Божественные истории (ЛП)

— Полюбишь. Со временем. Из всех нас у Аида самое большое сердце, — увещевала мама. — Пусть тебя не обманывает мрачность его царства. В нём есть своя красота. Пускай ночь была непростой, дальше будет легче. Счастье — это выбор…
— Там я не буду счастлива, — слова вырвались вместе с новым всхлипом. — Ты правда поступишь так со мной? Обречёшь единственную дочь на жизнь в Царстве мёртвых?
Мама вздрогнула.
— Пожалуйста, милая, скажи мне, что произошло.
Но я не могла. Я сама не понимала, что именно было источником всей этой злости и ненависти внутри меня. Я не знала, из-за чего конкретно хочу сбежать оттуда, но желание было однозначным.
— Он просто… — я замотала головой. — Это всё неправильно.
— Не торопись, — мама произнесла тоном, который якобы предполагался как успокаивающий, но меня от него передёрнуло. — Консумация брака была неприятной? Так это нормально. Первый раз почти никогда не бывает…
— Не в этом дело.
— Тогда в чём? — она попыталась коснуться меня, но я отшагнула назад. Меня всю так трясло, что я едва стояла на ногах. Я будто бы сопротивлялась невидимой силе, просто находясь в этой комнате, и не знала, как это прекратить.
— Я просто… Мне там не место. Я не знаю, как ещё это объяснить.
Мама с отцом переглянулись, и Зевс прочистил горло.
— Ты вернёшься в Подземное царство вместе с Аидом, и будешь слушаться его, как меня. Он теперь твой супруг, ты не посмеешь позорить меня уклонением от своих прямых обязанностей, поняла?
Из-за слёз перед глазами я не могла разглядеть его лица. Но я прекрасно слышала голос — повелительный голос короля, означающий, что возражения не принимаются. Тем же самым тоном он, наплевав на мои чувства, объявил в мой шестнадцатый день рождения, что я выйду замуж за Аида.
Я ничего не могла ответить. Каждый раз, когда я открывала рот, ненависть и обида сдавливали горло мёртвой хваткой. В итоге я просто выбежала из комнаты. Пусть угрожает, сколько хочет, но я туда не вернусь. И то, что они с мамой вообще не брали в расчёт мои чувства… это просто несправедливо. Мне нужно сбежать от этого нарастающего отвращения. Мне нужно сбежать от собственной жизни.
Едва оказавшись в коридоре, я чуть было не врезалась в Геру. Она была здесь всё это время? Наши взгляды встретились, и она открыла рот, чтобы что-то сказать, но я не стала слушать и побежала дальше. Плевать, если она всё слышала. Плевать, что она понимает, каково это застрять в браке, в котором нет любви. Она всё равно ничего не сможет сделать, чтобы заставить моих родителей передумать, а жалость мне не нужна. Мне нужна свобода.
Я добежала до тронного зала. В нескольких шагах от портала стоял Аид вместе с Гермесом, лицо последнего выражало растерянность. Я прыгнула в круг кристаллов. Аид хотел последовать за мной, но Гермес перекрыл ему путь. Не знаю, почему он это сделал, но у меня не было времени выяснять. Я полетела вниз с Олимпа. Ветер развевал мои волосы, набрасывая их на лицо.
Глоток свободы. И свободное падение, очевидно. Я ещё ни разу не использовала портал сама. Не зная, что делать, я открыла рот в беззвучном крике. Может, мне стоило дождаться его в кругу кристаллов, но лучше разбиться о землю, чем вернуться с ним в Подземное царство.
Я ожидала удара — ну, который оставил бы вмятину на земле, и смертные потом ходили и гадали о причинах её возникновения. Но мои ноги коснулись твёрдой поверхности. Никакого жёсткого приземления. Никакого удара. Я даже траву не примяла.
Облегчённо выдохнув, я запустила пальцы в спутанные волосы и оглянулась вокруг. Я стояла посреди поляны с сиреневыми цветами, покачивающимися от лёгкого ветерка. Было тепло, несмотря на позднее время. Чудесный летний вечер.
И почему Аид не может жить на земле? Зачем ему всё время находиться рядом со своими подданными? Вот у Зевса нет такой необходимости. Я села прямо на землю, проводя рукой по высокой траве. Вот где мой настоящий дом. Тепло, природа, жизнь. Не каменная тюрьма.
Внезапный порыв ветра — и какой-то шорох за спиной. Наверняка это Аид пришёл за мной, чтобы утащить обратно в своё мрачное жилище. Я не стала оборачиваться. Не желаю его больше видеть.
 
— Персефона?
Я ахнула. Это не Аид.
— Гермес? Что ты здесь делаешь?
— Ты расстроена, — сказал он, садясь передо мной. Мы выросли вместе — совсем дети по сравнению с остальными членами Совета. Рядом с ним тоска по дому становилась только сильнее. — Аид сделал тебе больно?
Гермес первый, кто предположил, что это не моя вина, и от того моё сердце наполнилось благодарностью к нему.
— Н-нет, — всхлипнула я. — Я просто… не могу туда вернуться.
Он взял мои ладони в свои. Его пальцы были мягкими и прохладными. Этого небольшого жеста поддержки оказалось достаточно, чтобы моя выдержка снова дала сбой: я уткнулась лицом в его плечо и снова разрыдалась. Как же я ненавижу всё это… Бесит, что я не могу найти в себе сил дать Аиду шанс. Но проблема не в нём. Мне кажется, будто мне не хватает воздуха, словно меня душат и мои лёгкие горят. Я умираю, не успев пожить. Почему я не возразила родителям раньше? Почему не потребовала дать мне возможность побывать в Подземном мире и получше узнать Аида до свадьбы? Почему мне не оставили выбора?
Потому что они прекрасно понимали, каким будет мой ответ. Наверняка. Мама знает меня лучше, чем я саму себя, и моё доверие к ней — то самое, толкнувшее меня в этот брак, — было безграничным. Даже сейчас меня одолевали сомнения. Может, я поспешила? Может, стоит ещё попытаться? Есть ли у меня вообще выбор?
Нет, и поэтому я зарыдала с новой силой. У меня нет никакого выбора. Нравится мне это или нет, мне придётся вернуться в Подземный мир. Если только…
Мои глаза распахнулись, я резко подняла голову. Гермес тоже выпрямился, но я заговорила быстрее:
— Давай убежим вместе.
Его губы образовали идеальный круг.
— Что?
— Ты правильно меня слышал. Давай сбежим. Куда-нибудь, где нас не найдут, как это сделали Афродита и Арес. И… мы будем счастливы.
— Стоп, — он отстранился. — То есть ты хочешь, чтобы… ты и я…
Я вздрогнула. После прошлой ночи я вообще ни с кем не хочу подобных отношений.
— Нет, я имела в виду… как друзья. Брат и сестра, или кто мы друг другу… — не совсем: формально Зевс принимал разные облики, чтобы зачать нас от разных женщин. Но мне нужна была чья-нибудь любовь. Неважно, какого рода любовь. Главное, чтобы её было достаточно, чтобы решиться на побег. — Пожалуйста.
Гермес сомневался — я буквально видела, как шестерёнки крутятся у него в голове. Надежда вспыхнула в моей груди, затмив холод и отчаяние. Он реально обдумывает такую возможность. Он серьёзно её рассматривает.
— Персефона… — он снова взял меня за руки. — Ты же знаешь, больше всего на свете я хочу, чтобы ты была счастлива. Но Зевс уже запретил кому-либо лезть в ваш брак. Если мы сбежим, они с Аидом разыщут нас, и тогда мне не избежать молнии в лоб.
Моё сердце ухнуло вниз, хрупкий пузырь надежды лопнул.
— Он правда приказал всем не помогать мне?
Гермес кивнул.
— Прости. Но, может, вы с Аидом сумеете договориться? Ты можешь просто быть его королевой, а не его женой, ведь так? Ему нужно, чтобы кто-то помогал ему править царством, а не согревал постель.
Я зажмурилась, сдерживая новый приступ слёз. Я никогда не выберусь из этой западни. Ни сейчас, ни через тысячу лет, ни когда-либо потом. Нет, пока Зевс считает меня своей собственностью, и Аид с ним заодно.
— Он никогда не согласится, — прошептала я.
— А ты не спрашивай, — Гермес заправил прядку моих волос за ухо. Его прикосновение было таким нежным, что я подалась навстречу. — Поставь перед фактом. Ты сильнее, чем думаешь, Персефона. Никогда в этом не сомневайся. Ты способна на всё, чего захочешь, и к чёрту обстоятельства.
— Я бы хотела… — мой голос не слушался, я тяжело сглотнула. — Я бы хотела быть как Афродита. Я бы хотела набраться смелости поступить так же, как она.