Запах ночи (СИ)
– Тогда я была плохо подготовлена. Теперь же всё иначе. Думаю, ни жирдяи, ни Дара меня не узнают.
– Допустим, ты встретишься с девушкой. Что ты ей скажешь?
Я пожала плечами.
– Не знаю. Попытаюсь успокоить. Понимаешь, если мать хоть немного отвлечётся, Мойра может завершить то, что у неё не получилось. А из тюрьмы Ника будет вызволить гораздо труднее, чем из этого отеля.
– Можешь сказать, что в первую брачную ночь брат не тронет её, да и потом тоже.
– Так и скажу, Синди.
– Вот только ты, Полли, как будешь жить ты, зная, что твой мужчина связан с другой?
У меня был большой опыт такой жизни. Я знала, что мне будет плохо, очень плохо. Но, если с побегом ничего не получится…
– Девушке можешь говорить, что хочешь, но ты должна быть в курсе. По законам Ашара новобрачные не смогут покинуть страну целый год.
Год! Целый год! Как я проживу год без Николя? Осознание пришло быстро и сжало сердце в стальные тиски. Я больше не смогу вернуться к своей прежней жизни. Меня уже не интересовал секс с незнакомцами, жажда извращенных наслаждений ушла на задний план. Я хотела только одного мужчину, его страсть, нежность, его любовь. Я хотела семью, детей, тихих семейных радостей.
– Это ещё почему? ― мой администратор захлопала длинными ресницами. ― А как же свадебное путешествие?
– Не знаю, ― Амир пожал плечами. ― Такое ощущение, что мужа и жену запирают в спальне, пока женщина не забеременеет.
– Вот же глупость. ― Леночка расправила на огромной груди широкое платье. ― Есть, пить и трахаться. Нет. Я бы не хотела выйти замуж за жителя этой страны. Я бы так не смогла.
– А я бы смогла. ― Синди низко опустила голову. ― Скажи, Амир, а в Зелидхаде такие же обычаи?
– Нет. Мы можем вывозить своих жён и наложниц куда и когда угодно.
– Но ты же говорил, что наложниц в Зелидхаде больше нет.
– Официально нет. Женщины получили свободу. Вот только не всем хочется покидать дом своего господина. Словом, думаю, пройдёт ещё много лет прежде, чем мы искореним все средневековые традиции.
– Значит, и ты сможешь завести себе гарем?
Мужчина тяжело вздохнул.
– Я же уже говорил, что хочу жить с одной женщиной. Хочу жениться раз и на всю жизнь.
– И у тебя есть такая на примете?
Амир кивнул.
– Только она об этом пока не знает.
Глава 25
Мы подъехали в усадьбе Дары около семи. Амир высадил меня практически за квартал, чтобы не привлекать особого внимания. Я запретила девушкам сопровождать меня. Одной смыться будет куда легче, чем огромным дружным коллективом.
– У тебя два часа. Если не появишься, я подниму по тревоге своих ребят. С западной стены опустится домкрат. Просто зацепишь карабин за пояс. Парни тебя вытащат. А, если и этого не произойдёт, будем брать дом ведьмы штурмом.
Я кивнула, поправила на голове платок и, не оглядываясь, побрела к высокому забору.
Ровно в семь тяжёлые ворота открылись. Видимо, жизнь ничему не научила глупых даанов потому, что они не только не обыскали женщин, но даже не взглянули в нашу сторону. Получив очередную тряпку, я направилась в дом. Начищая всё на своём пути, прокралась на второй этаж. Когда одна из дверей открылась, я встала на четвереньки, делая вид, что усиленно оттираю пятно с ковра. Мимо прошла Дара. Значит, комната Мойры именно там. Шаги хозяйки стихли, и я со всех ног помчалась в спальню девочки. Хвала небесам! Я не ошиблась. На огромной кровати лежало несчастное создание. Руки и ноги были привязаны простынями к металлическому остову. Девушка смотрела в потолок полными слёз глазами. Присев рядом, я погладила её по холодной кисти.
– Здравствуй, Мойра! Не узнаёшь?
Пустой взгляд переместился на меня.
– Нет. Я тебя никогда не видела.
– Но как же? Мы уже встречались там, во флигеле. Ты тогда упала и ушибла ногу.
Взгляд девочки стал более осмысленным.
– Да? Точно. Я узнала твой голос. Ты так смешно говоришь. Ты покрасила волосы? Жаль. Мне нравился их прежний цвет.
– Лучше скажи, как ты себя чувствуешь?
– Плохо. ― Карие глаза вновь наполнились слезами. ― Плохо, что я выпила слишком мало маминой настойки и теперь должна выйти замуж. Но я всё равно умру. Я никому не позволю больше касаться себя. Это ужасно.
Я подсела ближе и принялась вытирать мокрые щёки краешком своего платка.
– Ник хороший, он не будет тебя касаться, если ты этого не захочешь. Возможно позже…
Мойра кашлянула и перешла на шёпот.
– Нет. Все тут считают меня дурочкой. Но это не так. Я умею хорошо претворяться. Я окружила себя стеной и легче переношу насмешки и обиды. И то, что я не желаю мужчин в своей жизни ― не капризы изуродованной девочки, а обдуманное решение. Я не изменю его до тех пор, пока не стану вновь такой, какой меня задумал Аллах. Не хочу, чтобы мой муж смотрел на меня с отвращением.
Я просто открыла рот от удивления.
– Лучше развяжи меня и помоги сбежать.
– И куда ты сбежишь? Где укроешься?
– Я должна пересечь пустыню и попасть в горы. Там живёт учитель. Он собирает такие же истерзанные создания и исцеляет не только души, но и тела. Молитвы, целебные настойки, массажи, иглотерапия. Я связывалась с его учениками по интернету, пока мамы не было дома, переписывалась с пациентами. Знаешь, он помогал и не таким…
Я уже взялась за узел простыни, но передумала.
– А ты точно не обманешь меня? Вдруг я тебя развяжу, а ты выпрыгнешь из окна или стукнешься головой о стену?
– Не обману!
Я возилась уже со вторым узлом, когда дверь распахнулась, и в комнате появилась Дара. Сначала мне показалось, что ведьма меня убьёт. Я отпрыгнула в угол и сжалась.
– Ты кто? И что тебе здесь нужно?
– Кто я? Не важно. Считайте, что высшие силы прислали меня, чтобы спасти Вашу дочь.
– Русская? ― ведьма прищурилась. ― Вот бы никогда не подумала, что ты явишься сюда снова!
– Мама, оставь её. Она единственная в этом мире, кто согласился мне помочь.
– Замолчи, Мойра, ты даже не знаешь, о чём говоришь.
– Ваша дочь как раз-таки всё очень хорошо знает. Она умная девочка и нашла способ исцелиться. Вот только Вы стоите на пути выздоровления собственного ребёнка. В нашем веке не лечат травками.
Дара устало опустилась на ковёр у изголовья девушки.
– Я тоже слышала про целителя Дабиба. Его называют учителем. Он творит настоящие чудеса. Но я не могу отпустить дочь. Тут слишком много всего замешано.
– О чём ты говоришь, Дара? Если есть хотя бы крошечная возможность спасти своего ребёнка, ты должна ей немедля воспользоваться.
Женщина тяжело вздохнула.
– Мойра выходит замуж по политическим соображениям. Это вопрос мира в стране. Если только…
– Если только что? ― я начинала терять терпение.
– Если только ты не заменишь её на церемонии.
Я открыла рот, глотая воздух, как рыба, выброшенная на берег.
– Что значит, не заменю?
Дара поднялась и принялась отвязывать дочь.
– Всё очень просто. Ты же знаешь, какое несчастье случилось с девочкой, когда ей не было и двенадцати?
Я кивнула.
– Больше года я выхаживала дочь. А потом просто спрятала в этих стенах. Никто её не видел и не интересовался её судьбой. О ней вспомнили год назад, когда решили, что пора выдать девочку за представителя семейства Абу-Диара. Тебя очень трудно узнать в этом парике. Никто и не подумает, что мы решились на подмену.
Я потёрла гудящие виски.
– Но ведь тогда Мойра навсегда станет женой Николя. Она не сможет показаться в Ашаре, если только не превратится в мою копию. К тому же, возможно, она выберет себе другого мужчину, которого полюбит всем сердцем, и который полюбит её.
Девочка села на кровати, растирая затёкшие щиколотки.
– Я знаю выход, который устроит всех.
Мы вопросительно уставились на неё.
– Мама, ты должна удочерить эту русскую. Кланы породнятся, я получу свободу, а ты сделаешь доброе дело, соединив двух любящих людей.