Синдзи-кун. Тетралогия (СИ)

— Понял. — говорю я. Конфликт мне не нужен, хотя этот … принц Чарминг, явно на него нарывается. Пока терпимо, но внутри у меня уже подрагивают нетерпеливые злые пульсики, а взглядом я невольно начинаю прикидывать дистанцию между нами.
— Еще раз, я повторяю, еще раз я тебя увижу рядом с Юки… — говорит принц. Рядом с принцем как обычно стоит его свита — трое старшеклассников разной степени аристократичности. Слышал я, что Снежная Королева считается парой с каким-то старшеклассником (он такой! Ах! — это от Мико-чан и Аи-чан), краем уха что-то, но что он такой … нервный — не предполагал. Ну, хорошо, я вообще о нем не думал. Мне есть чем заняться, кроме как думать о том, чьи чувства я могу задеть, когда меня игнорирует его девушка. Я, черт возьми, не Цао Цао времен Троецарствия, чтобы в такие интриги Мадридского двора соображать.
— Я постараюсь, чтобы не увидел. — уверяю его я. Опять-таки, ну зачем ему это все надо? Кто я и кто он? Он — крутой, красивый, у него в подружках сама Королева, он принц, чего надо-то от простого пейзанина? Церковную десятину? Право первой ночи? Барщину отработать? Мой девиз в настоящее время — живи сам и дай жить другим. Да, в случае с Цудзи это надо было сделать просто чтобы жить спокойно, а то житья бы не дали. Акаи и Изуми — сами напали. Иошико, кстати тоже, не дала мне времени и возможности для дипломатического урегулирования конфликта. А вот побить принца-дружка (или любовника?) Снежной Королевы значило нарваться на неприятности лишний раз. Поэтому просто потуплю, покиваю и соглашусь со всем, что он там скажет. Как говорится, брань на вороту не виснет. И вообще, хоть груздем называй, только в кузов не клади, да. На мой статус в классе это все не повлияет, и бог с ним.
— Что? Вы слышали — он постарается! Да ты ушлепок не расслышал, что я тебе говорил? Я говорил, что я не должен увидеть тебя, а как ты это сделаешь — под землю провалишься, или пойдешь к своей сестренке-шлюхе жаловаться — это твои проблемы. — и принц Чарминг больно потянул меня за ухо.
— Ну слушай. — сказал я, отстранив его руку: — ты уже палку перегибаешь, правда. Нет мне никакого дела до твоей Юки. Она на меня не смотрит даже. И потом, вот на личности переходить это последнее дело. Давай вот начнем с чистого листа и не будем усугублять ситуацию, а? — мне очень не понравилось, что этот тип назвал мою Нанасэ шлюхой, но это же только слова, нет? И вообще Ганди говорил, что обижаться можно только тогда, если ты принимаешь эту обиду.
— Чего? Умничать вздумал? — принц Чарминг оказался подонком. В том смысле, что ударил он неожиданно, без предупреждения. Резкий, жесткий удар ребром ладони по лицу наотмашь. Такой удар у профессионала мог бы раздробить переносицу. Принц не был профи, но разбить нос, ослепить и оглушить противника на время — его удар вполне мог. Однако количество дворовых разборок, начинающихся с подлого удара, количество этих зарубок на прикладе давно перевалило за двузначное число — еще когда старый я учился в старших классах. Старая школа подворотен и уличных драк. Еще с тех пор я научился видеть в глазах намерение ударить за доли секунды до самого удара. Потому удар принца пришелся в жесткий блок — уклониться я не мог, он прижимал меня к стене. Школа подворотен, а еще наш тренер по боксу, старый якут — учили никогда не оставлять удар по себе безнаказанным. Едва заблокировав удар, я тут же нанес джэб в голову принца. Джэб, девочки и мальчики, бывает разный. Не сходя с этого места, я могу перечислить вам как минимум пять разных видов — с подшагом, стоя на месте, отступая назад, с уходом вбок, и конечно же силовой — с выпадом. Но отдельно стоит джэб Джека Демпси — не просто с выпадом, не просто силовой, а с разворотом локтя вверх, так, что кулак разворачивается как при джоулте, только мизинцем вверх. И если обычный джэб просто хлесткий удар, то джэб Джека Демпси это стальная двутавровая балка, втыкающаяся прямо между вашими руками, протыкающая тело и заставляющая харкать кровью, даже если ты в перчатках. А я ударил в лицо.
 
— Тумц! — голова принца Чарминга откинулась назад, словно шар на бильярдном столе, получивший знатный карамболь. Ноги его подкосились, но я не дал ему упасть. Довернув корпус, я послал вслед мощный хук в челюсть, его мотнуло как тряпичную куклу и отбросило назад на добрый метр, где он и упал, ударившись затылком об землю. Адреналин в крови подскочил, выбив предохранители и я на полном серьезе колебался между оставить его лежать как есть, или добавить ногой, чтобы знал, скотина такая.
— Эй ты чего творишь? — свита. Высокий парень замахивается рукой, за этим движением нет школы, это просто мах и можно, наверное, просто отступить, поднять руки, извиниться, но красная пелена уже упала на глаза и злые пульсы взрываются у меня в голове.
— Нна! — я втыкаю ему короткий в печень, и он садится на землю, держась за бок и истошно крича. Удар ногой затыкает его, откидывая голову.
— Кто еще? А?! — кричу я через красную пелену: — ты?! — захват за шиворот и удар в лицо, еще удар, еще. Кто-то кричит, меня хватают сзади. Не думая, бью локтем в развороте «кай-ло», прием из тайского бокса, чрезвычайно опасный в ближнем бою. Потом я снова бью кого-то, потом еще. И наконец я прихожу в себя. Я стою и тяжело дышу, а у моих ног лежат и стонут принц Чарминг и его свита. Даже не стонут — подвывают, слабо, тоскливо, как обреченные звери. В моей руке оторванный воротник от чьей-то рубашки, костяшки пальцев покрыты кровью и это не моя кровь. На меня со странным выражением на лица смотрит Снежная Королева, а из-за ее спины выглядывает Ая-чан. Где-то рядом стрекочет видеокамера нердов из клуба журналистики. Ганди мне не помог, подумал я, Ганди вообще редко в таких случаях помогает, это ж надо чтобы обе стороны конфликта Ганди читали, а не только я.
— Мико-чан. — говорит Юки и из-за ее спины показывается вторая близняшка: — вызови школьную медсестру.
— Отару-кун, Кента-кун — пожалуйста прекратите снимать это на видео. — нерды спешно зачехляют камеру и убираются восвояси.
— Ая-чан. Проводи Ямаситу-куна домой. — поклон и Ая-чан снова появляется передо мной. Круто. Снежная Королева оправдывает свое звание — во-первых хладнокровна как форель, во-вторых, классный менеджер или администратор. Как и полагается Королеве. Как и ожидалось от тайчо.
— Давненько не виделись. — пытаюсь улыбнуться я. Удается с трудом, губы как будто резиновые. И вот чего я сорвался? Ну ударили разок, подумаешь. Выбесил меня этот принц Чарминг своим свинским поведением. Нарушил мне тут внутреннюю гармонию и циркуляцию ки по организму, понимаешь. Стыдно, товарищ Синдзи, стыдно должно быть, все еще неуравновешен ты юный падаван и на темную сторону силы ведет гнев.
— Пожалуйста, пойдем отсюда, Синдзи-кун. — говорит Ая-чан, и протягивает мне руку. Я протягиваю свою в ответ, обнаруживаю в ней белую ткань от воротника чьей-то рубахи, мысленно примеряю — нет, не мой, у меня все на месте. Повернувшись назад, собираюсь положить воротничок рядом с пострадавшими, но те испуганно дергаются, словно я собираюсь их ударить. Кладу воротник на землю, поворачиваюсь и подаю руку Ае-чан.
— Твой портфель я уже взяла. — говорит она: — пошли.
— А там?
— Юки-сама справится с ситуацией. — серьезно говорит Ая-чан. У ворот школы нас догоняет веселая Кин Иошико со своей свитой. Неизменная розовая сумочка вместо портфеля через плечо, неизменная куча забавных брелоков на этой сумочке, красная помада, белые кроссовки, коротенькая юбочка — вот, она, дамы и господа, наша Кин.
— Йоу, Синдзи-бака! — салютует она мне открытой ладонью: — слышала ты этого слащавого придурка Мацуду Аки уделал.
— Он такой придуурок! — кивает одна из «фрейлин» свиты Иошико, та, что с пухлыми губками и прической хвостиком: — давно надо было ему рожу начистить.
— Поделом ему! — добавляет вторая — с миндалевидными глазами и солнцезащитными очками, которые она носит на манер заколки — на лбу.
— Надо было ему руки оторвать. Которые он к Иошико-саме тянул. — заканчивает третья, самая маленькая из них.