Синдзи-кун. Тетралогия (СИ)
— А ну цыц! — прикрикивает на своих «фрейлин» Иошико: — поговорите мне еще тут. Синдзи, а ты не забыл про наш с тобой уговор?
— Уговор? А, ты про встречу в спортзале? Нет, не забыл, Иошико-тян, но сейчас времени вообще нет. Давай чуток попозже, а?
— Ну как знаешь. Только смотри, я долго ждать тебя не буду, я нетерпеливая. Бывай! — Иошико вместе со своей свитой удаляются и до нас еще некоторое время доносятся фразы вроде: — «А он симпатичный, правда? Ну, если немного сбоку смотреть…» и «хотела бы я на разбитую рожу этого Мацуды глянуть».
Я покачал головой. Школа. Настоящий ад для подростков всех полов, взглядов, религий и убеждений. Нет, серьезно, я про свою школу слова хорошего не скажу. Да, обучали многому. Но как правило не тому, что написано в школьной программе. Школа обучила меня терпеть боль, не сдаваться, когда тебя гнобят, поддерживать своих друзей и не добивать уже лежащих. Чтобы научится простым и понятным законам жизни — надо пройти эту школу, а единственный способ научить молодых парней и девчонок так, чтобы это вросло в память навсегда — это боль. Только через боль человек учится максимально быстро. Увы. Больше Боли Богу Боли!!!
— Чего это ты лыбишься? — подозрительно спросила Ая-чан, взглянув на меня. Она немного отошла от школьного официоза и снова стала нормальной шестнадцатилетней девушкой, а не придворной дамой на дипломатическом приеме.
— Да так. — сказал я. Настроение у меня поднялось. Ну, поколотил я этого принца и его прихлебал, так ведь сами начали. Вон и парни из кружка журналистики подтвердят если что. Причин быть морально подавленным нет. Единственно, немного неудобно перед Снежной Королевой, так если у нее такой вот парень, то … как там в одной сказке сказано — «жила-была девочка… — сама виновата». Ну вот. Ее выбор, ее последствия.
— Ты не думай. — сказала вдруг Ая-чан: — Юки-сама с ним не потому, что он ей нравится. Он ей вовсе даже не нравится, вот.
— Так если он ей не нравится, чего они вместе тогда? — спросил я, наслаждаясь солнечным деньком и неожиданно хорошим настроением. Захотелось вдруг сделать Ае-чан что-нибудь приятное, не знаю, мороженного там купить, обнять и по голове погладить… сказку на ночь рассказать. Но я себя сдержал. Выдержка и стоицизма настоящего самурая!
— Ты многое не знаешь, Синдзи-кун. — печально повесила голову Ая-чан: — и вообще возьми уже свой портфель! Я тебе что, подрядилась за тобой вещи таскать?!
— Эй! Да ты сама его взяла. Давай сюда. — я забрал свой портфель, ожидая, что она тотчас повернется и уйдет, но она просто стояла и смотрела на меня. Я пожал плечами. Ну хорошо, значит все-таки пойдем домой вместе. Как в старые добрые времена.
— А эта… коллега твоей сестры сегодня опять у тебя дома? — спросила она, когда мы подходили к нашему с Нанасэ дому.
— Не знаю. — признался я: — Вообще не должна быть, но она как стихийное бедствие — появляется когда захочет и где захочет. А после нее все разрушено, деревня в руинах, урожай сгорел, девки все изнасилованные, а мужиков она в рабство угоняет…
— Пххах… — фыркнула Ая-чан, сдерживая смех, но сразу же сделала строгое лицо. Негоже истинной Ямато Надешико над такими тупыми шуточками смеяться.
— Зря ты так, Синдзи-кун. — сказала она, справившись с собой и обретя лицо дочери Ямато, внутреннюю гармонию и источник Серьезности: — она о тебе, между прочим, заботится. Вот.
— Да знаю. И я ее тоже очень люблю. Майко — классная. — сказал я, улыбаясь навстречу солнечным лучам. Погода сегодня прекрасная, завтра из больницы выпишут сестренку Нанасэ, рядом симпатичная одноклассница, на перилах нежится Поно-кун, которому добрые соседки оставили лакомство, а дома наверняка суетится у плиты Майко-чан в нашем с Нанасэ переднике с забавными утятами. Счастье.
— Ой! — Ая-чан прижала ладони к щекам и густо покраснела: — Ты… ты любишь ее?
— Очень люблю. Смотри — она веселая, добрая и очень заботливая. — сказал я, подумав про себя «а еще она маг-метаморф и может разорвать человека пополам в два счета — на одну ногу наступит, за другую дернет и привет.» Много у Майко положительных сторон и плюсов, да. Такая девушка в хозяйстве пригодится.
— Конечно! — уперла руки в боки Ая-чан, не подозревая, что выглядит в этой позе чрезвычайно забавно. И мило. Кавай такой. Как будто котенок угрожающе выгнул спину и шипит.
— Добрая она и заботливая! А то, что у нее вот тут … вот… — и Ая-чан, не найдя нужных слов для описания этого самого «вот» — изобразила руками в воздухе перед своей грудью большие полукружия: — вот это вот все! Это конечно тебя не привлекает!
— Ну почему же. Очень даже привлекает. — не стал отрицать очевидное я: — как без этого?
— Ах ты! — возмутилась Ая-чан: — даже не отрицаешь!
— И по этому поводу есть анекдот. Хочешь? — не дождавшись ответа я продолжил: — что хочет от девушки пацан на первом свидании? Покажи сиськи! А что хочет от девушки мужчина за тридцать? Докажи, что психически здорова!
— Э? — бровь Аи-чан немного дернулась.
— И… возможно для этого анекдота еще рановато. Но, уверяю тебя, ты подрастешь и твоим детям это понравится… — вздохнул я, цитируя Марти Макфлая: — в далекой перспективе это история о том, что сиськи есть у всех, а вот характер хороший еще поискать надо. Ну, конечно, у Майко есть и сиськи и характер. Так что тут у меня просто джекпот. Вернее — у нее просто джекпот. — загрустил я. Шансов что Майко наконец перестанет надо мной шутить и однажды ночью переступит порог моей спальни, одетая только в лунный свет, наклонится и прижмет палец к моим губам и скажет… а да ничего она не скажет, потому что шансов этих нет. Зеро. Ноль. Дырка от бублика. От дохлого осла уши и все такое. Я старый понимаю почему — для нее я уже в роли младшего брата и подельника слэш партнера по преступлению. А еще я стою ниже ее в социальном и ранговом смысле. Это противоречит самой природе женщины — выбирать себе партнеров ниже ранга. Мужчина — он может, а вот женщины — нет. Как правило нет. Но моя надежда что Майко — извращенка и педофилка уже умерла. Жаль. Хотя она что-то говорила насчет того, что обеспечит мне встречу в «цветочном домике», если все получится с Читосе-сан. Нет, конечно, я помогаю Майко и Читосе из общегуманитарных соображений, ну там во имя свободы, любви и мира во всем мире, но ведь и … блин, да что ж это такое то, о чем не подумаю, все о сексе получается! Все-таки гормональный фон подростка очень сильно давит на мозги, только отвлечешься, так начинаются в голове сцены из Кама-Сутры. И как я в первый раз прожил весь этот пубертатный период? Сплошные мучения. Арргх! Надо себе тоже журнальчики как у Синдзи прикупить, ну или действительно связями Майко воспользоваться и по «цветочным девушкам» сходить, так сказать, чтобы мозги в нормальное русло вернуть. Во имя прогресса, а не похоти для, так сказать.
— Ну… ты не переживай так. — Ая-чан сочувственно посмотрела на меня: — может быть она увидит какой ты … хороший. И может быть, у вас все получится. Она к тебе же тоже хорошо относиться.
— Эм? — удивился я и посмотрел на Аю-чан новыми глазами. Ая-чан смотрела в сторону и не встречалась со мной взглядом. А еще была подозрительно красной.
— Да нету у меня к Майко никаких таких чувств! — сказал я: — она мне как старшая сестра и хороший друг, да.
— Знаю я, какая она тебе сестра. Видела уже. — отрезала Ая-чан, явно имеющая по этому поводу свое собственное мнение. Конечно, уж Майко-чан постаралась, произвела впечатление на бедную девочку. А с другой стороны, ну что я опять завелся? Зачем я тут доказывать буду что между мной и Майко нет ничего? Ради чего? Подумает Ая-чан что мы два развратника и «сливаемся воедино в зверя с двумя спинами» каждую ночь, или подумает, что это у меня несчастная любовь, а Майко меня использует и разбивает сердце, да хоть что пусть придумает, мне то что? Это видимо остатки высоких моральных принципов Синдзи-куна во мне работают, да. А вернее — социальные страхи. Да плевать в самом деле. Главное, что мне плевать, а уж Майко-то плевать тем более. Она у нас маг-метаморф категории «альфа-браво-браво», чтобы это не значило и вполне может за себя постоять. Потому что социальные страхи и стыд — это в конечном счете страх за свое физическое существование. Если слишком сильно выделяться из стаи — рано или поздно стая может решить, что ты чужак. А что может сделать стая с индивидом — не надо рассказывать. Поэтому, как я усвоил еще в далеком-далеком аду средней школы — для того, чтобы иметь свое мнение, тебе нужны силы, чтобы его отстоять. В первую очередь — внутренние силы. А уж силушки у Майко не занимать, ни моральной, ни силы воли, да и просто физической мощи. Она может себе позволить не обращать внимания на шепотки за спиной. И я тоже.