аленкой? Мне это не нравится!
— Да потому что ты выгнала меня из дома! — сердится. — Я больше не могу быть рядом с дочерью столько времени, сколько хочу, — делает заминку. — И с тобой тоже. Какой бы сволочью ты меня ни считала, но я тоже человек, прикинь? Может быть, ты об этом забыла, но я тоже умею чувствовать!
— Чувствовать? — Я тоже невольно начинаю злиться. — А мне кажется, ты шпионишь. Я еще удивлялась, откуда ты узнал о кафе и моей поездке в клуб, — опускаю взгляд на притихшую Аленку. — Теперь понятно, кто доносчик…
Дочь округляет глазки и приподнимает тонкие бровки:
— Я не говорила папе, что ты поедешь в корпоратив! Ты сказала, и я молчала. Я только сказала, что ты вызвала такси и уехала в «Колизей».
Отстранив телефон, наклоняюсь к доченьке и ласково глажу ее по голове, хотя внутри меня закручивается целая эмоциональная буря, в которой есть все: волнение, злость за скрытное общение у меня за спиной, растерянность от того, что он узнал о бреде Риммы, трепет от случившегося секса…
— Все хорошо, Аленочка. Я на тебя не обижаюсь.
Вновь поднеся телефон к лицу, я отхожу к окну, вглядываясь в темный ночной двор, но вижу только свое отражение в стекле.
 
— Ты не должен был меня обманывать, Захар.
— Разве? А по-моему, я не зря так поступил. Твоя тупорылая мамаша рамсы попутала или что? Для чего она вдалбливает Аленке в голову эту чушь?
Тяжело вздыхаю.
— А может, отчасти она права? — намеками напоминаю Захару об измене. — Ее ошибка только в том, что не нужно было говорить Алене.
— К чему опять ты сворачиваешь мне кровь? Думаешь, я забыл, что сделал? Нет. Хочешь ткнуть меня носом в ошибку? Втоптать каблуками в землю? Тогда не трудись. Ты достигла цели еще днем. Мне херово.
— Так тебе и надо!
— Не чуди, Лиль, и отдай телефон ребенку. Я сейчас не в том настроении, чтобы препираться. Ты должна не мои с Аленкой контролировать разговоры, а Риммы. Я, в отличие от тещи, никого не подставляю. Ты, наверное, не помнишь, как обожранная в кол после клуба рвалась в коттедж? Я тебя не повез, чтобы Алена не увидела, какая ты пьяная. Так что вы с мамашей тоже оставайтесь людьми и не пользуйтесь моим отсутствием в доме для настраивания Аленки против ее отца. Я ведь и вернуться могу в таком случае… Мне нахуй не надо, чтобы родная дочь меня ненавидела!
Искусав губы, я принимаю тяжелое решение и все-таки возвращаю телефон Алене. Молча.
После чего выхожу из ее комнаты, давая возможность Захару оправдаться перед дочерью за слова моей матери.
Глава 21
Суворов
Два дня спустя
— Эволюция в твоем случае пошла обратно, так что ли? — ни свет ни заря жужжит в телефон теща. — Ты читать разучился? Я тебе еще позавчера написала сообщение, что нашей семье нужны деньги, но ты не скинул. Я поведу Алену в спа-салон на процедуры и подышать в солевой пещере!
Ее звонок застал меня на выходе из дома на работу. Вспоминаю, как принцесса расстраивалась, рассказывая мне, что я перестал любить ее и маму, променяв на тетку.
Значит, Римма в курсе, что я изменял Лильке, и, со слов жены, полностью поддерживает развод. Я и так-то тещу терпеть не мог, но после ее подлого финта — тем более.
— Жопу ты свою потащишь в спа, — резко отвечаю ей. — Ребенку в салоне будет скучно. Хочешь провести время с внучкой — пиздуй на аттракционы или в зоопарк.
— Зоопарк? — кривит голосом Римма. — На сородичей твоих любоваться? Что вообще происходит, Захар? Я повторяю, нашей семье нужны деньги.
Что примечательно, когда теще нужны деньги помимо «дня добрых дел», она постоянно прикрывается громким словом «семья». Хотя частью своей семьи я ее не считаю, но деньги давал — только потому, что она мать моей любимой женщины и сейчас одна.
Я нес ответственно за трех женщин — Римму, Лилю и Аленку. В случае с первой без всякого желания, но рассчитывая хотя бы на благодарность.
Однако я узнал, что эта двухвостка плетет грязные интриги у меня за спиной и впутывает в них Алену, а потом как ни в чем не бывало звонит мне и просит деньги.
Причем когда Лилька обиделась на меня и несколько дней не общалась, Римма даже словом не обмолвилась, что знает о разводе.
— Какая у нас семья? — спрашиваю ее. — Ты же в курсе, что мы с Лилей разводимся, и поддерживаешь это, не так ли? Ты почти моя бывшая теща, нахрен мне тебе помогать? Теперь привыкай жить по своим средствам.
Римма теряется, медлит.
— Я же не для себя просила… для Аленушки…
— Я Аленку сам буду водить развлекаться, а ты, если так горишь желанием провести время с внучкой, пригласи ее сама в салон. Ты же пенсию получаешь, вот и бери оттуда деньги, — давлю на самое больное тещи — напоминаю о возрасте. — И еще я узнал, что ты настраиваешь дочь против меня. Поэтому предупреждаю первый и последний раз: еще такое повторится — ты очень об этом пожалеешь. Я забуду, что ты Лилькина мать, и заставлю отвечать за слова!
Сбрасываю звонок.
Хер ей на блюде, а не деньги.
Если теща хочет усидеть на двух стульях, то я не позволю. Тут ей либо крестик снять и ради собственной выгоды поддерживать меня, либо надеть трусы и быть хорошей матерью для своей дочери.