Фантастические циклы романов. Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

Та вела в большой и длинный погреб с парочкой бетонных столбов посредине. В конце подвала находилось несколько дверей. Между ними стояли большие металлические то ли ящики, то ли сундуки. Все это было подсвечено желтоватым светом десятка ламп, развешанных прямо на стенах. Запаха керосина Андрей не уловил и предположил, что это спиртовки.
Когда вся группа подошла к крайней правой двери, Каа «любезно» улыбнулся, а конвоиры напряглись еще сильнее, хотя казалось, что уже некуда.
«Хоть бы жилы не полопались у бедняг», — «сочувственно» подумал Корчак.
— Итак, господа хорошие, вам придется оставить свои ножички в этих ящичках.
К разочарованию тюремщика, Батя лишь пожал плечами и потащил из-за спины свою катану вместе с ножнами. Когда один из конвоиров открыл крышку железного ящика, Андрей с удивлением увидел, что там уже лежат все их вещи, включая его рюкзак.
Мечи легли поверх вещей, а сверху все это добро накрыла металлическая крышка. Сухо щелкнул замок.
— А теперь прошу вот сюда, — пригласил Каа, но сам остался на месте. Крайнюю справа дверь открыл один из конвоиров. Андрей уже заметил, что человек с прозвищем удава старается не подходить к пленникам не то что на расстояние вытянутой руки, а даже на дистанцию в пару прыжков.
За толстой металлической дверью их ждал новый сюрприз — там находились все дамы отряда и хмурый Камеко. Судя по окровавленной повязке на бицепсе его правой руки, захват заложников прошел не очень гладко. Парень робко посмотрел на отца, но тот даже не удостоил его взглядом. Камеко обреченно вздохнул. В неверном свете двух ламп их компания смотрелась жалко и затравленно.
Дверь за пленниками гулко захлопнулась, затем послышалось скрежетание засова.
Батя, хранивший невозмутимый вид весь путь до камеры, обеспокоенно повернулся к девушкам:
— У вас все в порядке?
— Все нормально, командир, — ответила за всех Наташа. По виду они были перепуганы, особенно Света, но не более того.
Выяснив состояние девушек, Батя повернулся к Камеко:
— Ты как?
— Лучше некуда, взяли, как ребенка. Но я не мог ничего поделать — у меня только меч, а рядом девушки, — начал оправдываться Камеко, но Батя его перебил:
— Успокойся, ты сделал все правильно, хотя, судя по повязке, мог сделать еще правильнее и мирно сдаться: сопротивляться было глупо, — отчитал подчиненного командир, хотя пару минут назад сам намеревался совершить такую же глупость.
Еще Андрея удивило то, что Акира все это время стоял молча, словно оставляя за командиром право на упреки собственному сыну. Обдумать эту странность Андрей не успел — ему помешал скрежет засова. В открывшуюся дверь ввалился Сурок, а из проема донесся голос Вини:
— Не, чувак, ты реально без мозгов, совсем не учишься на ошибках. — Сам маленький егерь вошел как-то боком, на ходу втолковывая оставшемуся сзади конвоиру: — Если бы я не остановил этого мальчика, он бы тебе голову оторвал, несмотря на твою зубочистку, и…
Закончить фразу Вини не успел, потому что дверь с грохотом закрылась прямо перед его лицом. Впрочем, это не смутило весельчака, и он все же завершил свою речь, но уже на два тона выше, чтобы докричатся сквозь толстую дверь:
— …И твою зубочистку оторвал бы тоже: все равно она тебе без пользы!
— Вини, уймись, — призвал к порядку Батя.
— А чего он толкается. Еще и Сурку нагрубил, точнее, его подруге.
Вини, как обычно, одним своим присутствием сумел разогнать напряженную атмосферу, да так лихо, что перепуганные девушки сразу же заулыбались.
— Сурок, у тебя что, есть подруга? — удивленно спросила Наташа, заглядывая в глаза смутившемуся здоровяку.
— Не, какая там подруга, скажешь тоже, — промямлил Сурок, отчаянно краснея и старясь избежать взгляда лучницы.
— А зачем ты тогда чуть не свернул этому придурку голову, когда он ее сучкой назвал? — добавил масла в огонь Вини. — Я их только успел познакомить, а он уже жениться собрался.
— Все, хватит балагана, — прервал развлечение Батя, хотя было видно, что он специально выждал, чтобы дать людям возможность расслабиться. — Вини, проверь стены. Девочки, перемещаемся в тот угол и остаемся на ногах.
 
Командир ткнул пальцем в дальний угол продолговатого подвала и туда же указал кивком Камеко. В это время Вини, буквально обнюхивая стены, обошел все помещение и вернулся к командиру:
— Стены бетонные, толстые. Проходов и трещин нет. Одно окошко, оно же отдушина, но почти под потолком, к тому же маленькое, с толстой решеткой. Светка, может, и пролезет, но надо еще с решеткой справиться.
— Добро, разберемся, — ответил Батя, к чему-то прислушиваясь. Затем резко развернулся лицом к двери.
Вновь заскрежетал засов, открылась дверь, и в подвал вошел новый персонаж.
Выглядел вошедший, что называется, солидно — окладистая борода, густая черная грива, тонкий с горбинкой нос и колючие глаза. В дверь хозяин здешних мест вошел, немного нагнувшись, по причине своего роста. Пресловутая косая сажень в плечах здесь присутствовала в полном объеме. На вид мужику можно было дать не больше сорока пяти.
— Ну, здравствуй, гость дорогой, — поздоровался местный глава, поправляя наброшенную на плечи камуфляжную куртку. Кроме куртки на нем были такие же штаны и красная шелковая рубаха. Она немного не сочеталась с военной одеждой, но создавала эдакий образ русского богатыря.
— Настолько дорогой, что ты решил меня упрятать поглубже, чтобы не своровали? — не здороваясь, сразу же перешел к вопросам Батя.
— Володя, хватит бычиться. Парни чуток погорячились, делов-то.
— Иван, ты меня за дурачка держишь, думаешь, я поверю, что все это шашни Каа?
Пока начальство сверлило друг друга глазами, в комнате появились новые люди. Вслед за Красновым вошли три арбалетчика, причем двое заняли позицию напротив основной группы пленников, а один направил свое оружие на девушек и Камеко. План Бати по уводу лучниц и девочки с линии огня удался, но не полностью.
Последним в дверях появился Каа с табуретом в руках — он раболепно поставил табурет возле хозяина. Краснов со вздохом опустился на крепко сбитый предмет мебели: трудно бедняге держать на весу огромное тело, к тому же слегка заплывшее жирком.
Увидев Каа, Батя сразу окрысился. Краснов оглянулся и недовольно поморщился:
— Юра, будь добр, проследи, чтобы на базаре все было спокойно, а то твои люди набаламутили, так что иди исправляй.
Каа прекрасно понимал, что его отсылают, поэтому его злорадная мина была порядком подпорчена недовольством. Сверкнув на прощание недобрым взглядом, он вышел из каземата.
— Итак, давай все сначала и без истерик. — Краснов постарался вернуть себе солидность с помощью ровного тона.
Но Батя даже не собирался успокаиваться:
— Истерики? Краснов, по-моему, ты заигрался в князька. Скажи, может, я твоей милости где-то дорогу перешел? Иначе я тебя просто не понимаю.
— Не ты, — спокойно изрек хозяин Демидова.
— А может… что? — осекся Батя и удивленно посмотрел на Краснова.
— Володя, ты много о себе возомнил, мне нужен не ты, а он. — Свои слова староста подкрепил жестом, ткнув пальцем в Андрея.
— Вы что, знакомы? — напрягся Батя.
— Нет, но надеюсь, что познакомимся.
— Не понял, и ты устроил весь этот хоровод из-за обычного парня? — притворно удивился командир егерей. — Ваня, это называется старческим маразмом.
— Батя, бросай валять дурака, ты меня прекрасно понимаешь, — сузил глаза Краснов и повернул голову к стоящему у двери арбалетчику. — Позови Хлыста.
Арбалетчик нырнул за двери и буквально через секунду вернулся, а за ним вошли Витя и Серый. Оба бывших соратника самодовольно улыбались, явно считая себя героями. Судя по виду, никто неволить их не стал. Даже не разоружили.
Краснов открыл свои карты и перешел к делу:
— А теперь давай поговорим серьезно. Я знаю, что на парня не действует магия. Еще я знаю, что твоя пигалица тоже что-то там умеет, и поэтому они мне нужны. Оба.