Студентка в наказание

Гений облегченно кивнул и совсем уж неуверенно залопотал:
– Я читал, что красивые девушки часто подвергаются всяким домогательствам. Я – не красивая девушка, мне тяжело судить, но знай, если все-таки что-то произойдет плохое, ты обращайся ко мне.
– Обязательно, – я не выдержала и обняла Таматина. Так как гений намного выше меня, обнимать пришлось за талию.
– Хватит, хватит, – смутился не привыкший к нежностям Таматин. – Раз уж проректор не последний подлец, то надо не опаздывать к нему на занятие. Где я еще халявный мастер-класс получу?
В кабинет Радагата я и боялась заходить, и одновременно этого хотела. Наверное, я уже настолько привыкла к ежедневным встречам с проректором, что воспринимала это какой-то подпиткой. И речь не о поцелуях совсем – они и были-то не регулярными, а уж теперь… Не удержавшись, я тяжело вздохнула.
– Первым зайти? – неверно понял мой вздох Таматин. – Боишься его?
– Боюсь не его, – туманно ответила я. – Но иди первым.
Таматин гордо поднял подбородок вверх и толкнул дверь кабинета. Я двигалась следом, и потому слова гения для меня явились полной неожиданностью.
– Мсье Симан, рад Вас видеть!
– Симан? – я выглянула из-за Таматина и обнаружила, что вместо Радагата за столом сидит пухлощекий Мароон Симан. Преподаватель по силам воздуха с удобствами устроился в шикарном кресле и только что ноги на стол не забросил. – А где Рада… мсье Виррас?
– Уехал, – преподаватель со вздохом встал с кресла и потянулся. – Попросил меня подстраховать на индивидуальной тренировке. Только вот, смотрю, не такая уж она и индивидуальная?
– Мсье Виррас разрешал мне присутствовать, – с жаром заверил Таматин. – Уверяю Вас, это жизненно необходимо! Я же, как светило университета, должен знать все…
Один взмах руки Симана и Таматин потерял голос, бестолково продолжая шевелить губами.
– Мне-то что, оставайся, – равнодушно сказал Симан. – Только если болтать продолжишь, я тебя голоса не на день лишу, а на месяц. Как ты тогда на занятих выпендриваться будешь?
На день? Таматин теперь разговаривать не сможет? Эту новость следовало сообщить друзьям, да и вообще обвести сегодняшнюю дату в календаре, чтобы в последующие годы отмечать с размахом. Но вслух не могла не спросить:
– А куда мсье Виррас уехал?
Симан побуравил меня недовольным взглядом и через пару минут молчания соизволил издевательски ответить:
– Мне не сообщили, что я должен перед Вами отчитаться, так что приступим к тренировке. Тиррос, надеюсь, у Вас больше нет желания меня убивать?
– Даже не знаю, – едва слышно пробурчала я. Неужели Виррас прячется от меня? Не хочет встречаться? Можно подумать, что это я его оскорбила. И мне бы радоваться, а вот настроение стремительно портится.
– Что-о-о?!
– Прошу прощения, оговорилась. Желания нет, вообще никакого, – собственный голос звучал как-то горько.
***
По итогам занятия Мароон Симан сказал, что готов тренировать меня вместе с группой, и не стоит больше утруждать проректора. Как к этому относиться, я не знала, а потому равнодушно пожала плечами и отправилась на тренировку к Каракату. Таматин меня в покое не оставил и двинулся следом. У знатоков сейчас было время, когда они должны заниматься самообразованием, а так как Кряхс самообразован сверх меры, то мог немного отойти от расписания.
– Ляля, ты меня слушаешь или нет? – возмутился Таматин. После Симана устала я безумно и потому шла, с трудом пытаясь наскрести внутри себя силы еще и на гонку на полигоне. Естественно, что в таких условиях обращать внимание на гения, который, как обычно, трепался в режиме монолога, желания не осталось.
– Прости, задумалась, – покаялась я. – Что ты сказал?
– Мне нужна твоя помощь, – неохотно признал Таматин, и от неожиданности я даже споткнулась.
– Слушай, Кряхс, – с угрозой в голосе начала я, – если ты опять довел соседа, то живи в коридоре. Дружба дружбой, но от тебя проблем больше, чем от детей. Не понимаю, когда я родить-то успела.
– Нет, с соседом… все нормально, – по вздоху Таматина я поняла, что не так уж и нормально, но уточнять не стала. Взрослый мальчик, пусть разбирается сам. – Мы достигли определенного взаимопонимания.
 
– Тогда в чем дело?
Кряхс глубоко вздохнул, набираясь смелости.
– Ляля, побудь моей девушкой?
Я во все глаза смотрела на Таматина – вот точно не подозревала наличия у него ко мне нежных чувств. Что на такое можно ответить? И обижать непризнанного гения не хочется, все-таки отказ ранил бы и кого-то более эмоционально устойчивого.
– Временно, – от Таматина мое замешательство не укрылось. – Не навсегда.
– Объясни, – я понимала, что совершенно ничего не понимаю.
– В выходной у моей мамы день рождения, – Таматин сделал паузу, в которую я должна была заверить гения, что все поняла. Но я не поняла, а потому взглядом поощрила продолжить. – И приедут почти все родственники. Самое главное, приедут мои двоюродные братья. А они окончили Академию и всегда говорили, что здесь невозможно остаться без девушки. Невозможно, если ты не Таматин Кряхс.
Так вот оно что. Оказывается, нашего гения обижали не в гимназии, а в семье. Странно, но, зная Таматина, вполне объяснимо – на родне свои зелья сильно не поиспытываешь, они и побить могут вполне безнаказанно. По-семейному.
– Э-э-э, Таматин, – гений посмотрел на меня такими умоляющими глазами, что отказать ему было бы издевательством, – мы с Хантером договорились о свидании. Не могу же я сказать, что все отменяется потому, что я еду знакомиться с твоими родителями. Он не поймет.
– Мы появимся только на обеде! Портал будет настроен прямо к дому – так что на дорогу мы совсем не потеряем время. Два часа с моими родственниками – и ты будешь свободна! Неужели вам для свидания целый день нужен?
– Почему бы тебе Лиссу не попросить? – недовольно спросила я, хотя сама уже понимала, что соглашусь. Все-таки Таматин и в соревнованиях в нашей команде согласился участвовать, и на тренировки к Радагату со мной ходил, да и переживал из-за того, что ко мне проректор домогается. Хотя стоп. А точно ли он искренне переживал? – Таматин, а как давно ты этот план придумал?
– Давно, – признался гений. Но стыда в нем точно не было.
– И к Радагату со мной ходил не из-за того, что щитам хотел научиться?
– Ну-у, в книгах пишут, что нужно помогать людям. Ведь если человек чувствует себя обязанным, то его гораздо легче уговорить на что-то. Ты уже чувствуешь себя обязанной?
Я постаралась дышать ровно и размеренно, чтобы не придушить Таматина прямо здесь. Надо же хотя бы до полигона дотерпеть, так, может быть, Каракат засчитает это за практику по боевым искусствам.
– Таматин, я тебе, конечно, помогу, но давай ты больше не будешь на мне никакие безумные теории проверять. В книгах не пишут, что с друзьями так непорядочно поступать?
– Я мог и не дочитать до этого.
  
Глава 2
 
Как я и думала, Хантеру мое путешествие с Таматином не понравилось. Причем не понравилось не из-за того, что мы проведем с ним меньше времени в выходной день, а из-за того, что мне придется назваться девушкой Кряхса.
– А если я скажу, что меня обижают в имении, ты тоже будешь согласна познакомиться с моими родителями?
Я представила отца – в такой ситуации нужно было постараться ответить максимально нейтрально, как сделал бы это министр, чтобы не спровоцировать скандал. А он назревал, это было понятно и мне, и Таматину, который отирался неподалеку. Да уж, сообщить Дангвару о нашей с Кряхсом мнимой влюбленности на тренировке к соревнованиям – плохая идея. Настолько плохая, что кто-то мог пострадать. Хорошо, конечно, что не я, но Таматина тоже жалко.
 
– Ты считаешь, что уже пора?
Дангвар напрягся. Под тонкой рубашкой – куртку он снял в пылу битвы с Олефом и Эдитом – перекатывались мускулы. Смотреть на это было настолько приятно, что я понимала, как должна поступить – шагнула вперед и обняла Хантера за плечи.