Любить королеву. Случай из адвокатской практики (СИ)
* * *
Мужчина, не скрываясь, тащился от вида жены и собственного тщеславия.
Сам он одел темно серый отливающий серебром костюм, под него черную рубашку и белый галстук. Оглядел себя в зеркале и остался доволен.
Пока ехали, старался думать о приятном, а не о том, что засоряло мозги последние полтора месяца. Хорошее настроение и довольный вид Ленки этому только способствовали. Когда она поворачивалась к нему, ее взгляд светился тем непередаваемым светом, что бывает только в глазах счастливых женщин, довольных жизнью.
— Я молодец, — сказал он себе. — А это все беременские заморочки. И продолжать надо в том же духе.
Но мысленно все же закатил глаза, ему не раз приходилось слышать, что у беременных портится характер. Однако теперь рецепт, как добиться хорошего настроения у жены, был известен.
В клубе их появление сразу вызвало повышенное внимание. Любое их появление на публике вообще не оставалось без внимания. В обычное время усиленное лебезение со всех сторон утомляло, но сегодня Василий решил расслабиться и не реагировал.
Он специально выбрал другой клуб, не тот, куда они они ходили чаще всего. Не хотел ни с кем из обычных знакомых встречаться. Именно потому не слишком радостно было увидеть здесь Пашу с Кристиной. Прямо как заранее знали, куда он пойдет сегодня вечером.
Кристина сразу подошла, стала трещать с Леной, при этом пару раз взглянула на него, в глазах какое-то нечитаемое выражение. Он даже озадачился и про себя подумал, что Кристина как-то изменилось. А когда тот, кого ты знаешь как облупленного, вдруг начинает меняться, это всегда настораживают.
Паша позвал их в чилаут. Мережков через «нехочу» присоединился. Было шумно, но пока шли, все прислушивался к разговору жены и бывшей любовницы, идущих впереди. Черт. И надо же было тут на них напороться.
Вроде обычные разговоры, а беспокойство не отпускало. Естественно, новое украшение Лены не осталось незамеченным, у Кристины аж лицо заострилось, пока она слушала подробности и кольцо разглядывала.
И уж совсем не понравился Мережкову взгляд, которым его бывшая любовница проводила Лену, когда та направилась в туалет. У Василия в голове немедленно щелкнуло, он практически сразу встал и вышел за женой следом.
* * *
Кристина Б… смотрела вслед мужчине, которого когда-то считала своим, хотела выйти за него замуж. Потому что она подходила ему идеально. Она, а не эта замороженная рыба.
Какая-то, просто чудовищная несправедливость. Еще можно было бы понять, если та была бы красивее, богаче, умнее, в конце концов.
Совершенно не могла понять, что другие мужики в этой блеклой мымре находят, когда тут же начинаю вертеть головами и оборачиваться в ее присутствии. Ну, одеваться да, одеваться она умеет, и даже может вести себя прилично. Но так с теми деньгами, что дает ей Вася, любая одевалась бы шикарно!
Умом Кристина понимала, что эта официантка попросту держит Васю за член. И вот это уже было обидно и возмутительно. От одного человека Кристина узнала, что началось безобразие Мережковского скоропалительного мезальянса с того, что Вася ее изнасиловал на виду у всех, как уличную шавку.
А вот поди ж ты… теперь бегает за ней, на руках носит. Пылинки сдувает!
Но самым обидным было даже не ужасно дорогое кольцо. Нет.
Море цветов.
Вот это глупое, бесполезное, идиотское, но такое романтически — прекрасное выражение чувств мужчины.
Вот это просто убивало…
Заставляло умирать от зависти, чувствовать себя ущербной. Кристина с тоской перевела взгляд на Павла Морозова. Дождешься от него такого, как же! Жмот несчастный. Да от него ей и не хотелось бы. Тошный он моментами. Вот как сейчас.
Она смотрела, как Морозов, едва дождавшись, что Василий выйдет из-за стола, тут же начал набирать что-то в своем навороченном гаджете. Отправил, следом блюмкнула входящая смс-ка. Он хищно осклабился, и нажал переслать сообщение. А потом взглянул на нее. Подмигнул, гаденько усмехнулся и сказал:
— А ты молодец. Твой человек очень полезную информацию предоставил. И вообще, все, что он будет докладывать о том, что творится в доме у нашего друга немедленно передавай мне. Поняла? Знающий человек сказал, скоро накрутим хвост этому, — процедил он сквозь зубы. — Павлину гадскому.
В какой-то момент Кристине стало жутковато, уж слишком нечеловечески выглядел Паша в тот момент. Но мысль отомстить Васе, унизить его, заставить страдать… Эта мысль ей понравилась.
Примечание.
Вадим*, Мирослава*, Джонах* — герои первой части трилогии, книги "Проданная королева", вбоквелом к которому является этот роман.
ГЛАВА 24
Сейчас, лежа в реанимации полутрупом и без сознания, Василий Мережков понимал, что именно в тот день между ним и Леной пролегла первая трещина. В тот самый день, когда он так хотел сделать ей приятное.
Злосчастное 8 марта.
Тогда в клубе, почувствовав внезапное беспокойство, пошел следом. Видел, как она вошла в туалет и остался ждать снаружи. Чем-то это все напомнило ему ему другой вечер, когда он впервые назвал ее своей невестой, пробуждая флешбэк. И одновременно что-то тревожное дрогнуло в душе. И беспокойство почему-то никуда не делось.
Ждать пришлось недолго. Лена появилась из-за двери и, увидев его, снова шарахнулась в сторону. В точности как вчера вечером. Это неприятно кольнуло, опять заскоки беременские?
Подошел вплотную, она таращилась на него так, будто змею или призрака увидела. Что за?
— Что с тобой? — спросил. — Тебе плохо?
— Нет… не… я не знаю… — неуверенно пробормотала, не отводя от него странного взгляда.
Василий бы мог поклясться, что в эту минуту она его панически боится. Пересиливая досаду и беспокойство, проговорил:
— Если тебе плохо, поехали домой.
— Да, — ответила, опуская глаза, и быстро пошла вперед, будто за ней гнались.
Да что же с ней такое?!
Пока ехали домой, несколько раз спрашивал. Молчание в ответ. Наконец не выдержал, тряхнул ее за плечо. Лена вдруг резко отодвинулась и, взглянув прямо в глаза, сказала:
— Нам надо поговорить. Один на один, без свидетелей.
Несколько секунд смотрел на нее, отказываясь понимать. Настроение испортилось к чертям. Отрубил:
— Дома, — и отвернулся.
В машине повисло осязаемое напряжение. Он вдруг почувствовал, что страшно устал. Домой добрались скоро, длившееся весь остаток пути тягостное молчание выматывало. Молча ехали в лифте, а он доходил, доходил, доходил до точки.
Наконец, когда остались наедине, терпения уже не осталось.
— Может быть, ты все же объяснишь, что с тобой? — все еще пытаясь владеть собой.
— Это ты мне объясни, — услышал тихий голос в ответ. — Что это, Вася?
— Что?
Лена протягивала ему айфон, а он не мог понять, в чем дело. И пока соображал, Лена схватила свой ноутбук и открыла почту.
— Что это Вася? Что?
Глядя на кадры видеозаписи, мелькавшие на экране ноута и на айфоне в его руке, Мережков просто зверел. Какая-то тварь подобралась так близко, что смогла снять его со спины? Да его прирежут, а никто и не почует! Кого же он к себе подпустил?! Кого?! Убрать всех к чертова матерь!
Но его жена, его Ленка. Его… Видеть холодность и осуждение в ее глазах было выше его сил.
— Ты! Ты моя жена! Ты понимаешь! — заревел он, как раненый. — Ты! Должна быть на моей стороне! Ты понимаешь! Что бы не узнала и не увидела!
— Так это правда, Василий, — тихо прошептала она, отворачиваясь.
— Ты понимаешь, что у меня враги?! А ты? Заодно с ними?!
Обернулась на крик, вздрогнула. Упрямая складка между бровями и ничего она не поняла из его слов. И тогда он вдруг физически почувствовал боль, будто она нанесла ему удар в спину. Это было предательством. Она не имела права так поступать с ним.
Внезапно овладел собой, будто заледенел. Подошел к минибару, налил виски в стакан. Холодные циничные слова сорвались с языка сами: