Один гений хорошо, а два, несомненно, лучше (СИ)

В этот вечер Ксавье был очень домашним и ласковым. Он не спешил перейти к сексу, а просто накормил парня вкусным ужином, и предложил послушать новое произведение, которое написал со своим другом.
Жан раскинулся на диване, и закрыл глаза.
Отдавшись музыке, Жан будто прожил с ней разные моменты жизни. И начиналось всё вдохновенно. Под конец это была грусть, и внезапно она сменилась на всепоглощающее счастье. Но это не был взрыв, оно прошло тихо и спокойно, как любовь, а не страсть. Оно не сметало всё на своём пути, а любило трепетно и нежно. Парень смог это уловить, и даже подумал, что это всё влияние парней. Только с ними он стал не просто слушать музыку, а слышать её суть.
- Это очень странно, но почему-то она кажется мне знакомой. Будто я слышал её очень давно и забыл. Не знаешь почему? – задумчиво спросил Жан.
- Знаю, - улыбнулся Люк, - потому что я писал её о тебе, а мой друг видимо, настолько чувствителен, что смог уловить моё настроение, и продолжить в том же ключе. Это правда удивительно. И это самое лучшее, что я писал в своей жизни.
Люк говорил вдохновенно, и Жану стало немного не по себе. Чем он заслужил такую честь, быть увековеченным в музыке?
Ксавье пересел на диван, и положил голову парня себе на колени. Он зарылся пальцами в его волосы, и откинул голову назад, закрыв глаза.
Когда Жан заснул, Люк аккуратно встал, заменив свои колени подушкой, и глядя на парня писал. Писал то чувство, что поселилось в его сердце. Оно было жгучим, но одновременно обуздывало его беспокойный нрав. Но он чувствовал, что эта ночь кончится, и за стенами дома его ждёт Этьен, с которым они всё ещё крепко связаны. И решать придётся ещё много проблем, прежде, чем он сможет признаться парню, что мечтает прожить свою жизнь рядом с ним.
Этьен Моро спустился к завтраку поздно. Он всё ещё с трудом ходил, после той встречи с Люком. А на его шее были видны следы ладоней, которые он называл «следами страсти». Мужчина положил на стул подушку с кисточками, в стиле Людовика четырнадцатого, и уселся задом на розовые бантики. Перед ним лежала утренняя газета. Он привычно начал с самой первой страницы
Моро поперхнулся круассаном, когда увидел первую полосу. Это был удар ниже пояса. Для кого? Да для многих. Мужчина понял, что его новый подопечный – Люк Ксавье снова на шаг позади. Этьен был уверен, что всё внимание на конкурсе в Зальцбурге будет несомненно приковано только к Анри. И что бы не сыграл Люк, произведение Дюпона заранее обречено на успех.
Люк спокойно спал, обнимая Жана, когда грубый звук телефона потревожил его тонкий слух.
- Да, - сонно ответил он, выбираясь из постели, чтобы не будить любимого.
- Ты ещё спишь? – орал Этьен в трубку, - возьми свежую газету, и взбодрись!
Люк выглянул за дверь, и вытащил из ящика свежий выпуск. Его смех был слышен во всём доме. Жан проснулся, и вышел на звук. Ксавье стоял на кухне с газетой в руках, и такого заливистого смеха Тибо от него ещё не слышал.
- Что так рассмешило тебя? – спросил с любопытством он.
- Смотри, - Люк протянул парню газету.
- Твою ж мать! – выразил удивление Жан.
- Ты статью прочти, - посоветовал парень, - должен признать, что сделал он это достойно.
- А почему вы враждуете, - решился спросить Тибо.
- Он мой главный соперник, и я считаю, что он не настолько талантлив, чтобы ему уступать.
Жан придержал своё мнение по поводу талантов Анри. Он считал, что парни достойны друг друга. И что им нужно сотрудничать, а не соперничать. Но рисковать настроением Люка, зная его взрывной характер, он не стал.
Пока Тибо читал, Ксавье приготовил завтрак.
«Я Анри Дюпон – начинающий музыкант, но у меня уже есть поклонники. Есть люди, которые искренне за меня переживают, и ждут моего дебюта в Зальцбурге, где я представлю своё сочинение. Это очень важный момент для меня лично. Мой первый шаг в профессиональный музыкальный мир. И я хочу сделать его честно, и открыто. Хочу, чтобы в дальнейшем мои слушатели, могли лучше понимать мою музыку, и поддерживать меня в трудные минуты. Потому открываю своё сердце, и с гордостью говорю, что я гей. И я не считаю это чем-то постыдным. Надеюсь на ваше понимание, и широкие взгляды на жизнь. Когда-то наше общество сделает огромный шаг на встречу, таким как я. Я убеждён в этом, и хочу внести свой вклад. Теперь я официально поддерживаю ЛГБТ сообщества Франции, и надеюсь, что моё признание поддержит тех, кто живёт с этим в тени. Спасибо всем, кто остаётся со мной, и моя музыка будет вам за это благодарностью».
 
Далее Жан не стал читать мнение разных сторон, там всё стандартно - одни поддерживали, другие осуждали. Ничего нового.
- А как красиво сказал, - восхитился Тибо.
- Да уж, - Люк понимал, что сам не смог бы так, по крайней мере сейчас.
Парни поели, обсуждая новость, и разошлись по своим делам.
Жан поспешил, чтобы успеть заехать к Анри перед работой, и узнать обстановку.
Анри проснулся под трель телефона. Один за другим ему звонили журналисты и редакторы телевизионных шоу, приглашая к себе на интервью. Парень просто перестал брать трубку. У него был другой взгляд на происходящее.
После завтрака пришло смс со счётом за последние таблетки.
- Он такой мелочный, - усмехнулся парень. Добавилась ещё одна статья расходов.
Несмотря на раннее утро, ему позвонили из приёмной комиссии и сообщили, что его участие в конкурсе восстановлено. Не хватало им получить обвинения в дискриминации.
«Итак, в конкурсе я всё-таки участвую, да ещё и под пристальным вниманием журналистов. Неплохо».
В дверь позвонили, и он не сразу догадался, что это Жан. Слишком много волнения вызвала эта статья.
- Ну и зачем ты это сделал? – спросил Жан, переступая порог квартиры. Он пытался отдышаться.
- А ты думаешь для всех это стало новостью? - Анри рассмеялся, - этой информацией владели многие, только ждали подходящего случая. Я просто выбрал время удобное мне.
- Ты так красиво выразился.
- Ну я немного преувеличил про армию поклонников, - признался Дюпон.
- Она у тебя обязательно будет. А пока я самый преданный из них.
Отдышавшись, Тибо нырнул в объятия Анри. Он поцеловал парня в губы, и сообщил:
- Мне пора на работу, но я забегу вечером? Ты будешь свободен?
- Как скажешь, - смеясь ответил парень, и Жан ушёл.
Не успел Дюпон закрыть дверь, как по лестнице поднялся Фернан. Он тоже тяжело дышал.
- Молодой господин, вы взорвали бомбу.
Глава 7
- Бомбу? Поясни.
- Отец вашей потенциальной невесты был не в курсе, что она заключила сделку с вашим отцом за его спиной. Он не знал, что вы гей. И думал укрепить своё положение этим браком, но девушка имела свои планы. Они с мсье Дюпоном собирались, как бы так сказать, кинуть его на очень большие деньги. Ну и как итог, ваш отец рискует потерять дочерние фабрики. И это в лучшем случае. Ох, боюсь я за вас, Анри.
- А мне терять больше нечего, - холодно ответил парень. Анри злило, что отец вынудил его сделать этот шаг. И что всё обернётся именно так, он и предположить не мог. Но и винить себя не собирался. Он знал, что у Франсуа нет чести, и всё его состояние нажито не очень честно.
- Простите, но есть, - замялся мужчина.
- О чём ты? – удивился Дюпон.
- Я о том молодом человеке, что приходит к вам. Простите, но я заметил, что вы к нему не равнодушны. Он отличная мишень, и последнее, что ещё можно у вас отобрать, ну кроме жизни, конечно. Но на такую крайность, я надеюсь ваш отец не способен.
- Теперь я не уверен ни в чём, - признался Анри.
- Если я смогу вам чем-то помочь, то готов…, - начал было Фернан, но парень перебил его.
- Нет. Тобой я тоже рисковать не могу. Отец никогда не ценил тебя. И не пожалеет, если что.
- У меня есть в запасе ещё кое-что. В купе с тем, что уже есть, должно возыметь эффект. Только знать бы наверняка, Жан в опасности или нет?