Повелитель теней. Том 1 (СИ)

Между колоннами стояли высокие каменные рыцари, и при несколько более живом воображении, можно было ожидать, что они сейчас спустятся со своих постаментов и замахнуться своими многометровыми мечами. Этого, конечно, не случилось, и мы вошли под тяжёлые своды. Здесь было немного светлее, потому что вокруг прямо в темноте горели огоньки. Потом я разглядела, что это чёрные свечи, которые буквально сливаются с мраком, создавая такой жутковатый эффект.
В зале никого не было, и мы медленно шли вперёд, туда, где в густом сумраке виднелась фигура великана в серебряных латах.
— Внимание! — шепнул Адриан и замер.
Я остановилась и посмотрела вокруг. Из темноты между колоннами беззвучно выступили пять фигур, таких же как и та, что недавно напала на нас в подвале замка. Только у этих в руках поблёскивали длинные двуручные мечи.
— Предложения? — дрогнувшим голосом спросил Энцо.
— Добро пожаловать, друзья мои! — неожиданно раздался от входа мягкий вкрадчивый баритон, и, обернувшись, мы увидели шестого, направлявшегося к нам.
Под его плащом блестели серебряные латы, такие же, как на статуе. Его лицо бледно светилось в полумраке. Подойдя ближе, он поднял руки и снял с головы капюшон. Тёмно-каштановые локоны вились ему на плечи, а глаза блестели зеленью шотландских лугов. Он был в своём демоническом облике, и как ни странно, именно в этом облике он нравился мне больше всего.
— Док? — изумлённо спросил Кирилл. — Это вы?
— Я Ангел Тьмы, капитан, — напомнил он, — и вам это давно известно.
— Мне следовало догадаться, что ты не пропустишь это место, — усмехнулась я, подходя к нему.
— Это мой храм, — шепнул он. — Представляешь? Здесь мне поклоняются, так просто кидают к моим ногам деньги, возносят мне молитвы.
— Надеюсь, девственниц тебе в жертву не приносят?
— Я не выяснял. Но я б нашёл для них более разумное применение.
— Например? — прищурилась я.
— Я ж нашёл разумное применение для жриц Света на Агорисе! — выкрутился он.
— Да, это было здорово, — согласилась я.
Он повелительно махнул рукой пятерым безмолвным воинам.
— Убирайтесь отсюда! Это мои гости!
Они тут же скрылись в темноте ниш. Кирилл, Адриан и Энцо подошли к нам.
— Что вы здесь делаете? — спросил Энцо, явно обрадованный таким поворотом дела.
— Нашёл здесь временный приют. Хорошо, когда есть место, где тебе рады. А вот вы что здесь делаете?
— А мы ищем того, кто подослал к нам убийц, — ответила я.
— Из моего храма? — насторожился он. — Не может быть! Погодите! Арус! Где ты, чёрт возьми! — из-за алтаря со статуей показался старик в чёрной мантии и склонился перед ним в поклоне. — Арус, кто заказал убить эту даму и её спутника?
— Мы не выдаём имена клиентов, — старик многозначительно посмотрел на него.
— Так, я не понял, — с угрозой в голосе произнёс он, — это и от меня тайна? Я хочу знать, кто пытался убить моих… верных союзников. Они здесь действуют в моих интересах, а ваш остолоп пытался их убить. Кстати, если они здесь, то он, скорее всего, мёртв.
— Это был самый опытный убийца, — засомневался старик.
— Значит, его последний опыт оказался неудачным. Так кто дал заказ?
— Дама Полуночи. Она просила сделать это как можно более быстро и безболезненно.
— Как мило! — фыркнул Джулиан.
— Быстро и безболезненно? — возмутилась я. — Это ведьмина лестница с заклятием смерти над моей постелью быстро и безболезненно?
— Ведьмина лестница? — растерялся старик.
— Завязка смерти, — перевёл Джулиан. — Но это, действительно, не слишком гуманный способ, к тому же против некоторых совсем не действенный. На ваше счастье. Убирайтесь! Лучше накройте стол в парадной трапезной и уберите оттуда все уши. Почувствую, что подслушивают, оглохнут навсегда.
Старик удалился, пятясь задом и кланяясь на ходу.
— Извини, недосмотрел, — пожал плечами Джулиан. — Не хотел вмешиваться во внутренние дела этой скромной обители. Я ж тут временно, только воспользовался их гостеприимством. В чужой монастырь со своим уставом… Но я рад, что всё обошлось. Заказ отменён. Если эта Дама явится, я с ней поговорю и объясню ей всю ошибочность её поведения.
 
— Жаль, что я этого не увижу.
— Я тебе потом расскажу.
— Кстати, это Изабо Моро.
— Эта ведьмочка с накладными ресницами? — удивился Джулиан. — С чего это ей взбрело в голову?
— Мы не знаем, но она явно не хочет, чтоб мы встретились с Беном Олдриджем.
— Олдридж на Грозовой горе.
— Мы знаем, но не можем не то что попасть туда, но даже выбраться отсюда.
— Почему? — он с недоумением взглянул на меня.
— Нас не выпускают.
— Как не выпускают, небо сеткой накрыли что ли?
Я замерла, ошарашено глядя на него. Он укоризненно покачал головой.
— Сколько тебе можно говорить, что крылья даются для того, чтоб летать.
— Вы о чём? — насторожился Адриан.
— Так, парни, — Джулиан хлопнул в ладоши. — Я думаю, что мои расторопные слуги уже накрыли на стол, так что прошу следовать за мной. Совместим обмен информацией с более приятным занятием.
Через час мы сидели впятером за столом в высокой квадратной комнате, где уютно потрескивали в камине дрова.
— Странно, что статуя в храме оказалась похожа на вас, док, — заметил Адриан, разглядывая на просвет стеклянный кубок, наполненный вином.
— Я думаю, что ещё недавно она была совсем на меня не похожа, — пожал плечами Джулиан. — Просто когда в игровой зоне появился подходящий Ангел Тьмы, его тут же вплавили в матрицу, как будто так и было. Тут каждый получает то, что ему нужно, верно? Кому-то нужен был Ангел Тьмы, ему построили храм, а потом храм притянул и самого Ангела Тьмы.
— А, может, вы сами подправили картинку? — усмехнулся Кирилл.
— Нет, меня самого сперва удивил этот фокус. Я подумал даже, что это какое-то совпадение, но на деле совпадений оказалось слишком много: статуя с моей внешностью, статуя с внешностью моего предшественника и врага, триады друидов, написаные на латах на гаэльском языке, которые наверно только я на всей планете могу прочесть. Мне настойчиво предлагали вступить в игру в этом амплуа, и я вступил.
— И вы позволите этим жрецам и дальше убивать? — спросил Энцо, холодно взглянув на него.
— Здесь очень жёсткие правила, мой друг, — ответил Джулиан. — Каждый персонаж действует в соответствии со своей характеристикой. Нарушение правил может привести к сбою программы и даже к гибели игрока. Если я начну менять правила и заставлять жрецов Ангела Тьмы творить добро, то я посягну на целостность матрицы, с которой мне не совладать.
— Но вы же врач, как вы можете на всё это смотреть?
— А вы спасатель. Что ж вы не спасаете тех, кто каждый день подвергается насилию в этом городе? Почему не отопрёте темницу и не попытаетесь вывести тех, кто заточён там за небольшие провинности, совершённые от отчаяния и нищеты? Правильно, потому что вы не спасёте их и погибните сами. Я уже начал разбираться в том, как тут всё устроено. Тут каждый рано или поздно получает своё. Все злодеи бывают наказаны, а добрые люди даже в сложной ситуации получают внезапную помощь оттуда, откуда не ожидали.
— Но люди умирают каждый день, — заметил Адриан.
— Человек, считающий себя несчастным неудачником, получает то, чего ожидает. Те, кто боятся смерти, но ждут её, умирают. Жертвы получают на свою голову именно те беды, которые, по их мнению, должны случиться. В этом мире мысль материальна до жуткой неотвратимости. И очень трудно не накликать на себя беду.
— То есть свобода воли здесь в приоритете? — прищурился Кирилл. — И если кто-то решил бороться до конца…
— Он, скорее всего, и будет бороться. До конца. Другое дело, если кто-то будет стремиться к победе. Знаете, когда Тонни Хэйфэн вернулся к «Пилигриму», то увидел, что под опорой, которая не доставала до твёрдого грунта, теперь устойчиво стоит базальтовая плита. Мангуст был намерен обеспечить устойчивость звездолёта, и это случилось даже без его вмешательства. Полагаю, этот феномен имел целью в самом начале продемонстрировать нам основной принцип этого мира. Потом всё будет не так просто. Но согласитесь, пока вам везёт.