Граф Лазарев (СИ)

Я уж было подумал, что по задумке Игоря зомби сгорит сам по собственной глупости, но тут некромант воздел руки.
— Incendium!
Весь магический круг охватило пламя. Несколько мгновений, и от мертвеца осталась лишь горстка пепла. Мы облегченно выдохнули.
Покровский склонился над поварихой, которая обессиленно сидела на земле. Надеюсь, он додумается повысить ей жалованье и выдать премию. И где, кстати, остальные слуги, что-то я их здесь не вижу. Разбежались, сволочи.
На меня внезапно обрушилась усталость. Ночь на дворе, а я вместо того, чтобы сладко спать, чуть не погиб от зубов мертвеца и совершил спринтерский забег по клумбам. Зачем я вообще сюда поперся? Ах, да. Меня сподвигла на подвиги сила, противостоять которой я никогда не мог.
Я повернулся к Андрею.
— Ты мне, кстати, денег должен.
— Конечно! — торопливо кивнул Покровский. — Я все помню. Вышлю тебе чек, не сомневайся. И спасибо, вы двое мне так помогли! Если бы не вы, я бы погиб.
— Не спеши радоваться, тебе еще папочке объяснять, откуда все эти жертвы и разрушения.
Андрей мгновенно сник.
— Может, я смогу что-нибудь придумать…
— Сомневаюсь, — я кивнул на разоренный двор, выглядящий так, словно он только что подвергся нашествию орды варваров. Выломанная дверь сарая, следы копоти от творимых мной заклинаний, развороченная земля и пентаграмма посередине, которая все еще горела магическим светом и не желала исчезать. Последняя придавала пейзажу особой колорит. — Радуйся, что сейчас он спит и объясняться ты будешь только утром.
— А вот тут вы ошибаетесь, молодой человек.
Занятые разговором, мы не услышали, как скрипнула входная дверь дома. На носилках, которые держали два дюжих молодца, полулежал-полусидел граф Покровский-старший.
Граф был стар и глубоко болен, но что-то в его облике никак не позволяло назвать его немощным. Цепкий взгляд синих глаз, неожиданно ярко выделяющихся на бледном морщинистом лице, прошелся по нам, словно рентген. Андрей, завидев отца, побледнел, как полотно.
— Ссадите меня, — распорядился граф.
Слуги тут же повиновались, положив носилки на землю и подхватив Покровского под руки. Старик тяжело поднялся, практически повиснув в руках, и медленно пошел к нам. Ноги он все же переставлял, хоть и с большим трудом.
Хоть я и не был сыном старика и вообще являлся таким же благородным графом, у меня сложилось стойкое ощущение, что сейчас меня выпорют ремнем по жопе. Покровский-старший приближался, являя собой живую иллюстрацию слова «неотвратимость», задумчивым взглядом окидывая устроенный нами во дворе бардак. Пентаграмма, как и следовало ожидать, его особенно заинтересовала.
Конечно, глупо было надеяться, что наш маленький зомби-апокалипсис удастся скрыть от хозяина имения. Но я надеялся, что граф узнает о случившемся позже, когда мы уже уедем, и тогда это будут проблемы Андрея. Не вышло.
Взгляд графа переместился на вытоптанную клумбу. На морщинистом лице отразилась глубокая скорбь.
— Потрудитесь объяснить, сударь, что здесь только что произошло? — ледяным голосом спросил граф. — И как у вас хватило наглости в столь ранний час будить господ Лазаревых, дабы привлечь их к своим делам? Зная вас, я нисколько не сомневаюсь, что вы затеяли какой-то очередной магический эксперимент, а, когда он не удался, побежали за помощью.
Андрей смотрел в землю с видом смертника, приговоренного к колесованию.
— Отец, я…
— Ваш сын поднял мертвеца с помощью древнего артефакта, — тут же сдал товарища Игорь. Очевидно, некромант так и не простил Андрею баловства с темной магией.
— Как это на него похоже. Полагаю, это как-то связано с вашим недавним визитом в Расколотый мир, который Андрей так неумело пытался от меня скрыть.
При этих словах Андрей совсем спал с лица. Похоже, юноша наивно думал, что отец совсем дурак и не заметит его похождений.
— Правда, я не предполагал, что вы и правда что-то там нашли, — отметил граф и властно протянул руку. Сообразив, что от него требуется, Игорь протянул старику скипетр, который все еще сжимал в руке. Граф повертел артефакт в руках.
 
— Честно говоря, сын мой, я удивлен: я думал, что древние артефакты давно утеряны, но эта вещь и правда обладает силой. Древней силой нашего Рода.
Покровский просиял.
— Поэтому ее нужно срочно передать Императору, — заключил граф.
— Но отец! Это же наш родовой артефакт! Мы должны им владеть!
— Я вижу, как ты им уже овладел! — неожиданно грозно рявкнул старик. — Сотворил запретную магию, разгромил двор и опозорил нас перед соседями. Радуйся, что обошлось без жертв. Я не позволю тебе владеть этой вещью и сам не возьму ее. Она опасна и может натворить бед. В Тайной Канцелярии знают, что с ней делать.
Граф повернулся ко мне.
— Поскольку мой сын зарекомендовал себя, как человек крайне ненадежный, а я в силу известных причин не покидаю дом, у меня к вам просьба, граф Лазарев. Сохраните скипетр у себя и при первой же возможности отвезите в столицу Его Величеству. Эта вещь должна храниться там, где до нее не дотянутся злые люди. Или глупые, — граф выразительно посмотрел на отпрыска.
Я принял скипетр из рук старика. Ого, теперь я ко всему прочему еще и временный владелец воскрешающего жезла! Интересно, а можно его толкнуть на черном рынке? И если можно, то за сколько? Кстати, идея о собственной рабочей бригаде нежити, который не нужно ни спать, ни есть, все еще выглядит довольно привлекательно.
— А вас, сударь, я прошу проследовать со мной, — повернулся старик к сыну. — Нас с вами ждет очень долгий разговор.
Андрей покорно поплёлся в дом, кивнув мне на прощание. Я не удержался и шепнул:
— Прощай, мой друг, ты был хорошим товарищем. Пусть земля тебе будет пухом.
Игорь хихикнул.
— Ладно, Игорь, поехали домой, — предложил я, когда дверь хлопнула, закрываясь за Покровскими. — Поспим хоть.
  
Глава 18
 
Проспал я до середины для и проснулся на удивление бодрым. Очевидно, битва с ожившим мертвецом перед отходом ко сну удивительно тонизирует. Одевшись и приведя себя в порядок, я развалился на диване и принялся обдумывать планы на день. Надо бы узнать, не приходила ли расписка от Покровского на тридцать тысяч, и спрятать Скипетр Жизни в какое-нибудь надежное место. Ночью, точнее, уже утром я не стал заморачиваться и просто бросил его на тумбочку у кровати. Ну и рассмотреть получше, раз уж мне его вручили. Нет, разумеется, я не собираюсь пользоваться артефактом. Если только совсем чуть-чуть…
Какая-то мысль не давала мне покоя. Что-то еще я собирался сделать. Блин, Лазарь!
Клетку с хомячком я вчера поставил в кабинете и забыл про нее. Надеюсь, за это время мой некро-питомец не удрал оттуда и не перекусал весь дом.
Я опасливо открыл дверь в кабинет.
Лазарь и правда вырвался на свободу, но, похоже, попыток убежать из кабинета не предпринимал. Вместо этого хомяк нашел себе гораздо более интересное занятие.
Практически вся мебель превратилась в груду щепок. Стол, диван, стулья: все пало жертвой хомяка, у которого ночью явно было много энергии и свободного времени. В данный момент негодник восседал на останках кресла, уничтожая все то немногое, что от него еще уцелело. Вот ведь сволочь.
— Лазарь, блин! Ты зачем все сожрал? И не стыдно тебе, внебрачный сын бобра и бензопилы «Дружба»?
Услышав мой гневный выкрик, хомяк поднялся на задние лапки, заинтересованно посмотрел на меня и дернул носом. Взгляд черных глаз ясно давал понять, что не стыдно ему ни капли.
— Вот Игорю тебя отдам, — мстительно пообещал я. — В пентаграмму тебя посадит.
Лазарь в ответ пискнул.
Я взглянул на клетку, из которой выбрался хомяк. Прутья были аккуратно перегрызены.
Надо что-то делать с этим мелким террористом, а то спать и сидеть мне придется на полу. О, а кстати!
Я вернулся в спальню и принес оттуда скипетр. Чисто теоретически, если Лазаря оживили именно этой штукой, может, им и управлять получится? Не то чтобы я хотел подавить волю бедного хомячка, пусть делает, что хочет, но от вредной привычки грызть все и вся его надо отучить.