Запретный предел (СИ)
Теперь, когда враги были обездвижены, фиенд уже не торопился. А, может, он израсходовал слишком много сил на магический удар? Как бы то ни было, монстр не спеша подошёл к слабо рычащему чиалу и одним движением когтистых лап оторвал ему голову. Когда фиенд шагнул к ближайшему вампиру, Дилль, уже вызвавший к жизни драконью ярость, заорал дурным голосом и атаковал врага. Удивлённый, что кто-то ещё может двигаться, фиенд повернулся к нападавшему и взмахнул лапой.
Дилль вложил все силы в удар. Огненный посох, без труда перерубающий лучшую оружейную сталь, против фиенда оказался так же бессилен, как и огненный шар. Посох ударил монстра по лапе и отскочил, как будто в руках у Дилля была простая палка. Ответный удар едва не стоил Диллю жизни — он успел отпрыгнуть, а здоровенные кривые когти просвистели в паре пальцев от его носа. Дилль снова нанёс удар — всё такой же бесполезный в плане разрушения, но крайне необходимый в другом. Он выманивал фиенда и тянул время, давая вампирам возможность прийти в себя после ледяной атаки.
Зверь, словно поняв мысли Дилля, вдруг резко развернулся и схватил зубами одного из мастеров. Встряхнув его, он отшвырнул мёртвое тело в сторону и атаковал следующего. Дилль, вне себя от злости, швырнул в него багровый огненный шар с зеленоватыми прожилками, от души надеясь, что сейчас биомагия превратит это чудовище в гору вонючей слизи. Но и биомагия оказалась бессильной против фиенда — он только громогласно зарычал и ударом когтистой лапы превратил ещё одного мастера в окровавленную мешанину из мяса и переломанных костей.
Сознание Дилля мутилось от драконьей ярости — такой ужасающе мощной и такой бесполезной против фиенда. И тут ему в голову пришла мысль — а ведь этот монстр обладает магией. Значит, всё же есть шанс удержать его. Дилль переместил разум в астрал и с удовлетворением убедился, что его догадка была правильной — рядом с ним кипел ослепительный шар разума фиенда. Аур Тео и Илонны Дилль не видел — они находились вне его астрального горизонта.
Поскольку в астрале времени не было, Дилль никуда не торопился. К сожалению, он не знал оков разума — гроссмейстер не удосужился обучить его этому заклятью. Но, вспомнив уроки мастера Оквальда, Дилль представил, как его сила охватывает ауру фиенда клещами. Он нанёс пробный удар. Ослепительное сияние не погасло, но стало мерцать. Дилль усилил нажим, призывая на помощь драконью ярость. Бесплотное пространство астрала стало затягиваться кровавой дымкой, аура фиенда поблёкла, но продолжала светиться. Дилль, чувствуя, как тают его силы, спешил — он должен если не уничтожить врага, то хотя бы замедлить его. А уж вампиры добьют фиенда мечами. Ещё немного, ему нужно ещё немного энергии… Но силы кончились, и Дилль погрузился во тьму.
Когда сознание вернулось к нему, первым ощущением была дикая головная боль. Его начало рвать, спазмы выворачивали Дилля наизнанку. Чьи-то руки поддерживали его, не то он упал бы. Когда спазмы прекратились, Дилль всё же рухнул на землю. С трудом открыв глаза, он увидел склонившуюся над ним Илонну. Наверное, она что-то говорила — её губы шевелились, но Дилль не слышал ни звука. Окружающее поплыло перед глазами, и он вновь отключился.
Он пришёл в себя, на этот раз чувствуя, что почти жив. Голова ещё болела, тошнота окончательно не прошла, но резь в глазах пропала, а слух вернулся. Дилль со стоном приподнялся и увидел мастера Нугейра, во взгляде которого смешались злость, презрение и отвращение.
— Очнулся? Когда ты сможешь продолжать путь?
— Не знаю… сил нет. Вы одолели этого?.. — хрипло спросил Дилль — пересохшее горло отказывалось служить.
— Фиенд мёртв, — лицо мастера Нугейра заострилось, взгляд стал колючим и неприязненным. — Он разорвал в клочья трёх моих старых друзей, двух чиалов, ранил монаха и Теовульфа. Лучше бы тебе найти в себе силы — эти смерти не должны быть напрасными.
Дилль трясущимися от слабости руками вытащил пробку из фляжки и начал пить, проливая большую часть воды на себя. Нугейр процедил что-то на вампирском и ушёл. Тут же подошла Илонна, помогла Диллю напиться и заставила его лечь.
— Я попил воды, и мне уже лучше. Что с Тео? А Герон как? — он порывался встать, но Илонна уложила его обратно.
— Герон… он жив. Фиенд переломал ему рёбра. Идти он не сможет — ему нужен покой. А Тео попал под удар, у него сломаны левая рука и ключица. Боюсь, ваша боевая связка не скоро заработает, — Илонна взяла его за руку, посмотрела в глаза и тихо спросила: — Что с тобой было? Почему ты не смог вступить в бой?
— Почему я что? — Дилль удивился. — Но я дрался с фиендом, когда вы все замёрзли и стояли, как ледяные статуи. Мой огненный посох не действовал на него, и тогда я атаковал его в астрале. Эта тварь ведь обладала магией, и я смог добраться до него. Я хотел задержать его, чтобы дать вам время прийти в себя. Ты же помнишь, как тебя обездвижил гроссмейстер? Вот и я думал проделать что-то подобное. Но, оказывается, атаки в астрале забирают куда больше энергии, чем защита, вот я и отключился.
— Так это ты… — Илонна поцеловала его и порывисто вскочила на ноги. — Я сейчас.
Дилль проводил её недоумённым взглядом. Илонна подошла к мастерам клинка, стоящим около туши фиенда. Фиррис сумрачно посмотрел на дочь, когда она решительно заявила:
— Я знала, что мой муж не может оказаться трусом. Это он убил фиенда.
Все старшие вампиры перестали разглядывать мёртвого монстра и уставились на девушку.
— Похвально, что ты пытаешься защитить честь мужа, даже если он того не стоит, — процедил сквозь зубы мастер Нугейр. — Мы же видели, что от страха у него ноги отнялись.
— Мастер, ещё одно оскорбительное слово в его адрес, и я вызову вас на дуэль, — ледяным тоном сказала Илонна. — Когда фиенд обездвижил нас холодом, Дилль дрался с ним, не позволив убить всех. А потом он перешёл в астрал и там сразил фиенда, едва сам не умерев от истощения. Я бы попросила вас принести ему извинения за то, что заподозрили его в трусости.
Нугейр, прищурившись, посмотрел на дерзкую ученицу, затем подошёл к Диллю и спросил:
— Что такое астрал?
Дилль, в голове которого сложились кусочки головоломки, догадался, что вампиры посчитали его трусом. Они, околдованные ледяной магией, скорее всего, просто не видели, как он носился вокруг фиенда со своим огненным посохом. А уж битву в астрале и подавно видеть не могли. Он рассказал о том, что драконья магия помогла ему избежать участи ледяной статуи, о своей способности видеть в астрале ауры магов и магических существ и о том, как пытался задержать фиенда. К Нугейру подтянулись остальные мастера клинка, и по мере продолжения рассказа с их лиц исчезало презрительное выражение. Когда Дилль закончил, мастер Нугейр сказал:
— Да, теперь всё ясно. А мы-то не могли понять, почему вдруг сдохла эта тварь. Наши мечи оставили на ней лишь царапины, а самую серьёзную рану нанёс топор Герона.
— То есть, я её всё-таки прикончил? — удивился Дилль.
— Видимо, да, иначе мы все были бы мертвы, — Нугейр поджал губы, посмотрел на Дилля, достал из ножен меч и протянул его рукоятью вперёд: — Воин, ты спас мою жизнь, тебе ей и владеть.
Дилль с трудом поднялся на ноги, прикоснулся к рукояти протянутого оружия рукой и ответил:
— Мастер, я принимаю вашу жизнь и возвращаю её.
Нугейр отсалютовал Диллю и спрятал меч в ножны, а на его место тут же встал Фиррис. Только Дилль хотел сказать, что незачем устраивать долгое представление, и что он принимает оптом жизни мастеров и возвращает их, как наткнулся на предостерегающий взгляд Илонны. Пришлось повторить ритуал с каждым. Даже Тео с висящей, словно плеть, рукой сподобился соблюсти традицию. Когда всё закончилось, Дилль подумал, что вампиры — ужасные педанты во всём, что касается их традиций.
— Ученица, — Нугейр посмотрел на Илонну, стоявшую рядом с Диллем, — я прощаю тебе неразумные слова, поскольку сам был неправ. Но в следующий раз твой вызов будет принят.
— Простите, мастер, погорячилась, — сказала Илонна, но никакого смирения у неё в глазах Дилль не заметил.