Когда сбываются мечты

Может, и да.
А может, и нет.
Спустившись на первый этаж, я достала картонную коробку из маленького шкафчика в гостиной, открыла ее и стала листать документы. Я забрала эту коробку с собой в тот день, когда суд вынес постановление о том, чтобы я покинула дом. В ней хранились записи о первых днях основания «Викер Вайз».
Но содержание той папки, которую я сейчас искала, не имело ничего общего с «Викер Вайз». В ней хранились аннулированные чеки, письмо и краткий некролог. Пока я нащупывала и вытаскивала нужную папку, какое-то подсознательное чувство подсказывало мне, что что-то не так. Она выглядела слишком тонкой. Можно было даже и не открывать ее, я уже обо всем догадалась. Она оказалась пустой.
Если у меня еще и оставались какие-то сомнения по поводу того, стоит ли вытаскивать на свет белый все грязное белье, то этим утром испортились. Я собиралась позвонить Кармен, но она опередила меня, сообщив, что Морган нашел нечто очень интересное.
— В календаре Дэниса значится, что в июле он ездил в Вермонт на семинар по инвестициям. Морган сверил эти даты с записями в отеле и квитанциями на кредитные карточки. Да, Дэнис действительно был в Вермонте в июле, но в ста милях от того места, где он поселился, не проходило ни одного семинара по инвестициям. А он поселился, в буквальном смысле этого слова, потому что за все время своего пребывания там Дэнис выходил из комнаты максимум на час и тут же возвращался. И жил он не в отеле, а в очень маленьком уютном мотеле. Владелец и портье, — оба, кстати, мужчины — без труда опознали фото Дэниса и Фиби. Они пришли в восторг от их машины и очень хорошо запомнили ее владельцев.
Это открытие, бесспорно, меняло дело, но оно причинило мне боль. Июль. При мысли об этом я просто делалась больной. И злой.
Я уже рассказала Кармен об Адриенн и сейчас поделилась с ней своими глубокими сомнениями по поводу той давнишней истории.
Через два дня мы с Кармен встретились с Морганом Хаузером в безымянном кафе в Чарлстауне, которое находилось недалеко от офиса Кармен. Мы облюбовали там укромный уголок и наслаждались горячим кофе и свежими сладкими булочками. Морган, высокий швед с очень светлыми волосами и бледным лицом, оказался опрятным, изящным и наблюдательным человеком. В основном он помалкивал, внимательно слушал меня и делал пометки в своем блокноте.
— Закончив бизнес-школу, Дэнис устроился на работу в инвестиционную компанию в Гринвиче на должность менеджера среднего звена с перспективой дальнейшего карьерного роста. И решил приложить все силы, чтобы этого добиться. Он мечтал стать миллионером уже к сорока годам. Дэнис проработал там относительно недолго, когда познакомился с женой одного из руководителей компании, гораздо старше его, но сексуальной и привлекательной.
— Ее брак был неудачным? — спросила Кармен.
— Так она говорила Дэнису, но со временем он выяснил, что это неправда. Она прекрасно жила со своим мужем и совершенно не собиралась разводиться. Ей просто нравилось развлекаться подобным образом. Молодому и самовлюбленному Дэнису ее внимание очень польстило. Он не мог поверить, что эта эффектная женщина, такая опытная и яркая, обратила внимание именно на него. Потом Денис говорил мне, что он великолепно понимал: они поступают дурно, но решил, что если соблюдать осторожность, все обойдется.
— Вы с Дэнисом уже начали встречаться к тому времени? — снова спросила Кармен. Морган внимательно слушал.
— Да, мы встречались, но очень редко. В тот год я заканчивала колледж. Мы много общались, но видели друг друга не чаще одного-двух раз в месяц. К тому времени нас еще не связывали никакие обязательства.
— Вы имеете в виду секс? — спросила она тихо.
Я поставила кружку с кофе на желтую скатерть.
— Да, секс. Я была такой невинной. И даже не представляла, чем занимался Дэнис в те дни, когда мы не виделись.
— Когда вы обо всем узнали?
— Через год после замужества.
— Он женился на вас, одновременно продолжая встречаться с ней?
 
— О нет! Их связь закончилась до того, как он повел меня к алтарю. Смешно, но мы долго оттягивали этот момент. Мы могли пожениться гораздо раньше, но что-то постоянно нас сдерживало. Я-то думала, что Дэнису требуется время, чтобы крепко стать на ноги, я нуждалась в надежности и стабильности. А потом оказалось, что все дело в Адриенн.
— Адриенн… — спросил Морган.
— Хадли, — подсказала я и подождала, пока он запишет ее имя в свой блокнот. — Я узнала о ее существовании совершенно случайно, по крайней мере, тогда я так думала. И только потом осознала, что это не случайность. Дэнис хотел, чтобы я все узнала. В противном случае он никогда бы не оставил ее письмо с остатками счетов прямо у меня под носом. Оказалось, что он ежемесячно выплачивал ей за молчание тысячу долларов в месяц. Но она хотела больше. Возможно, именно поэтому Дэнис и решил посвятить меня во все. Он чувствовал себя в ловушке.
— А за что он ей платил? — спросила Кармен.
— За то, чтобы она держала их связь в тайне. Похоже, ее муж разрешал ей развлекаться с кем угодно, но не с работниками его компании. Мужа Адриенн звали Ли, — пояснила я Моргану. — Они жили в Гринвиче. Если бы Ли узнал о Дэнисе, он вышвырнул бы его вон. И она угрожала все рассказать мужу, если Дэнис не заплатит ей за молчание.
— Тысячу в месяц, — протянул Морган. — И он согласился раскошелиться на такую сумму? Да на эти деньги он мог бы открыть собственное дело. Почему он просто не уволился и не пошел работать в другое место?
— Я спрашивала его об этом. Много раз. Он боялся, что их связь помешает его карьере, где бы он ни работал. К тому времени, когда он начал ей платить, его дела в «Хадли & Грей», — так называлась компания, — шли слишком хорошо, чтобы рисковать. Он действительно пошел в гору. Дэнис всегда точно знал, куда направить того или иного клиента. С его помощью компания делала деньги. Богател и он. Дэнис прекрасно работал. В компании его считали профессионалом. А потом все изменилось. Когда я узнала о шантаже, его дела медленно пошли на спад. Да, он по-прежнему считался хорошим работником, но уже самым обычным. Я сказала ему, что не вижу никакой необходимости продолжать выплачивать Адриенн такие деньги. Если «Хадли & Грей» его больше не привлекает, он спокойно может послать Адриенн к черту и открыть собственный бизнес, разве не так?
Я подождала, пока официантка унесет наши чашки, и продолжила:
— Адриенн пригрозила распустить слух, что он занимается запрещенной торговлей. Я действительно читала об этом в ее письме. Она писала, — и это почти цитата, я ведь столько раз перечитывала письмо, — что он не сможет найти клиентов, если они узнают, что имеют дело с человеком, чудом избежавшим суда. Она просила денег, писала, что доведена до отчаяния, что уже год не видела мужа и очень больна. Рассеянный склероз. И она действительно умерла четыре месяца спустя, но не от рассеянного склероза, а от рака легких. Я прочитала об этом в некрологе, который до недавнего времени лежал в той папке вместе с письмом и пачкой аннулированных чеков.
Морган попросил меня назвать точные даты, когда Дэнис устроился на работу в «Хадли & Грей», когда началась его связь с Адриенн и когда та умерла. А потом спросил:
— Зачем вы хранили ту папку?
— Я много раз задавала себе этот вопрос. И до сих пор не понимаю зачем. Мне кажется, я пыталась таким образом подстраховаться, вообразив, что, пока у меня на руках есть доказательства неприглядного поступка Дэниса, он никогда не совершит больше ничего подобного. Та история потрясла меня. Молодая и наивная, я считала его совершенством, а он бежал в постель к жене своего босса сразу же после встреч со мной. Все доверие, которое я испытывала к нему, испарилось. Я задумалась о разводе. Но Дэнис отговорил меня.
Я повернулась к Кармен.
— А что касается первой беременности… Я забеременела накануне того дня, когда обнаружила письмо Адриенн. Узнав о ребенке, я запаниковала. Я бы никогда не согласилась на аборт, если бы не мое зыбкое положение.