Солнечный зайчик (СИ)
Солнечный зайчик
Глава 1. Кремовая шапочка
- Алька, хватит сопли жевать, давай быстрее, а то самолет без тебя улетит! - Кричит моя тетя Тома, мамина двоюродная сестра, стоя в пороге нашей квартиры.
Вообще у мамы их две, я имею в виду двоюродные сестры: тетя Тома и тетя Тоня. Обеим немного за сорок, обе хронически не замужем и в поиске приключений на свои девяносто. Хотя какие девяносто, там давно таз перерос в ванную. Но разве хорошего человека портит вес?!
Я выхожу из своей комнаты в зал, таща за собой небольшой салатовый чемодан на колесиках. Настроение неоднозначное. С одной стороны, Греция, море, солнце, я об этом весь год мечтала. С другой, мама с папой последнее время совсем не ладят. Не разговаривает друг с другом, а папа вообще спит на диване. Уезжать немного страшно, почему-то кажется, что если я оставлю их одних, они разругаются в хлам. Но жаль терять давно выкупленные путевки.
Я не раз пыталась поговорить с мамой, узнать, что у них случилось, но она от меня отмахивается, как от ребенка. А папа переводит все в шутку. И что с ними делать? Партизанят и все тут. А меня это очень беспокоит.
Но сейчас не об этом. Моя мама работает в туристическом агентстве, поэтому раз в год всей семьей мы летаем куда-нибудь заграницу в отличный отель по горячим путевкам можно сказать за копейки. Но в этом году все пошло не по плану. Родители разругались и напрочь отказываются ехать вместе. Поэтому, чтобы не пропали путевки, со мной в Грецию летят мамины двоюродные сестры. И это меня напрягает еще больше.
Нет, вы не подумайте, они нормальные, ответственные и ко мне хорошо относятся, только очень любят приключения и мужчин. Особенно тех, которые помоложе.
Ладно, все, не стоит о грустном. Может, пока меня не будет дома мама с папой, наоборот, сблизятся. А тети на курорте встретят свою настоящую любовь и будут счастливы. Да, эти мысли мне нравятся куда больше.
Тетя Тоня ждет нас внизу в машине. Ее немного покоцаная десятка, подбитая со всех сторон, еще дышит и довольно резвая. Поэтому до Домодедово мы добираемся за какие-то полтора часа. Правда на парковке она сносит у чужого мерседеса правое зеркало, но тут же резво меняет место дислокации в надежде, что ее маленькая шалость, так она это называет, никем не была замечена.
- Не кисни, Алька, твои родители сейчас немного покувыркаются и снова две палочки твикс. Натягивай улыбку, нас ждем море, солнце и горячие греки, - тетя Тома, невысокая коренастая блондинка с ярко-красными губами легко закидывает кислотно-оранжевый чемодан на распределительную ленту и просит: — Дивуля, ты только нас рядом не сажай, а то отпуск в году лишь раз, - и так многозначительно подмигивает невозмутимо печатающей девушке от души подведённым левым глазом, словно она должна без слов понять заговор курортных нимф. — Лучше к мальчикам, да посимпатичнее…
Я отворачиваюсь от стойки регистрации, переключая внимание на окружающих. Народа в аэропорту немерено, все гомонят, что-то ищут, жуют. Рассматриваю наряды двух стройных девушек в ярких мини и на высоких шпильках. Интересно, если они с этих Эверестов свалятся, то сломают обе ноги или только одну?
- Все, Алька, почапали наверх, паспортный контроль проходить, - подхватывает меня под руку тетя Тома и тащит прицепом за собой, - а потом в Дюти Фри. Стопочка для хорошего настроения никому не помешает, - с хитрющей улыбкой подмигивает мне.
Мы поднимаемся по эскалатору на этаж выше, а потом еще выше. На мне короткие джинсовые шорты, белая футболка и желтый рюкзак в цвет сандалиям. Длинные светлые волосы собраны в высокий конский хвост, а в руках подушка для путешествий. И пусть у моих теть авантюрное настроение, я хочу просто спокойно отдохнуть.
Я совсем недавно рассталась со своим парнем, с которым встречалась три месяца. Вам, наверное, покажется это небольшим сроком, но для меня это достаточный временной промежуток, чтобы понять — мы друг другу не подходим. У Игоря нет в жизни особых стремлений. К учебе он относится несерьезно, постоянно тянет хвосты по сессиям. Страдает ерундой с парнями, гоняет на машине и двигаться в каком-то направлении, чтобы самостоятельно встать на ноги, не собирается. Мы разные, решила я, а значит нам не по пути. И рассталась с ним без особых сожалений.
- Так, дивули, давайте для начала махнем кофейка, а то спать охота. Не зря же Наполеон, спящий по четыре часа в сутки, был странным, агрессивным и стремился всех убивать. А я чем хуже? — После паспортного контроля тетя Тоня сворачивает нашу немногочисленную компанию в местное кафе, где на прилавках выставлены одни бутерброды и пирожные. — Алька, ну чего надулась, словно я тебе предлагаю уши хряка попробовать, выбирай сдобу, я сегодня добрая, угощаю! — Тянет она, доставая из дамской сумки пузатый красный кошелек с кривым значком Гуччи.
Я непроизвольно морщу нос и мотаю головой, показывая, что есть не намерена. Не хватало, чтобы меня от лишнего сахара в самолете стошнило. Было уже такое в детстве.
Я тогда простыла и у меня поднялась температура. А нам надо было от бабушки с дедушкой лететь домой в Москву. И кто-то надоумил моего папу напоить меня чаем с малиной прямо в самолете. Ага, именно там.
Папа подошёл к задаче ответственно. Он у меня вообще обязательный человек. Мало того, что вскрыл банку с малиной, которую бабушка нам с собой домой дала, добыл кипятка, так еще и заставил меня все это выпить и съесть остатки малины, залежавшиеся на дне. И как вы думаете, к чему это привело?
Правильно, после того, как меня всем этим вырвало, я не переношу малину. И вообще ничего сладкого перед полетом есть не могу.
- Я дома плотно позавтракала, лучше я погуляю, - отступаю на шаг назад. Тети у меня настырные, пока своего не добьются, с ушей не слезут.
Вижу, как у тети Тони от возмущения раздуваются щёки, поэтому, не дождавшись ответа, топаю в сторону небольшой лавки с литературой, чтобы больше не приставали. Все равно я хотела купить себе какую-нибудь веселую книжку, чтобы легче перенести перелет.
Летать я, признаться, боюсь. Нет, не до истерики и припадков, но сильно. Просто в последний раз, когда мы возвращались с Кипра, в Москве был сильный ливень и аэропорт нас не принимал. Поэтому самолет кружил над городом целый час. Но страшней было не от этого, а того, что нам ничего толком не объяснили, просо выключили верхний свет и куда-то исчезли все стюардессы. И от непонимания ситуации и тряски в турбулентности я так напугалась, что потом еще месяц мне этот ужас снился во сне. Я тогда даже с жизнью попрощаться успела пару раз. Благо все обошлось.
Я беру яркую книжку в бумажном переплете. Думая о своем, открываю аннотацию и приподнимаю глаза, привлеченная женским голосом. Мимо меня проходит небольшая компания молодых людей: две высокие красивые девушки и с ними три парня.
Знаете, таких человеческих особей всегда видно в толпе, мало того что все эти люди внешне привлекательные, одеты дорого, по моде, ухоженные, в них чувствуется порода, как не странно это звучит, такое ощущение, словно весь мир принадлежит им.
- Макс, может, по дороге объяснишь мне теорию вероятности, а то я в ней совсем плаваю, - просит рыжая с огромными глазами в белом комбинезоне с золотыми лямками, пытаясь подстроиться под шаг высокого, плечистого задумчивого парня.
- Нет, я буду спать, - лениво отвечает он, не глянув на собеседницу. Сует руки в карман, доставая оттуда разрывающийся мелодией телефон. Показывает пальцем минуту и отстает от компании, отвечая на вызов.
- Они дадут тебе покоя хотя бы в путешествии! - Ворчит девушка, не собираясь заканчивать начатый разговор. Она останавливается, в намерении подождать парня и наши глаза встречаются.
Знаете то чувство, когда понимаешь, что что-то происходит, но ты пока не осознаешь что именно. Словно ты переступаешь порог сквозь непрозрачную пелену и на том конце, что-то важное, но неизведанное. Наверное, именно это чувство я уловила, хотя мы не перемолвились даже словом.