Запретный предел (СИ)
Поглощённый такими мыслями, он пропустил тревожный свист. Дилль встрепенулся и посмотрел в сторону разведчиков. Оба мастера стояли неподвижно — один разглядывал следы на земле, второй смотрел на засохший кустарник, находившийся от них шагах в пятидесяти. Разведчики коротко посовещались, затем что-то сказали своим чиалам. Огромные коты, припав брюхами к земле, начали подкрадываться к кустам, а сами мастера остались на месте.
Все напряжённо смотрели на чиалов, а потому мастер Нугейр даже вздрогнул, когда Дилль тронул его за плечо.
— Командир, незачем рисковать чиалами. Мы с Тео сейчас проверим, есть там кто-нибудь или нет.
Мастер Нугейр нахмурился и крикнул что-то на вампирском. Разведчики отозвали котов, а Дилль сказал:
— Тео, что-то давно мы не практиковали связку. Разомнёмся?
Адепты установили магические щиты — Дилль, вспомнив василисков, создал ещё и астральный. Укрытые защитой, они встали перед разведчиками.
— Давай я начну, — предложил Тео. — Испробую управляемую молнию.
И, не дожидаясь согласия друга, создал воздушный смерч, тут же всосавший в себя пыль и сухую траву. В темноте электрические искры, которыми был пронизан смерч, смотрелись очень красиво, и Дилль подумал, что он тоже не прочь заняться воздушной магией. Воздушный поток приблизился к зарослям, и из него вылетела извилистая молния. С треском ударив в землю, она зажгла несколько сухих веток, а Тео ругнулся.
— Промазал. Я хотел…
— Щит держи! — заорал Дилль, посылая огненный сгусток в появившегося словно из ниоткуда здоровенного паука-сапожника.
Сгусток воспламенил многоногого противника, тот с противным скрежетом пробежал живым факелом ещё несколько шагов и рухнул, дёргаясь в конвульсиях. Дилль направил посох на заросли, и туда полетели ещё три огненных шара. Под треск горящих ветвей и рёв пламени из кустарника выпрыгнули ещё два паука, и оба были уничтожены — одного сжёг Дилль, другого разорвало в клочья воздушным ударом Тео.
Адепты настороженно всматривались в горящие кусты до тех пор, пока позади не раздался голос мастера Нугейра.
— Похоже, там уже ничего живого нет.
Дилль и Тео сняли щиты и хлопнули друг друга по рукам.
— Ну, вот как-то так, — играя на публику, небрежно сказал Дилль.
Впрочем, и без его нарочитой небрежности вампиры смотрели на них с изумлением. Юнцы, которые не достигли даже ранга полноценных учеников, магией шутя разделались с тремя пауками, не дав тем возможности приблизиться и пустить в ход ядовитую паутину. А ведь в рукопашной схватке могли пострадать и сами мастера, и их чиалы. Чиалы — в первую очередь.
— И долго вы так можете? — мастер Нугейр неопределённо покрутил рукой.
— Мы выдерживали до получаса непрерывного боя, мастер, — ответил Тео. — Потом нам нужно восстанавливать энергию.
— Сколько времени вам требуется на восстановление?
— Минимум — несколько часов, если опустошим свои резервы.
Мастер Нугейр задумчиво посмотрел на меч в своей руке, затем на дохлых пауков и сказал:
— Вы двое пойдёте с разведчиками. Да поосторожнее, по своим не попадите. Вехильд, Нирио, а вы не перекрывайте им цели. И нечего геройствовать — если что, сразу отступайте к основной группе.
Илонна и Герон синхронно прошипели что-то сердитое и неприличное, когда Дилль и Тео весело помахали им и ушли вперёд. Теперь отряд двигался гораздо быстрее. Мастера Вехильд и Нирио по каким-то одним им понятным признакам определяли наличие очередной опасности и указывая, где она притаилась. Дилль и Тео, экономя энергию, зачищали путь по очереди. Так были уничтожены ещё два гнездовья пауков-сапожников, изжарен один снуггасс, штук тридцать неторопливо бродивших зомби и пара октусов — здоровенных фиолетовых собак с двумя головами.
Мастер Нирио сказал «Хорошо идём», а Вехильд буркнул «Не каркай». Нирио накаркал. Система сломалась, когда из мёртвого леса послышался громкий и быстро приближающийся треск ломающихся веток. Вехильд заорал «Тревога!», а Нирио, обернувшись к магам, крикнул «Готовьте свои щиты».
Дилль увидел, как закачались верхушки деревьев, как сухостои падают под напором чьего-то мощного тела. Но того, кто рвался к ним через мёртвый лес, он ещё не видел. А когда увидел, подумал, что лучше бы такого не видать вообще никогда. Зверь, выскочивший на опушку, был огромным, как бизонобык. У него и тело было похожим — таким же мощным, мускулистым и покрытым коричневатой шерстью. Задние ноги заканчивались раздвоенными копытами, передние же ничуть не походили на ноги травоядного — это были настоящие лапы хищника с длинными когтями. А морда… она напоминала медвежью… если точнее, то морду саблезубого медведя, украшенную парой ветвистых рогов.
Позади послышался крик «Это фиенд! Рассредоточиться!». Дилль даже вздрогнул, поймав ненавидящий взгляд светящихся багровым глаз чудовища. Монстр издал трубный рёв, и понёсся на них, с каждым шагом набирая скорость. Дилль, честно говоря, усомнился, выдержит ли такую тушу щит Тео. Хотя, атаку василиска ведь сдержал.
Разведчики перекрывали Диллю и Тео сектор обстрела и стояли до последнего и, когда фиенд был всего лишь в пяти шагах от них, прыгнули в стороны. Вехильд ушёл вправо ловким кувырком, а Нирио задержался — его щиколотки оплела какая-то трава. Разъярённое лесное чудовище ударило вампира ветвистым рогом, и, мотнув головой, отбросило окровавленное тело далеко в сторону.
Разделываясь с Нирио, монстр остановился, и на него тут же запрыгнул один из чиалов. Большой кот с утробным рычанием впился в загривок фиенда, тот резко задрал голову назад и ударом острых рогов сбросил с себя раненого чиала, после чего, взвившись в прыжке, он всем весом обрушился на кота и трубно взревел. В этот момент второй чиал молниеносно метнулся к врагу и ударом когтистой лапы достал глаз фиенда. Бешеный рёв вновь оглушил Дилля, но теперь фиенд ревел от боли. Монстр махнул лапой, но кот успел отпрыгнуть.
Дилль выбрал момент, когда чиал окажется в стороне от фиенда, и выпустил в чудовище огненный шар. Одновременно с ним послал заклинание и Тео. Магический огонь оставил лишь подпалины на коричневой шерсти, а воздушный удар слегка взлохматил её и только.
— Проклятье, у него полная сопротивляемость магии! — заорал Тео.
Дилль уже и сам это понял. Огромный фиенд, вздымая пыль, кружился шагах в десяти от них с Тео, пытаясь достать юркого и по сравнению с ним, мелкого чиала. Подоспели остальные вампиры, мастер Нугейр первым бросился к чудовищу и, выбрав удобный момент, рубанул мечом по одной из его задних лап и отскочил обратно. На коричневой шерсти появилась окровавленная полоска, монстр не обратил на это никакого внимания, пытаясь достать теперь уже трёх чиалов. Вампиры атаковали фиенда с разных сторон, нанося жалящие уколы и резаные раны и отпрыгивая обратно. Через пару минут шкура лесного чудовища была покрыта кровью, сочащейся из десятка ран, но ни одна из них не причиняла фиенду неудобств. Он, как заведённый, крутился, прыгал, ревел, сотрясая воздух, и пытался поймать чиалов передними лапами или поддеть на острые рога.
Дилль уже сделал посох огненным, но в бой пока вступить не решался. Он не был так быстр и ловок, как вампиры, а потому справедливо опасался, что первая же его атака закончится встречей с когтями фиенда. А магия на этого монстра не действует. Впервые за время пребывания в Запретном пределе Дилль почувствовал себя бесполезным. Тео, в отличие от него, уже спрятал посох и теперь орудовал мечом, совершая такие же акробатические трюки, как и вся остальная команда.
Герон, уже испробовавший устрашить фиенда крестом и совершенно в этом не преуспевший, прыгнул вперёд и с хаканьем рубанул по задней лапе чудовища. Монах был силён, его топор — тяжёл, а удар — точен. Фиенд взревел так, что у Дилля заложило уши, и ударом копыта отшвырнул монаха в сторону. Герон упал и уже больше не поднимался, а фиенд захромал — видимо, монах повредил ему сухожилие.
Вампиры и чиалы ускорились и превратились в размытые тени. У Дилля появилась надежда, что теперь-то монстру точно настанет конец, когда вдруг тот остановился, шумно вздохнул и… Звенящая волна холода ударила во все стороны. Воздух загустел и обжигал льдом, попадая в лёгкие. Лицо Дилля онемело от мороза, глаза заслезились, а слёзы тут же замёрзли на щеках. Если бы не магический огонь, горящий в его крови, он, скорее всего, превратился бы в еле шевелившуюся заснеженную статую, как и все остальные.