Фантастические циклы романов. Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

Тот вроде остыл, но все равно еще пару минут что-то ворчал себе под нос.
Меня хоть и успокоило присутствие дружинников в прибывшей делегации, но нервозность полностью не ушла.
Когда мы наконец-то остановились у купола станции, рядом с действительно монструозно выглядевшей машиной, больше похожей на огромный танк на колесах, беспокойство переросло в злость.
— Бросай оружие! Лег на землю! — встретил меня окрик седовласого мужика, едва я выбрался из броневика.
Командовал он спокойно, без надрыва, но все равно мне это не понравилось. Особенно потому что на маге-пустышке не было формы и знаков различия дружины, зато имелся шнур знакомой расцветки. Таких персонажей во дворе набралось почти десяток, а еще на заднем плане мелькала парочка дружинников, но они почему-то отмалчивались.
Как раз в этот момент из открытой двери купола появились два человека. Один со знаками различия капитана дружины, а второй совсем молодой парень, одетый небрежно и в каком-то совсем уж помятом котелке на голове. Правда, внешний вид юноши меня совершенно не обманул: истинных магов я научился чуять, как ревматик — приближение грозы.
— Ты глухой? — уже злее поинтересовался маг-пустышка, и я ощутил, как вокруг немного похолодало.
Вышедшая из купола парочка с интересом наблюдала за происходящим.
Япона икебана! Нашли, понимаешь, цирк.
— Бобер, ты бы выдохнул, а то лопнешь, — посоветовал я коллеге и покосился на начальство вторженцев.
Предводитель дружинников едва заметно улыбнулся, а вот юноша нахмурился.
— Капитан, — повернулся я к представителю посадника, — тебя ничего не смущает?
— Я тут только в качестве наблюдателя, — с показной беспомощностью поднял руки страж порядка.
Похоже, кто-то из начальства решил лизнуть князю. И посаднику такое дело не могло понравиться по определению. А это значит, что, если станет жарко, капитан наплюет на приказы непосредственного начальства и вмешается.
Поэтому, чтобы избавиться от неудобных и даже опасных вопросов, будем зажигать.
— Ага, — лучезарно улыбнулся я. — Значит, вы здесь неофициально и я могу послать лесом всех этих артистов?
Холодная ярость, пусть являвшая лишь тенью едва не поглотившего меня просветления, отодвинула на задний план сомнения и страхи. К тому же хотелось раскачать эмоции присутствующих, чтобы получить пробой в их ментальной защите. У капитана прорвалось какое-то веселье, а вот юноша удивил тем, что выдал раздражение вместо ярости и спеси.
Значит, договоримся, как бы он ни сверкал на меня глазами. Да и в дружиннике я не ошибся.
— Смотритель, ты или очень храбрый, или слишком глупый, — холодно глядя мне в глаза, заявил маг, носивший серебряный перстень истинного боярина, не раз бывавшего в Запределье.
— Боярин, — так же холодно встретил я его взгляд, — у меня в морозильнике лежат три трупа простых магов и два — истинных магинь. Тут не в храбрости дело, просто устал бояться.
Народ тут же подобрался. Капитан от неожиданности крякнул, а юный маг непроизвольно начал закачку энергии.
Они что, не читали мой доклад? Или, может, просто не поверили в него, решив, что новичок в этом мире просто с перепугу нес какой-то бред?
— И еще, истинный: если вы хоть что-то сделали с моими людьми, разговор у нас выйдет тяжелый.
Это я добавил специально для Корнея, который, по моему приказу, вместе со стариками оставался в броневике.
— Так, господа хорошие, — явно просчитав в голове расклад, вступил вдело капитан, — давайте-ка успокоимся!
Мой расчет, к счастью, оказался верным.
Истинный наградил дружинника свирепым взглядом, но натолкнулся на его непробиваемую уверенность в себе и своем статусе.
Вот такая расстановка сил мне нравится уже значительно больше.
— Сейчас мы втроем сядем рядком и поговорим ладком, — заявил капитан и добавил уже для своего помощника с петлицами сержанта: — Шухрай, выводи всех наших из купола, и прихватите людей боярина.
Княжеский боярин хотел что-то возразить, но сдержался. Похоже, ему успели объяснить, что прямой конфликт с дружиной — дело не очень разумное.
 
Как и предлагал капитан, мы уселись в столовой; правда, не рядком, а как на допросе — я с одной стороны стола, а они с другой.
Перед этим мне удалось заметить фингал на ехидно улыбавшейся физиономии Баламута.
На мой злой взгляд и укоризненное покачивание головой боярин ответил, небрежно отмахнувшись рукой:
— Сопротивлялся при задержании.
— Капитан полицейского спецназа в отставке оказал сопротивление при законном обыске? — вопросом, говорящим больше любого утверждения, ответил я.
Дружинник снова крякнул и, посмотрев на Баламута, замершего за моей спиной, кивнул ему как равному, а затем вынес свой вердикт:
— Вира за оскорбление действием. Любой артефакт из вещей погибших на выбор капитана. Только не очень дорогой.
Я даже знал, что выберет Гена. Очень уж его впечатлили мои рассказы о метателе ножей.
— А это разве не моя добыча? — чисто для успокоения совести уточнил я.
— Транспорт и все остальное принадлежат князю, а его люди на тебя не нападали, — припечатал дружинник и, сделав серьезное лицо, добавил: — А теперь рассказывай. Все и без вранья. Шляпу можешь снять, я прослежу, чтобы он не лез тебе в голову и лишь проверял честность.
Даже не сомневался, что передо мной сидит коллега, но и не думал, что он так плотно заряжен. Хотя с чего бы городу экономить на артефактах для своих защитников, особенно такого высокого ранга…
Ну я и рассказал — почти все и почти без вранья. В смысле позволил себе кое о чем умолчать, а именно об объекте запредельцев. Недосказанность — это не вранье, и скрыть ее с моим пусть и недолгим, но бурным опытом ментальных стычек не такая уж большая проблема.
Когда я упомянул, что Коломбина вовсю использовала ментальные умения, боярин напрягся, но озвучивать свою озадаченность при капитане не стал. И это хорошо, потому что откровенно врать мне совершенно не хотелось.
Когда я закончил свой рассказ, боярин все же не удержался и переспросил:
— Как ты вообще сумел убить истинного мага?
В ответ я лишь недовольно поморщился.
— Он в чем-то соврал? — тут же вмешался в разговор капитан.
— Нет, — раздраженно ответил истинный маг.
— Тогда не вижу необходимости в уточнениях. И не забывайте, дар Котов, это не допрос и дар Зимин не подозреваемый. Все его действия не выходят за рамки самообороны и того, что дозволенно станционному смотрителю. Осталось только узнать, откуда появилась эфирная граната.
Я уже давно выяснял, что владение такой штукой пусть и не приветствуется, но законом не запрещено. А вот тех, кто создавал столь опасную для магов вещь, власти искали усердно и наказывали с огоньком. Так что я лишь порадовался, что не придется выкручиваться, дабы выгородить Барабаша.
— Барон Майер подарил.
Судя по недовольной гримасе капитана, он, как и я, понимал, что барон — именно та лошадь, на которую где сядешь, там и слезешь.
— Все, — ладонью, словно судейским молоточком, ударил по столу дружинник. — Думаю, пора заканчивать и переходить к передаче тел пострадавших и их вещей.
Управились быстро, но не без напряжения.
— Это все вещи? — с подозрением спросил боярин, рассматривая контейнер, в который я сложил найденные в лесу оружие и артефакты.
— Все, что было на телах, когда мы их забирали, — совершенно искренне заявил я, сняв перед этим шляпу. — Если что и завалялось в лесу, то можете поискать сами. Ну и вещей Коломбины здесь тоже нет.
— Почему? — опять нахмурившись, спросил капитан, и я с улыбкой вернул ему его же довод:
— Ее имущество князю не принадлежит, и она на меня напала. Тело, так уж и быть, подарю вам.
В лес они, к моему неудовольствию, все же пошли, но нашли там только два из четырех пропавших ножей Сержа. Даже не сомневаюсь, что Баламут перекопает весь Подлесок, чтобы добавить найденное к тому ножу, что он выторговал в качестве виры. Мой друг очень серьезно отнесся к будущему ритуалу, который позволит ему использовать эти опасные штуки.