Один гений хорошо, а два, несомненно, лучше (СИ)

- Эта неделя – будто медовый месяц, - рассмеялся Жан, - только вот уединиться как следует не получается.
- Думаю, в Париже мы всё наверстаем, - улыбаясь ответил Ксавье, - ты не замёрз? Руки у тебя холодные.
- Немного прохладно, - сознался парень.
Люк взял его ладони, и стал согревать их своим дыханием. Так и доехали до выхода. Переодевшись в свои вещи, парни зашли в сувенирную лавку, и закупились солью и специями.
Назад возвращались на фуникулёре. Люк переживал, что Дюпон мог перенапрячь ногу, и больше не думал о своих страхах. Страх за здоровье любимого был сильнее.
Уже внизу, почувствовав усталость, Берта предложила идти прямо домой, и все были согласны. Тем более, что желудки просто кричали, о том, что хотят есть.
Уже перед сном, Жан признался парням, что боится встречи со своей семьёй.
- Скажи мне, - спросил его Анри, - ты честен, выбирая мужчин?
- Конечно, - удивился вопросу тот, - заметь, я в этой жизни не разочаровал ещё ни одну женщину. Тем, кто был в меня влюблён, я сразу говорил, что ничего не получится.
- Моя ты прелесть, - Люк поцеловал Тибо в губы.
- Это твоя природа, милый, - Дюпон гладил его по голове, - и пока ты уверен, что виноват перед ними, они всегда будут смотреть на тебя с высока. Ты вообще когда-нибудь чувствовал любовь своих родителей?
- Ну, может немного от матери, ещё до того, как родился младший брат, и до того, как в семье всё стало плохо с финансами. Отец никогда не замечал меня, хотя я помогал ему в магазине, и часто вертелся у него под ногами.
- Значит, они не разлюбили тебя резко, когда узнали, что ты спишь с мужчиной?
- Получается так.
- Следовательно, это обман, что твой образ жизни стоит между вами. Будь всё по-другому, наверняка бы отношения лучше не стали. Просто они нашли оправдание своему безразличию.
- Ты думаешь? – удивился таким словам Тибо.
- Да.
- Наверное, ты прав, - подумав ответил Жан, - и какой же должна быть наша встреча, чтобы просто простить друг другу обиды?
- Это ты уже должен решить сам, - вздохнул Дюпон.
- Люк, что ты делаешь? – спросил с улыбкой Жан.
Уже несколько минут, тот поглаживал его член, а теперь прильнул к нему губами.
- Не обращай внимания, это просто фоновая музыка, - оторвавшись от лакомства, серьёзно ответил Ксавье.
- Анри, ты это слышал? – Тибо прикрыл рот рукой, чтобы громко не смеяться.
- Я с ним согласен. И, пожалуй, мы сыграем в четыре руки, - Анри тоже нырнул под одеяло, и присоединился к Люку.
- м-м-м, - пытался сдерживать стоны Жан.
Сначала по его телу прошла нега, лёгкое щекочущее блаженство. Постепенно возбуждение нарастало, и губы, обхватившие головку, стали настойчивей. Люк обожал тот момент, когда член набухал прямо у него во рту. Он обводил языком все его контуры, и прижимал кончик к своей щеке. Дюпон вылизывал яйца, иногда проникая язычком между ягодиц. В какой-то момент, туда стал входить палец, и Тибо уже прижал к лицу подушку, чтобы заглушить стон. Палец так нежно продвигался вперёд, на нём оказалась смазка, и запах мяты, напоминающий теперь только об одном, опьянял, обещая море удовольствия.
И с этим решил помочь Ксавье. Он добавил свой палец, и теперь вдвоём, они с Анри имитировали все свои желания. Жан по шире раздвинул ноги, и сам насаживался на пальцы парней. Его живот волнами вздымался вверх, и член попадал прямо в горячее горло Люка. Дюпон притронулся к соскам, и всё тело обдало жаром. Они стали чувствительными, и просто горели в руках Анри. Он добавил ещё один палец, и услышал более громкий стон из-под подушки.
- Тише, мой хороший, тише, - губы парня прикоснулись к паху, и вылизав всё до основания члена, присоединились к своему партнёру. Люк целовал Анри, а тот лизал головку, которая была близка к разрядке. Пальцы продолжали входить глубже, и тело Тибо задрожало. Он несколько раз толкнулся в рот Дюпона, и обмяк, выпуская струю спермы. Парни вдвоём слизывали её отовсюду. И с тела Жана, и с губ друг друга. Пальцы покинули желанную дырочку, и Тибо убрал подушку.
 
- Парни, это было классно! – прошептал он, - как жаль, что я не мог кричать.
Люк поднялся к его губам, и упёрся своим стояком в его ногу.
- Позвольте и мне, - предложил Жан.
Он залез под одеяло, а парни легли близко друг к другу. Тибо слышал, как они целуются, и видел руки Анри, которые ласкали грудь Люка. Он возбуждался снова, представляя, как хорошо сейчас им. Но удовольствие любимых было на первом месте. И он прижал их члены друг ко другу, он не просто их лизал, и отсасывал, он тёр их друг о друга, и спиральными движениями надрачивал основания. Тела покрылись потом, и были очень напряжены. Жан дотянулся до смазки, и раздвигая ноги парней, намекнул на то, что хочет сделать. Анри ближе прижал к себе Люка, и стал сжимать ягодицу, раскрывая перед Тибо вожделенное место. Тот ласкал его губами, язычком, и только потом вошёл пальцем. Ксавье мычал от удовольствия.
Дюпон вылизывал его шею, покусывал мочку уха, и шептал разные глупости. Он надрачивал его член, пока Жан, добавив ещё два пальца, делал резкие глубокие движения. Люк решил, что пора и Анри подключить к процессу, и дав облизать ему свои пальцы, стал массировать любимое отверстие. Постепенно оно стало мягким, и раскрылось.
Сам Ксавье был на грани, а потому не сдержался, и резко вошёл в Анри пальцем. Тот похоже был доволен вторжением, и сам подавался назад, прося большего. Жан заботливо добавил парням смазки, и не вынимая пальцев из Люка, другой рукой присоединился к парню.
- Глубже, умоляю, - просил Дюпон, и Жан ускорился сразу с двух сторон одновременно.
Парни закрыли рты друг другу поцелуем, и еле слышно постанывали. Тибо почувствовал, как они стали дрожать, и снова усилил напор. Анри кончил первым, выплёскиваясь на живот Люка. Тот последовал за ним, и Тибо жадно слизывал всё, попутно облизывая головки членов. Потом он втиснулся на подушку между любимыми, увлекая тех в тройной поцелуй.
Немного отдышавшись Ксавье сказал:
- Простите, но до Парижа ещё два дня. Не смог удержаться. Мой господин доволен?
- Твой господин повержен, - признался Жан.
Парни рассмеялись, и Тибо вытер всех салфетками. Идти в душ в такое время, значило бы разбудить домашних. Потому они засыпали, наслаждаясь запахом секса, что витал в комнате, и были совершенно довольны таким завершением дня.
Следующие два дня прошли в том же духе. Днём парни веселились с Бертой, и забывали в это время обо всём. Вечерами обсуждали с Кристофом будущее, и он настаивал, что возьмётся за этот проект. И хотел бы лично продвигать это мероприятие. Он напомнил, что конкурс уже запустил процесс, и нужно вовремя успеть с программой. Когда он услышал, что она уже есть, то был приятно удивлён.
А Люк был счастлив такой поддержке, и не потому, что Дюваль – значимая фамилия в этой сфере, а потому, что его семья рядом. Теперь можно спокойно писать музыку, зная, что за твоей спиной надёжные люди.
Но к сожалению, всё изменилось уже через неделю.
А пока парни прощались с Гальштатом, как с родным домом. Тереза провожала всех, как заботливая мама, и Жан растрогался, он сказал, что теперь это место будет считать своим родным. Берта не могла отпустить руки Люка, и провожала его до самой машины. Он смахнул с её щеки слезу, и нежно погладил по волосам.
- Не грусти, мы скоро увидимся. Отец будет привозить тебя в выходные к нам. Я тебе ещё успею надоесть.
- Хорошо, - тихо ответила она, - я буду скучать.
- Я тоже, - сказал парень и отвернулся.
Он не хотел, чтобы девочка видела его слёз. И сам он не ожидал от себя такой сентиментальности. Анри, и Жан всё понимали, а потому ехали до аэропорта молча, поглаживая ладони друг друга.
После тёплого уютного дома, квартира уже не казалась парням такой уж замечательной. Но через пару дней привычных дел всё стало входить в обычный порядок. Только вот присутствие Кристофа добавляло в обыденность праздник.