Новые Боги (СИ)

Впрочем, сейчас меня заботили куда более насущные проблемы.
— Сколько вам потребуется еще времени?
Апостас посмотрел на меня, затем перевел взгляд обратно на суетящихся ромал:
— Минут десять. Здесь все?
Он посмотрел мне через плечо, на ораву суровых рогатых воинов.
— Да.
— Тогда подождите еще немного.
— Сколько у нас будет времени?
Парис задумался:
— Думаю, порядка часа.
— А с этим?
Я протянул ему испорченный изумруд, под завязку напитанный энергией сына. Апостас взглянул на камень в моей ладони, но прикасаться не стал:
— Даже не хочу спрашивать, откуда взялся столь любопытный материал. К сожалению, я сейчас не в состоянии оценить его запас. Пеша!
К нам тут же подскочил маленький, похожий на крысу чернявый парень с маленькими живыми глазками и лихо закрученными усами.
— Посмотри. Сможем подпитать контур от этого?
Пеша, в отличие от Париса, без всякой опаски сграбастал камень из моей ладони. Сжал в кулаке и восхищенно присвистнул:
— Энергия чужая, но чистая, баро. Думаю, хватит часа на два, не меньше.
Итого у нас три часа. Уже какой-никакой простор для маневра.
— Все готово, баро!
Ушлый ромал времени даром не терял и в два счета наладил канал между изумрудом и контуром будущего портала. Парис посмотрел на меня. Я, чувствуя, как внутри начинает потихоньку бурлить адреналин, кивнул.
— Тогда начинаем!
Пеша, явно красуясь перед Илоной, встал в эффектную позу, поднял правую руку и небрежно щелкнул пальцами. Однако уже через пару секунд его сияющая рожа заметно потускнела под десятками непонимающих глаз. Ничего не произошло.
Крысомордый щелкнул пальцами еще раз, уже слегка волнуясь. Опять ничего. И еще разок.
— Пеша... Ты на левую руку контур настроил, балда, — тихо, с присвистом проговорил Парис, и я так и не понял, чего он хотел больше — сдержаться и не заржать или не разозлиться.
С физиономии опростоволосившегося ромала можно было грустные картины писать. Понурив голову и шмыгнув носом, он щелкнул пальцами левой руки и портал тут же откликнулся. Лежащий на вершине рисунка изумруд вспыхнул и, словно мощная помпа, начал накачивать контуры заклинания. Спустя несколько секунд воздух внутри рисунка затрещал, заискрился, развалился на две половины и попер в разные стороны, открывая внушительный проход, в который разом могла карета с четверкой лошадей проехать.
— Двинули! — гаркнул я и первым пошел вперед.
Однако наплевав на все правила приличия, меня догнал Богомол, схватил за руку и оттеснил плечом:
— Господин! Сначала мы. Неизвестно, что ждет нас по ту сторону.
И, не дожидаясь моих возражений, вместе с Алексой шагнул в портал. Я напряженно смотрел за ними сквозь искажающую призму разорванного пространства, но секунда проходила за секундой, а на оглядывающихся по сторонам магов никто не спешил нападать.
Богомол повернулся в к нам и яростно замахал рукой, мол, скорее сюда. Больше не раздумывая, я кивнул Илоне и вышел из портала за сто пятьдесят километров от Кидонии. И почти сразу увидел, что так сильно взволновало Богомола.
Черные жирные столбы дыма от множества пожарищ. Развороченные в нескольких местах стены. Тут и там темнеющие точки мертвецов возле городских стен, среди которых виднелись и красные плащи спартанцев. Начавшее кружить в небе вороньё. И заметная только магам одуряющая вонь волшбы. Дикой, необузданной. Магии, могущей принадлежать лишь циклопам. Человек вряд ли в состоянии подчинить себе что-то подобное.
Мы опоздали. Кносс пал. А враг явно выдвинулся к Лабиринту.
 Глава 5. Драка за Лабиринт 
Минут двадцать у нас ушло на то, чтобы разыскать в городе кого-то, способного давать внятные ответы.
— Правитель, они явились два часа назад и почти сразу пошли на штурм.
Один из уцелевших сотников, ежесекундно морща бледное, словно мел, лицо, баюкал подвешенную на какой-то грязной тряпке сломанную руку. Любое неосторожное движение причиняло ему явную боль и я понял, что так разговора у нас не получится. В любой момент он может отключиться, да и рука разбухала и наливалась синевой прямо на глазах. Поэтому я жестом приказал ему замолчать и сосредоточился.
 
Магическое зрение привычно прыгнуло на глаза и я сразу же понял, насколько истощен воин. По всем критериям. Не отпускающей его болью. Ошеломлением от стремительного поражения. Потерей товарищей. Человек оказался в шаге от того, чтобы сломаться.
К сожалению, я не владел магией клана Енисис, иначе в два счета поставил бы его на ноги. Но и то, что мне доступно, может помогать, пусть и не так легко и эффективно.
С омерзительным чавканьем сломанная кость встала на место. Солдат часто задышал, побледнел еще сильнее, а затем, не выдержав, заорал. Я усилил поток, чтобы не дать его сознанию благополучно угаснуть. По лицу воина катились крупные капли пота, однако он стойко выдержал экзекуцию, по другому мое «лечение» не назовешь, а затем, когда боль начала отступать, попробовал осторожно пошевелить пальцами.
— Ты особо-то не дергайся. Кость встала на место, порванные ткани постепенно зарастают, но несколько дней покоя тебе не помешает.
— Спасибо, Господин!!!
— А теперь расскажи, что произошло.
Взгляд сам собой метнулся к гудящему в паре сотен метров порталу:
— И побыстрее.
Воин, чьего имени я все еще так и не узнал, наморщил лоб, собираясь с мыслями:
— Мы заметили их издалека, так что успели подготовиться к встрече. Зрелище, конечно, было то еще, я вам скажу. Особенно эти ублюдки одноглазые. Полуголые, здоровенные, а одних шкурах. Страховидлы те еще. Однако атаковать они не стали. Остановились на полтора полета стрелы.
Я нахмурился:
— Они не атаковали? Тогда чьих это рук дело?
Но он меня словно не услышал, мыслями вернувшись в те события:
— Наши духом воспряли, когда поняли, что в атаку на нас никто не идет. Особо «умные» даже голые задницы им со стен показали. А потом нам в спину ударили эти твари...
— В спину?! Какие твари?
— Они орали что-то по «неверных, отринувших Огнедара». Какие-то чудики в серых балахонах. Главный у них, какой-то высохший старикан, задрал тощие ручонки и через мгновение в стену словно здоровенный таран ударил. Ребята разлетелись, как тряпичные куклы. Кто-то бросился к врагам, но в этих уродов словно демоны вселились! Дрались они как бешеные, а тут и одноглазые перестали сидеть сложа руки. Подбежали ближе к стенам и махнули своими дубинами. Не знаю, что там у них за волшба, но стены ее не выдержали. Да и вы и сами все видите, правитель.
— А дальше?
— Потом сюда ворвались спартанцы. Я много повидал на своем веку, господин, но против этих... Не выстояли мы, не сдюжили. Простите...
Хотелось выдрать себе все волосы и что-нибудь сломать. Сидевший тихо, а оттого несколько подзабытый Орден Памяти сделал свой сокрушительный ход. Ярость была настолько велика, что пришлось вспомнить известные мне дыхательные практики, дабы с глаз упала кровавая пелена, сердцебиение хоть немного успокоилось, а голове вернулась способность трезво соображать.
— Тебе не за что просить прощения. Вы ничего не могли противопоставить сдвоенному одновременному удару. Кто сейчас за главного?
— Над гарнизоном? Командира убило ударом сероплащников. Так что теперь пока никого нет.
— Значит принимай командование. Как тебя зовут?
— Артемий, господин.
— Возьми это, чтобы ни у кого не возникло сомнений на твой счет. — Я быстренько вылепил из земли незамысловатый перстень и вложил в него простенькую иллюминацию с символом клана. — Настроен на тебя. Как только ты захочешь, то мысленно прикажи ему показать знак.
Он надел перстень на палец, нахмурился, не понимая, что ему надо сделать.
— Прикажи вслух.
— Эээ... Подтверди, что Правитель назначил меня командиром гарнизона Кносса.
Из магической побрякушки тут же вырос небольшой светящийся зеленый росток, заставив своего владельца завороженно уставиться на нехитрую иллюминацию.