Ты все равно станешь моей (СИ)
— Ничего. — цинично усмехаюсь, закидывая ногу на ногу. — Я никогда этим не интересовалась. Саша — бизнесмен, весьма обеспеченный человек. Насколько я в курсе — что-то связанное с инвестициями.
— Хорошо. — кивает следователь, вальяжно откидываясь на своем огромном кожаном кресле. — Получается Савельев уехал на неделю, а потом вы сразу решили расстаться с ним? — мужчина лениво стучит пальцами по столешнице, и глухой звук, издаваемый им, дико отвлекает и раздражает.
— Именно так. — устало отвечаю. Удивительно, какие-то пятнадцать минут, а ощущения — будто из меня высосали всю кровь.
— Он говорил вам куда и зачем едет?
— Он не счёл это необходимым. Я не спрашивала.
— Вам не кажется это странным? Александр Александрович — как минимум близкий друг вашего брата, Никиты Владимировича. Уверен, вы часто проводили время все вместе. Неужели, все, что вы знаете о нем — информация, которую я могу добыть, набрав его фамилию в поисковике. — следователь вновь уставился на меня, по всей видимости чувствуя себя хозяином положения.
— Представьте себе — не кажется. — с легкой иронией в голосе произношу. — Я могу назвать с десяток его любимых блюд, фильмов и мест отдыха. Потому что именно это имеет для меня значение, а не сколько денег на его счетах. — размеренно поясняю, хотя внутри уже давно киплю. Противно: от себя, от не менее коррумпированного следователя, от окружающей обстановки в целом.
— Весьма романтично. — делится своими впечатлениями мужчина, а я не сдерживаюсь и скриплю зубами. — Подпишите здесь. — показывает на небольшую галочку внизу листа. Ставлю свою закорючку и неровно выдыхаю. Очень хочется на улицу, к Леше.
— Я могу идти? — сухо спрашиваю, не чая оказаться за пределами кабинета с отталкивающими болотно-зелёными стенами. Кто вообще был дизайнером сего шедевра? Или эту лягушку специально тут поселили? Ква, чтоб его!
— Конечно. — неприятно скалится следователь. — Думаю, вы мне больше не понадобитесь.
— Замечательно. — дарю «дружелюбную» улыбку в ответ. — Всего хорошего. — прощаюсь.
— И вам, Лика Владимировна, и вам. — доносится вслед.
Жадно вдыхаю свежий воздух и спускаюсь по ступеням. Машина Елагина стоит неподалёку: забираюсь в салон и просто закрываю глаза. Дико мутит и кружится голова. Надеюсь, я не испорчу Леше салон.
— Держи, попей. — родной голос успокаивает. Открываю бутылку воды и залпом уничтожаю половину.
— Что тебе сказали? — Лёша ласково гладит меня большим пальцем по щеке.
— Что я им больше не понадоблюсь. — кривая усмешка искажает мое лицо. Счастье-то какое, ещё раз пережить подобное я не в состоянии!
— Тише, Лисенок, тише. — мужчина крепко прижимает меня к себе, а я вдыхаю своё лучшее успокоительное — его парфюм. Признаюсь, сегодня с утра я тайком обрызгала им небольшой платок, который лежал в моей сумке, чтобы всегда иметь в загашнике кусочек Елагина.
Лёша не торопит меня, и за это я ему безумно благодарна. Знаю же, на работу опаздывает, но все равно носится со мной, как с хрустальной вазой.
— Тебя домой отвезти? — спрашивает, когда я все же отстраняюсь. — Или на работу поедешь?
— Домой. — киваю. — Я сегодня в ночную.
— Вот мы и вернулись к этому разговору. — резюмирует мужчина, заводя мотор. — Давай договоримся, что это последний раз, когда ты работаешь в ночь? — выезжает с территории участка.
— Леш! — недовольно вздыхаю. — Давай мы не будем начинать. — прошу.
— Нет, не давай. — спокойно отвечает. — Ты обещала, что мы поговорим об этом позже. Я не вижу смысла тянуть дальше.
— Хорошо. — киваю. — Хочешь — поговорим. Я, например, говорю тебе «нет».
— А я тебе говорю, что запрещаю работать ночью. Это понятно?! — не выдерживает Леша.
— Это-то понятно. — соглашаюсь. — но что мешает мне сделать так, как решу я сама? — больше утвердительно произношу.
— Здравый смысл, Лика. Будь умницей и поговори с начальством. — мягко, но настойчиво произносит.
— Окей. — отмахиваюсь, уже даже зная, что скажу Леше потом: «Ах, прости, дорогой, никак не разрешили!».
— Благодарю. — одним уголком губ усмехается Елагин. — Раз так, то тебе же не составит труда прямо сейчас позвонить и попросить перенести смену? — какого черта?!
— Я домой приеду и позвоню. — мило улыбаюсь и оглядываюсь по сторонам, в надежде, что остается потянуть совсем немного времени, и я смотаюсь от Леши под благовидным предлогом, что мы уже на месте.
— Я, по-твоему, идиот? — мужчина переводит взгляд с дороги на меня и выразительно хмурится. — Думаешь, мне не понятно, что как только ты выйдешь из машины, ты и думать забудешь про мою просьбу?
— Ну, Леш. — делаю фирменные щенячьи глаза и поднимаю их на мужчину. — Ну что ты взъелся-то так! — обиженно надуваю губы.
— Потому что ночью я хочу видеть тебя либо в собственной спальне, либо знать, что ты мирно сопишь в подушку у себя дома. Другие варианты исключены! — процеживает сквозь зубы.
— Леша! — пытаюсь жалостью надавить на Елагина, но он остается по истине непрошибаемым.
— Берешь телефон в руки и звонишь. Сейчас! — раздается нетерпеливое громогласное с водительского сидения.
— Нет! — уперто мотаю головой. — Одна ночь раз в несколько недель погоды не сделает. — повторяю.
— Да не важно, как часто! И одного раза хватит, чтобы с тобой что-то случилось! — срывается.
— И что мне, днем тоже на улицу не выходить?! — вслед за мужчиной повышаю голос.
— Боже, дай мне сил! — раздраженно рычит Леша и паркуется у моего подъезда. — Иди сюда. — шипит, отодвигая свое кресло и хватая меня за руку.
— Отстань! Я хочу домой. — отстраняюсь от его напора и дергаю дверную ручку. Заблокировал, зараза! Кидаю уничтожающий взгляд на Елагина и скрещиваю руки на груди.
— Лика, я долго буду ждать?! — он окончательно теряет терпение.
— Долго! — бурчу в ответ, даже не обираясь утруждать себя лишними телодвижениями.
— Откуда же ты взялась, такая упрямая?! — задает риторический вопрос и, изловчившись, сам сажает меня на себя.
— И что дальше? — прямо смотрю в этот едкий взгляд серых глаз. Леша победоносно улыбается, и эта улыбка окончательно сбивает меня с толку. Загипнотизированная движениями таких манящих губ, я не сразу осознаю, что его руки захватывают мой затылок и тянут на себя. Жесткий, черствый поцелуй. На грани причинения боли, но мне мало. Я уже давно отдала бразды правления в чужие руки, теперь лишь подчиняясь его движениям.
Мужчина отстраняется от меня и рвано выдыхает.
— А знаешь, — неожиданно хрипло произносит, — я передумал. Выходи из машины. — открывает водительскую дверь. «Хамло!» — хочется крикнуть мне, но Елагин вылезает следом.
— Ты на работу опаздываешь. — по-змеиному шиплю, скидывая его руки со своей талии.
— Уже опоздал. — насмешливый голос мужчины обволакивает меня будто кокон, со всех сторон.
— Куда ты идешь?! — продолжаю ломать возмущенную комедию.
— Как ты думаешь, я успею перевоспитать тебя за эти несколько часов? — полностью пропустив мою тираду мимо ушей, интересуется Леша.
— Самодовольно. — хмыкаю в ответ. — Кто тебе вообще сказал, что я пущу тебя в квартиру? — иронично выгибаю бровь.
— Мой милый Лисенок, — горячее дыхание на шее неистово возбуждает, — поверь мне, сегодня ты пустишь меня не только в свою квартиру.
Глава 20
«Боже, как же мне плохо!» — единственная мысль, которая успевает зародиться в моем мозгу еще до того, как я просыпаюсь. Тошнит, безумно тошнит. За частично не зашторенным окном Лешиной спальни уже пробиваются ласковые солнечные лучи, но для пробуждения еще все же немного рановато.
Буквально в последний момент перед тем, как все содержимое моего желудка выйдет наружу, успеваю подбежать к туалету. Ужасное чувство! Однозначно, во всем виноват тот пирог, которым меня вчера умудрилась накормить Настя!
Спускаю воду и умываюсь. М-да, видок у меня, конечно, так себе. Дверь в ванную открывается, и в помещение по стеночке крадется Кузя: маленький, круглощекий и такой любимый комочек шерсти с кисточками. Следом за ним в проеме возникает Леша: