Дело Кристофера (СИ)

— Нет, Керри, мы повзрослели вовремя.
Обнимаю ее и целую в лоб, так уютно, так знакомо. И кроме этого не хочется ничего, не хочется взрослых проблем. Ее объятия — символ моей юности, и так будет всегда. В полутемном помещении вспыхивает спичка, Алекс прикуривает, но почему-то это очень вписывается и в настроение, и в музыку. Его никто не ругает, потому что нами завладела ностальгия. Алекс с Шоном перекидываются парой коротеньких фраз, а Карина улыбается, значит, они о хорошем. Компания окончательно разбилась по интересам, но все естественно, так всегда бывает.
И в этот сладкий момент в бар врывается Селия. Глаза горят, шаг решительный, на лице — смертельная обида.
— Я тебе сотню раз уже позвонила! — шипит она, тыкая в меня пальцем.
Ох, телефон-то у Керри.
— И что? — огрызаюсь я. Она что, даже на один вечер меня в покое оставить не может?! А после свадьбы, интересно, это закончится, или, напротив, станет хуже?
— Мы пропустили встречу с пекарем! Скоро твоя свадьба, а торт так и не выбран!
— Боже, Селия! — срываюсь я. — Да мне фиолетово, каким будет этот торт! Мои друзья (преувеличила, но не суть) уже завтра разъедутся по всему миру, я хочу просто забыть обо всем остальном до завтра!
— Не я выбирала дату, не я вынудила всех устраивать праздник меньше, чем за два месяца!
— Я никого не вынуждала. Я переживу, если у меня на свадьбе будут розовые, а не кремовые розы! И мне плевать вензеля или голубки на приглашениях. И плевать, если свадебные декорации не будут смотреться на снимках в режиме сепия!
— Знаю! Только ты забыла, что становишься частью семьи, для который важны и голубки, и торты, и чтобы платье было выполнено в кружеве ручной работы, потому как каждую мелочь, которую недосмотрим мы, увидят и раскритикуют окружающие! Привыкай к тому, что отныне и впредь тебе нужно нравиться не только себе, но и другим!
— Да это даже у тебя не получается, а ведь ты ради внешнего совершенства скоро спать перестанешь! — рявкаю я в ответ. — Ты же просто монстр, Селия! Очнись, ты не нравишься, тебя боятся. — После этой фразы плечи женщины как-то странно сжимаются, будто я ранила ее не на шутку, даже стыдно становится. — Ты уверена, что это лучше, чем быть "вульгарной американкой"?
— Что?! Да она охренела! — с криком вскакивает Керри. — Так, Селия Штофф, иди отсюда.
Это я подружка невесты, а ты давай следи за добродетельностью брата. С тортами мы как-нибудь и без тебя разберемся.
А вот после этого Селия и вовсе уязвленно вскидывает голову, резко разворачивается и уходит.
— Браво, Джо, — вдруг начинает театрально аплодировать Картер. — Ты только что испортила отношения с женщиной, которая держит руку на пульсе всей светской жизни Сиднея.
Он был прав. Но я больше не могла выносить эту женщину…
— Телефон, — требую я у Керри и набираю номер своего жениха. — Ашер, какой у нас на свадьбе будет торт?
— Джоанна, час ночи… — сонно говорит он.
— Вот именно! — рычу я. — Тогда почему твоя сестра уверена, что я в час ночи, после полбутылки текилы, должно обладать подобными сведениями? Прошу принять во внимание, что если ты задумал превратить сие мероприятие в коронацию с всенародным гулянием, сам ее и организовывай! А то я что-то не заметила за тобой особого энтузиазма. Такое впечатление, что я выхожу замуж не за тебя, а за твою сестру! Прости, но на последнее я не подписывалась!
— Ладно-ладно, я с ней поговорю… — миролюбиво говорит Ашер.
— НЕТ! Ты придешь, принесешь поводок и будешь ее от меня оттаскивать каждый раз, когда она соберется меня укусить!
— Я же сказал, все улажу, — недовольно бормочет он.
— Ну раз так, спокойной ночи, милый, — сладко пою я в ответ.
В трубке раздается смешок, а потом Ашер отвечает:
— Повеселись, Джо, — и сбрасывает звонок.
Ладно, вынуждена признаться, что просить Ашера участвовать было мерой перестраховочной, потому что в данный момент мы стоим с ним в сторонке и не понимаем, что вообще здесь делаем. Все дело в том, что ситуация… несколько изменилась.
 
Место проведения военных действий: лучшая Сиднейская кондитерская. Участники противостояния: Селия Штофф и Керри Прескотт. А мы с Ашером всего лишь пытаемся стать как можно менее заметными. Ибо страшно.
— Йогуртовый торт легче. Женщины, как правило следят за фигурой… — сообщает Селия.
— Если ты намекаешь на мою полноту, то виной тому не торт, а муж. — Ашер начинает кашлять, даже рукой закрывает рот, чтобы спрятать улыбку. — Тебе бы тоже попробовать, характер, знаешь ли, улучшает.
— Керри! — восклицаю я, краснея за нас обеих. Ну серьезно, кто-то совсем совесть потерял.
Кстати, лицо Селии тоже заливается краской праведного гнева.
— Ашер, если тебя перестанут принимать в большинстве домов, я точно буду знать причину, — сухо говорит она, выпрямляя спину так, будто ей под лопатки чем-то острым ткнули.
— Не переживай, сестренка, — улыбается Ашер ей. — Не перестанут.
— Хочу много крема и безе! — продолжает гнуть свое Керри.
— И табличку: осторожно, переносной инфаркт! — огрызается Селия.
— Если тебе так неприятно, не смотри, — пожимает плечами Керри. — Закрой каким-нибудь куполом и обходи стороной.
— А что, это мысль… — вдруг загорается Селия. — Может быть выстроить пирамиду, под которой будут различные на вкус кусочки? Джоанна! — Ох уж этот до боли знакомый менторский тон.
— А?
— Ты согласна? — требует Селия.
— Ашер, ты согласен? — требую я.
— Серьезно? — закатывает он глаза. — Да делайте, что хотите.
— Делай, что хочешь, — выдавливаю я кислую улыбку.
В общем, теперь мы работаем именно в таком режиме. Керри доводит Селию до того, что она не в состоянии доставать меня. Идеально. Наверное, только у них двоих во всем мире есть соизмеримое количество нерастраченной энергии.
— Ну что, все? — с надеждой спрашиваю я.
— Завтра встретимся за ланчем, утвердим шаблоны приглашений. Я набросала пять вариантов.
— Селия лихорадочно листает свой блокнот в поисках записей. — И, конечно, план рассадки гостей обсудим.
Подловила. За ланчем не будет ни Ашера, ни Керри. Вздыхаю и смиряюсь. Подруга итак терроризировала Селию уже несколько дней подряд. Как бы ни было мне легко в текущем режиме, долго это не продлится, ведь Керри уедет, а потому уступки необходимы.
В общем, на следующий день мы встречаемся в одном из любимых ресторанов моей будущей родственницы. Я кладу перед ней лист, на котором отмечена уже половина гостей. И, вспоминая слова Шона, спрашиваю.
— Эмилио Юнт будет?
— Знаешь его? — не поднимая глаз от бумаги, спрашивает Селия.
— Видела. Однажды.
— Будет. Таких людей нельзя обходить вниманием.
— Это мерзко! — презрительно кривлю я губы.
Селия вкидывает голову.
— Тогда скажи об этом не мне, а Ашеру! Я тоже от этого человека не в восторге, но брат всегда на его стороне.
— Он же… сутенер!
— Сутенер? — Селия кажется по-настоящему удивленной.
— Ты была на его яхте? Ты видела, что там творится?
— Не была и даже знать не хочу, как там оказалась ты. Он не сутенер. Бери выше. Он завязан, кажется, со всей дрянью, которая творится в этом городе.
— У него работает "жрицей любви" моя студентка. Фамилия Йол тебе не знакома?
— Давай вернемся к плану рассадки, — резко обрывает меня Селия. Но вдруг я понимаю, что ей страшно… и отступаю.
После ланча, нагруженная новой кучей планов и идей, от которых ужасно болит голова, я возвращаюсь в университет. Решаю выпить таблетку, иду в буфет, чтобы попросить воды и встречаю там Шона. Стоит в общей очереди, людей пугает. Вокруг него на расстоянии метра никого. Все жмутся друг к другу, лишь бы только ненароком не коснуться достопочтенного ректора. Вспоминаю, как шарахалась от него тогда, в его кабинете и, плевав на несчастный хвост очереди, встаю рядом.
— У тебя что, мисс Адамс заболела? — обычно она приносит Картеру все, что бы он не попросил.