Райдзин. Сияние (СИ)

Сознание все больше прояснялось, так что у меня уже одновременно получалось и слушать то, что говорит Надежда, и обдумывать услышанное. Она же продолжала рассказывать:
— Когда Королева демонов умерла, вас троих — тебя, Магнуссона и да Сильву, оглушило ментальным ударом ее последнего крика. Ты лежал в беспамятстве долго, почти неделю: твои физические повреждения не идут ни в какое сравнение с тем, во что превратился твой энергетический каркас. Василий же к такому просто невосприимчив, он ведь не владеющий даром.
— Не поэтому, — раздался вдруг совсем рядом неуловимо знакомый мужской голос.
Я посмотрел по сторонам в попытке понять кто это сказал, но никого в палате кроме Ядвиги и Надежды не увидел. Кавайная светлость же продолжала говорить, как ни в чем не бывало — судя по виду, голос она не слышала.
—…очнулся Вася как раз к тому моменту, как к подножию вулкана за ним прибыли группы быстрого реагирования Некромикона, после этого он вас троих и нашел, забрав с собой.
— Потому что он…
— Да, потому что об участии в смертельном матче я договаривались именно с ним, и он хорошо понимал, что ты не чужой мне человек. Эвакуировали вас в Лондон, в филиал Некромикона, где вы находились около суток в отделение интенсивной терапии лечебного корпуса. К сожалению, информация о вашем участии в убийстве Королевы демонов оказалась у британских специальных служб, и у корпорации вас попытались забрать. Корпораты оказались против, на помощь пришла ее высочество, — бросила короткий взгляд на Ядвигу Надежда. — Небоскреба Некромикона в Лондоне больше, нет, также… Впрочем, это долгая история, да и не суть важно. Главное, что тебя — как и остальных, смогли забрать и перевезти сюда, в Познань.
— Ух ты, — только и произнес я.
Надежда замолчала. Я тоже молчал, пытаясь сформулировать вопрос. Вопросы, вернее. Их у меня было просто невероятное количество — даже не выбрать сразу: кто такая демонесса, она же Королева демонов, и что за черную корону она забрала у Гэндзи; что со вторжением демонов, почему так много было вокруг энергии во время прорыва, какие приключения были в Лондоне с моей транспортировкой пока я был без сознания — аж минус небоскреб целый, как Надежда попала в Познать, и множество других, включая странные и неуместные, которые лезли в голову — например кто убил Кеннеди, кто такой Азор Ахай и почему Кольцо Всевластия нельзя было сразу доставить в Ородруин на орлах. Сознание мое прояснялось все больше, но легче не становилось — голова буквально пухла от осознания происходящего. Поэтому спросил я максимально обтекаемо и просто.
— Как… дела, как обстановка?
Да, прозвучало не очень, но иного в голову мне просто не шло. Вернее, шло, но слишком тесно среди мыслей, так что получилось как получилось.
— У нас как дела? Или вообще? — глядя мне в глаза, поинтересовалась Надежда.
— У нас. И вообще.
— У нас если, то… приемлемо, так скажем, на фоне остального, — с мимолетной и совсем невеселой улыбкой пожала плечами Надежда. — Если вообще, то… дерьмово, прямо скажем.
В этот момент Надежда бросила странный взгляд на Ядвигу, а та — в подтверждение ее слов, едва заметно кивнула. Как-то мне эти переглядывания, да и тон Надежды, очень не понравились.
— Что случилось?
— Много чего случилось, — вздохнула Надежда. — Например, если с козырей, то из мира ушла стихийная сила.
— Не ушла, — снова совсем рядом раздался мужской голос, в котором явно слышалась насмешка.
Снова я оглянулся по сторонам и снова никого не заметил рядом. Надежда обратила внимание, как я осматриваюсь, глянула вопросительно. Хотел ее было спросить, слышит ли она чужой голос, но сдержался. По глазам видно, что не слышит, а самому расписываться в галлюцинациях не хочется.
— Стихийная сила… ушла? — между тем только сейчас, не сразу, начал я понимать смысл сказанного.
— Да.
— Как?
— Через разлом в мироздании, который возник на месте прорыва в Денби.
— Стихийная сила… ушла, — пробормотал я негромко, все еще осмысляя. Даже с пока еще не до конца ясным сознанием хорошо понимаю, что для местной модели цивилизации — это приговор.
 
Вот только странно-знакомый голос в моей голове недавно сказал, что сила не ушла. Галлюцинация? Или… Чуть отстранившись от Надежды, я поднял руку и попробовал пустить импульс силы. В потолок ударила небольшая молния, оставив черное мятно, свет в палате мигнул.
— Это как? — с недоумением спросил я, показывая выжженный на побелке след удара на потолке.
Надежда глянула вверх, не выказывая при этом, впрочем, серьезного удивления. И Ядвига тоже посмотрела, тоже без явного волнения. Потом обе снова повернули взгляды на меня, и Надежда начала объяснять:
— В нашем мире повсеместно присутствовала стихийная сила, иначе называемая — в узких кругах — Сиянием. В Денби произошел прорыв демонов. Ты, собственно, его наблюдал…
— Да, — кивнул я, подтверждая: был, видел, участвовал.
— Причины возникновения прорыва пока не ясны. Известен только результат — там, на месте бывшего стационарного портала в Инферно, открылся самый настоящий разлом в похожий, но другой мир. Там, с другой стороны, не знакомый нам Инферно. Проход туда открылся, а после увеличился до такой степени, что это теперь самая настоящая дыра в ткани мироздания. Которую до сих пор не получилось даже изолировать, не говоря уже о том, чтобы закрыть. Соседний мир, с которым сейчас оказалась связана наша планета — мертвый, стихийной силы там нет. И, через открытый до сей поры разлом Сияние нашего мира туда частично ушло, равномерно распределившись между двумя реальностями. При этом концентрация Сияния в нашем мире стала столь мала, что владеющие даром малых, средних и даже больших способностей просто не могут больше оперировать силой. Такую способность сохранили только те, кто раньше обладал уникальными возможностями или обласкан божественным вниманием. В мире таких наберется, по предварительной оценке, не более сотни. Даже, возможно, всего несколько десятков, так что…
Я вдруг вспомнил, как взрывались живыми факелами некоторые одаренные, пытавшиеся управлять стихией во время прорыва демонов в Денби. Вспомнил невероятное чувство наполненности энергией, вспомнил громогласный голос да Сильвы, и выжигающие полчища тварей молнии, которые метал я сам как Зевс-громовержец. Ну да, сказанное Надеждой это объясняет: убийственная концентрация силы, Сияния, которое выходило через дыру в мироздании словно вода в сливное отверстие…
— Опять за старое, — неожиданно услышал я мужской голос, в котором угадывалась скрытая насмешка.
Вот только теперь я не только услышал, но и увидел обладателя голоса: у противоположной стены, облокотившись плечом, расположился уже знакомый мне странный незнакомец. Совершенно такой же, как я его и запомнил — моложаво выглядящий, абсолютно седой мужчина в строгом полувоенном мундире.
Когда он двинулся в мою сторону, я заметил и несоответствие картинки мира обычной реальности: Надежда и Ядвига замерли словно в остановившемся моменте времени.
— Ты же никогда не был сантехником, — подходя ближе, с отстраненным интересом развел руками незнакомец. — Всего один раз самостоятельно себе унитаз переставил. Откуда у тебя все эти ассоциации, неужели оказался настолько впечатлен опытом?
На меня вдруг навалилось. Резко и мгновенно, все и сразу. Вопрос странного незнакомца послужил триггером — я вспомнил бело-сине-голубой кафель ванной комнаты своей квартиры, унитаз вспомнил, который самостоятельно менял, глядя инструкцию по видео на смартфоне. И вот с этого момента вообще все вспомнил — кто я, откуда я, и как я оказался на океанском пляже курорта перед ударом молнии.
Голова даже чуть закружилась от объема свалившейся на меня информации; странный незнакомец при этом, видя и понимая мое состояние, молча ожидал. Прошло несколько минут, пока я осознал и принял все, случившееся со мной в прошлой жизни.
Ладно, в иной момент с интересом пересмотрел бы картинки воспоминаний, но сейчас явно не очень подходящее для этого время.