Фантастические циклы романов. Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

— Вот так вот, захотел — и взял? — ехидно осведомился Батя.
— Нет, ты мне их отдашь сам, добровольно.
— Перебьешься, — огрызнулся майор.
Андрею показалось, что сейчас он скрутит кукиш, но командир егерей все же сумел сдержаться.
Рядом с Батей стоял Вини, и на его лице играла обычная улыбка. Казалось, что его вся эта ситуация дико забавляет. Но все же что-то в этой улыбке настораживало. Словно легкий морозец подернул зеленоватые глаза маленького егеря.
— А может, ты не будешь решать за них? — Краснов постарался зайти с другой стороны и повернул голову к Андрею: — Что скажешь, парень, пойдешь ко мне добровольно?
— Да нет, спасибо, мне и с Батей неплохо, у вас наверняка хуже кормят. К тому же вы по первому требованию сдадите меня ушастым. Или я не прав? — равнодушно пожал плечами Андрей и невинно поднял глаза к потолку.
«Невинное» поведение Андрея моментально вывело старосту из себя — судя по всему, к дерзости он не привык.
— Да что ты понимаешь, сопляк!
— Многое, так же, как и я, — вмешался Батя. — Скажи мне, Ваня, откуда в твоем поселке магические растения? Ветром надуло? Что, снюхался с ушастыми, князек?
— Следи за своим языком, бродяга, — прорычал Краснов, вскакивая на ноги. Арбалетчики за его спиной напряглись. — Что ты понимаешь, голь перекатная, у меня пять тысяч народу на шее. Я за них отвечаю и сделаю все, что понадобится, для спасения людей, и тебя спрашивать не буду. Прикажу — и ты и он пойдете куда надо. С каких это пор ты, живодер, стал таким принципиальным? Забыл, как по приказу начальства людей резал? Тебя твои командиры сильно спрашивали?
— Не спрашивали, — холодно ответил Батя, и Андрей понял, что до этого его злость была показной, концертным номером, а вот сейчас Краснов задел егеря за живое. — Я своей стране давал присягу! А тебе лично ни я, ни Андрей ничего не должны. Да и не помню, чтобы ты сильно защищал страну, которую сейчас хулишь.
— Да, не защищал, а что мне дала эта страна?! Что она дала всем нам?! Эльфы с помощью одного мешка семян обеспечили пропитание прорве народу. Дети не будут голодать, как прошлой зимой.
— И за это ты будешь отдавать ушастым жен и дочерей? Ты хоть задумывался о том, что они с ними сделают?
— Зато я спасу всех остальных!
— Кому ты втираешь — мне или самому себе? — Батя уже остыл и говорил устало и даже с грустью. — Ваня, не бери греха на душу. Отпусти нас подобру-поздорову. Ты сам не знаешь, куда лезешь. Я вижу, что тебе Андрюхина сила понадобилась, но отобрать ее не получится, впрочем, использовать ее ты тоже не сможешь.
— Так, все! — окончательно потерял терпение староста. — Вижу, разговора у нас не получится. Пацан с девкой останутся тут. Ты, если дашь слово офицера никогда больше не появляться в селении, можешь уходить вместе со своей кодлой. Даю два часа на раздумья.
Поставив последнюю точку в разговоре, Краснов развернулся и сделал шаг к двери, но его остановил спокойный и даже тихий голос Бати:
— Краснов, нашей дружбе конец, но я постараюсь оставить тебе жизнь. И знаешь почему? Потому что в одном ты прав — на тебе куча народу, а после твоей смерти править здесь будет больной на голову удав. Так что я постараюсь.
Последние слова Бати отдавали таким замогильным холодом, что Андрей вздрогнул. Непосредственная угроза хозяину подействовала на арбалетчиков как команда «фас», они сильнее сжали арбалеты и направили острия болтов на егеря. Так же сделал и тот, кто целился в девушек и молодого японца. Это и была самая главная ошибка охраны. Андрей не заметил, как Батя подал сигнал к атаке. Камеко тенью скользнул к крайнему стрелку, и в подвале раздался хруст шейных позвонков. Два оставшихся арбалетчика развернули свое оружие к новой угрозе, но к ним мячиком скакнул Вини. В его кулаке мелькнуло коротенькое лезвие. Два взмаха — и разрезанные артерии брызнули тугими струями крови. Вини сделал неуловимое па, явно стараясь не запачкаться, а потом как ядро отлетел к стене. В дело вступил староста.
Сурок как-то странно хрюкнул и пошел на медведеобразного Краснова, но Батя остановил его:
 
— Сурок, дверь. Я сам.
С удивительной для массивного тела скоростью Сурок прыгнул к двери и что-то бросил себе под ноги. Снаружи кто-то постарался захлопнуть массивную створку, но брошенный вниз предмет заклинил дверь, не давая задвинуть засов.
Только теперь Андрей до конца понял расстановку сил в подвале. Батя с самого начала разместил людей очень грамотно: девушек под прикрытием Камеко в угол, а основная группа встала так, чтобы гостеприимные хозяева не успели быстро добежать до двери.
Заблокировав дверь, Сурок резко развернулся к старосте, но Краснову было уже не до него — перед ним стоял противник посерьезней. Иван Демидович, дернув плечом, сбросил куртку и вытащил из-за спины десантный нож.
— Ванька, не дури, — предупредил Батя. — Скажи своим, чтобы отошли от дверей, а сам сядь в угол.
— А не пошел бы ты на хрен, — прохрипел староста и прыгнул. Стремительность его движений удивила не только Андрея, но и Батю. Противники обменялись выпадами и разорвали дистанцию.
— А как же твой артрит, старикашка? То-то я гляжу, ты аж помолодел весь! Что, новые хозяева расщедрились на волшебную подачку в виде молодильной клизмы? — зло засмеялся Батя, глядя в глаза противнику. И, похоже, попал в самую точку.
Староста взревел и бросился вперед, полосуя воздух ножом. Егерь ждал до самой последней секунды и, пропустив нож буквально над макушкой, низким свингом прошел под ударом и резко ударил кулаком под грудь противника, а когда тот согнулся, добавил левой в висок. Староста сдавленно выдохнул и, как огромная статуя, завалился набок.
Зрители восторженно замерли, причем не только члены отряда, но и оба предателя, которых Камеко держал на прицеле трофейного арбалета. Незадачливые шпионы с начала атаки так не успели ничего сделать.
— Дерьмо ты все же, но я обещал не убивать, — проворчал Батя, щупая пульс на шее вырубившегося старосты. Убедившись, что тот жив, егерь разогнулся и повернулся к двум предателям, но ничего сказать так и не успел. Рядом появился Акира и вопросительно произнес:
— Господин?
«Господин?! Что за хрень?» — удивленно подумал Андрей и пропустил момент, когда Батя ответил на незаданный вопрос.
Акира вышел вперед и встал перед своими бывшими учениками.
— К бою. — Учитель дал тихим голосом привычную команду и выдернул из рукава клинок с коротким лезвием.
Присмотревшись, Андрей узнал тридцатисантиметровый танто с односторонней заточкой. Отсутствие гарды позволяло носить кинжал в рукаве, чем мастер и воспользовался.
Еще по тренировкам Андрей знал, что после команды мастер дает на подготовку четыре секунды.
Обнажить меч успел только Серый. Акира коротко шагнул вперед. Серый с коротким криком рубанул мастера сверху. Мастер принял меч на взятый обратным хватом клинок. Меч скользнул по кромке оружия Акиры и ушел вниз, а кинжал мастера, продолжая движение, взлетел вверх и чикнул предателя по горлу. Следующий шаг Акира закончил длинным выпадом, и танто по рукоятку ушел под грудь Виктора. Бывший ученик так и не успел достать оружия. Болевой шок заморозил его тело прямо с рукой на рукояти. Парень сдавленно пискнул и рухнул на колени. Это был его единственный звук. Завалившись, он затих. Серому не повезло умереть так же легко, как напарнику, — он еще несколько минут хрипел, судорожно пытаясь зажать руками вскрытую трахею.
В подвале воцарилась зловещая тишина. Кровавая сцена практически всех вогнала в шок, а девушки были на грани истерики. Из женской половины отряда выдержку сохранила только Наташа, она даже успела закрыть глаза Свете.
Впрочем, лелеять в себе нежные чувства им не дали. Дверь подвала резко открылась, и в нее заглянул человек с арбалетом, но выстрелить он так и не успел. Щелкнул арбалет Камеко, «гость» упал на спину. Над его телом в комнату пролетели сколько-то болтов и… бессильно отскочили от бетона. Вини, скользнув вдоль стены, резко выглянул в дверной проем и тут же убрал голову назад. В комнату влетели еще три болта.