Избранные циклы фантастических романов. Компляция.Книги 1-22 (СИ)

– Значит, ты прислуживала княгине в обители, чем-то ей приглянулась и она взяла тебя с собой? – вернула я ее к тому, с чего мы начали.
– Ну да, так и было. Госпожа Вианна сказала, мне в обители не место: там все какие-то тусклые и пыльные, а я, понимаете ли, сияю, как медяшка начищенная! А там таких не любят, со свету сживут или работой заморят… Сбежать? А куда бежать-то? Скитаться, подаяния просить, работницей к кому-нибудь наняться? Еще хуже выйдет, в обители хоть мужиков нет… – вздохнула Мадита. – А то странницы у нас тоже бывали, я от них всякого наслушалась. И о том, как они старухами калечными-увечными притворяются, чтоб юбку не задирали, и о прочем. И то не всегда убережешься!
– Ты не отвлекайся, а то уже скоро светать начнет, а у тебя рассказа, я смотрю, еще на две ночи хватит! – напомнила я.
– А, да уж всего ничего осталось-то, – спохватилась она. – Вот госпожа Вианна так сказала… Потом еще как-то обмолвилась, что и при дворе все какие-то фальшивые, я одна без маски и со мной ей полегче. Так я при ней и была до самой ее смерти…
– Наследника она все же родила, выходит.
Мадита сделала страшные глаза, зачем-то посмотрела по сторонам и снова сунулась к моему уху. От нее вкусно пахло сеном, лошадьми и какой-то сдобой.
– В том-то и дело, госпожа, что нет…
– А… Райгор тогда откуда взялся? – оторопела я. – Больше ведь князь не женился, так?
Мадита кивнула, потом снова зашипела:
– Госпожа Вианна девочку родила, слабенькую очень, но хоть живую. Ух, как князь осерчал! Видели, может, в коридоре на втором этаже оконный переплет погнут? Это он кулаком ударил, так и не смогли потом до конца выправить…
– Ничего не понимаю!
– Это ночью было, я в уголке прикорнула, так, что меня не видать, потому и слышала, – прошелестела она. – Если б заметили, я б вам этого сейчас не рассказывала, госпожа!
– Да почему же? – нахмурилась я, хотя уже догадывалась, в чем тут дело.
– Утром объявили – у князя наследники родились, двойняшки, – произнесла Мадита. – Только оба слабы, да и княгиня совсем измучилась, так что людям их не скоро покажут… Я обоих видела, госпожа. Мальчик-то постарше девочки был, если не на две недели, так на несколько дней уж точно.
– А что же, княгиня сама не поняла, что…
– Так она без памяти почти неделю пролежала. Ее еще какими-то снадобьями поили, дескать, для укрепления здоровья. А когда очнулась – ребенок один.
– И что же с девочкой сталось? – Меня снова зазнобило.
– Умерла, – вздохнула Мадита. – Бывает такое с маленькими детьми. А может, кормилица приспала или просто за ней не особенно приглядывали… Сказали, мол, девочка второй появилась, долго шла, потому как госпожа Вианна совсем сил лишилась. Еле живой родилась и скоро скончалась. А мальчик – вот он, здоровехонек!
– Но Райгор ведь одно лицо с отцом, – пробормотала я. – Если он подменыш, то…
– Ну так все равно же сын. Только мать не та, – пояснила она. – Я так думаю, когда князь понял, что от законных жен наследника не дождется, нашел себе какую-нибудь девицу покрепче, а может, и нескольких, чтоб уж наверняка хоть с одной да выгорело бы дело! Как он так подгадал, чтоб детишки почти в один срок родились, не знаю, но получил ведь что хотел! Или ворожил ему кто, или он сам умел, поди угадай?
– А если б княгиня мальчика родила?
– А тогда зачем подменивать? Был бы ее сын наследником, а тот рос бы себе в деревне. А может, его б на воспитание кому отдали, все-таки родная кровь… Как знать, сколько еще таких княжат на свете живет?
– Вот, значит, как… Ну а княгиня? Поверила?
– Поверила, – кивнула Мадита. – Да и будто часто она мальчика видела! С ним няньки-кормилицы возились, ей принесут на ночь поцеловать, и будет…
– И ты ей ничего не сказала?
– Нет, госпожа, – медленно покачала она головой. – Побоялась. Чего мое слово стоит? Даже если б госпожа Вианна потребовала правды от князя, а это навряд ли…
– Тебе бы шею свернули, а ее отправили вон хоть в обитель, – закончила я, – чтобы не говорила лишнего.
– Ну да. А так-то госпожа Вианна мальчика любила, хоть мне иногда и казалось – чует ее сердце что-то неладное! Еще и князь к ней охладел: прежде что ни ночь, так он у нее в опочивальне, а теперь хорошо если раз в месяц заглянет, и то парой фраз переброситься, а не…
 
Она умолкла.
– Райгор сказал, княгиня умерла, когда ему еще двух лет не было, но от чего? Заболела?
– Не знаю, госпожа, – пожала плечами Мадита. – И лекари тоже только руками разводили. Просто начала понемногу чахнуть, слабеть, есть перестала, исхудала, все мерзла, да так и угасла… Я ее и нашла: пришла утром подать умыться, а она лежит, улыбается, белая-белая, как первый снег, и такая же холодная. Мне почудилось даже, будто я на стенах иней заметила…
«Снова?! – поразилась я. – Но каким образом княгиня Вианна могла заполучить это проклятие? Разве что… через мужа? Ведь отчего-то умирали и все его прежние жены, и дети, кроме незаконнорожденного Райгора. Но тогда выходит, что князь был проклят намного раньше, чем отдал приказ разорить мой дом! Или даже не он сам, а весь его род… А может, одно проклятие наложилось на другое? Или они действуют сами по себе?»
Вопросы все множились, а ответов я не знала… В самом деле, кто мог наградить княжеский род таким проклятием? И когда?
– Мадита, скажи, а у князя Даккора были братья или сестры?
– Нет, госпожа, он единственный сын, – ответила она, – и мать его умерла родами.
– А его отец?
– Вроде бы у него была сестра… – нахмурилась Мадита. – Но то ли незаконная, то ли… Не знаю точно, госпожа, врать не буду. А почему вы спрашиваете?
– Да как-то странно выходит: обычно в знатных семьях полным-полно всяких дядюшек-тетушек, двоюродных и троюродных, а в этой…
– Один только сын, – сообразила Мадита. – Или дочка. И родня их сторонится, будто прок…
Она осеклась и уставилась на меня, а я встала и сняла с полки толстый том. Раньше бы мне повнимательнее приглядеться к семейному древу княжеского рода! А то заучить-то заучила, кто там за кем следует, но как говорящая птица – не задумываясь.
Вот он, Дангор Керриск Отважный, основатель. Семеро детей от разных женщин, есть и мальчики, и девочки. Наследник… И у этого пятеро, правда, двое умерли во младенчестве. И так с небольшими отличиями вплоть до прапрадеда князя Даккора, носившего, к слову, то же имя. Начиная с него, в семье лишь один наследник, причем дважды девочки. Тогда, видимо, как и у нас, мужей принимали в род. И жены, и мужья глав семьи умирают рано: если верить датам, во время или очень скоро после появления наследника, и не имеет значения, какой по счету это был брак…
Да уж… Кто бы ни проклял семейство Керрисков, сделал он это весьма замысловато! Неужели кто-то из Сайторов? Странно… Обычно возмездие за членов нашего рода обрушивается только на виновника, но никак не на его потомков в пятом поколении и уж тем более на их ни в чем не повинных супругов и детей.
Может быть, это среброликие? Но они тоже карают самого обидчика… Или кто-то из тех, о ком я не знаю? В том жутком зале много трофеев, я видела далеко не все, и как знать, какой еще неведомый народ князь Даккор-старший принял за свою законную добычу, а вместе с добычей получил страшное проклятие? Страшное именно тем, что обрушилось оно не только на него самого, но и на его законных потомков!
Не на всех, сообразила я. Только на сыновей! Девочки-то выживали… И дочь княгини Вианны могла бы жить. А вот сыновья, похоже, были сплошь со стороны. Это-то ладно, кровь есть кровь… И я могла поверить, что проклинавший посулил обидчику не иметь законных сыновей, то ли не подумав о лазейке с бастардами, то ли нарочно оставив ее, чтобы поглумиться… Но супруги-то почему умирают?
– О чем вы так задумались, госпожа? Спать уже пора, – окликнула Мадита. – В самом деле, светает уже, эк мы заболтались-то!
– Верно, только не о том, о чем я спросила, – вздохнула я, отвлекшись от своих мыслей.