Плетеная сказка (СИ)
Ну а я — ничего не ставил, соответственно. Победю — всё моё. Помру — сам дурак. Убегу — без последствий, правда, хрен я от водяного в текущем состоянии убегу, только тело на поругание оставив.
Чего я делать категорически не собираюсь: тело на поругание толстой, рыбохвостой, жабомордой и в целом — несимпатичной личности. И себя на поругание отдавать — хрень какая-то выходит.
Так что на это своеобразное «иду на вы», я оскалился, развеселился и пригнулся, скручивая жалкие остатки тросов на ногах в тугие пружины.
А хамло водяное надулось, на мою персону пренебрежительно вылупилось, и пафосно лапой махнуло. Одновременно с моим броском в его жабью морду.
И правильно Ленка мне про «правила Томного Властелина» говорила: вот не корчился бы Водяной, не демонстрировал своё доминирование — мог бы мне и звиздец наступить. Ну я реально выходил маленький и слабенький, мне часть тросов ног его колдунством подлючим стесало!
Но заострённый лом, в который я перекрутил своё тело, на десяток сантиметров вошёл в переносицу жабьей морде. Та, естественно, не померла — физиология нечисти была более энергетической, завязанной на целостность «вообще», а на дырки всякие практически пофиг. Но в данном случае было важно то, что Водяной стал «моим», я его загарпунил и доступа к небывальщине нечистик лишился. А здоровая и толстая туша против стальных, закалённых Болью и небывальщиной тросов — не смешно. Поелозил лапками по тросам, стесал кожу и надорвал себе перепонки. И пригорюнился, жабьи глазки в кучку сведя на мне-ломе.
— Не губи, Бессмертный, Леший попутал! — заныл нечистик.
— Это какой? — ехидно пропищала моя сформированная на конце лома головёнка. — Какой лес, как зовут, как выглядит? — ехидствовал я, пока Водяной за звидёжь огребал в небывальщине пусть слабые, но плюхи.
— Никакой, — буркнул Водяной. — Но пощади, сделай милость! — заныл он.
— А ты бы меня пощадил? — заинтересовался я.
— О милости бы взмолился — пощадил бы… Ой, больно! — взвизгнул нечистик.
Последнее было вызвыно тем, что от избытка чувств-с жабомордый замотал этой самой мордой. Ну а я у него в башке победоносно торчу, так что сам себя наказал.
— Нечего башкой дурной мотать, когда моё бессмертие в ней пребывать изволит, — наставительно заметил я мультяшным голосёнком. — И договаривай!
Не заржал исключительно из гуманизма: ржать в моём положении — садизм запредельный по отношению к Водяному. Не к чувствам его, на которые мне насрать, а в плане его башки — ему и так больно, аж тягучие, на смолу похожие слёзы из жабьих буркал текут. Ну а убить — одно, а просто мучить мне как-то неохота. У меня ад внутри, так что к мучительству отношение ОЧЕНЬ аккуратное стало, да.
— На сотню лет службу бы потребовал, Бессмертный. Ты бы и в силу вашёл, да и пригодится такой слуга!
— Дурень жадный. И года бы с моей службой не прожил, — хмыкнул я. — Ладно, в слугах ты мне не сдался…
— Пощади-и-и-и… — заплакал жабьими слезами Нечистик. — Ноги буду мыть и воду пить!
— Ты её и так пьёшь, — резонно уточнил я. — А ноги у меня только в мозгах твоих запачканы. Или не ноги? — задумался я, но решил сложный вопрос: какая часть меня в Водяном, отложить.
А то окажется, ненароком, что я его, извиняюсь, в мозг трахаю, не только в переносном смысле слова. Или там на мозги сру, хех.
— В общем, десять желаний исполнишь. Служб, по слову моему. И селение это, Небылое, беречь от неприятностей будешь.
— Под меня пойдут?
— Или прибить тебя, морду жадную? — задумчиво пропищал я.
— Не губи! Понял я, пусть своим умом живут, — поник жадина.
— Вот да, — согласился я. — Признаёшь виру? Или…
— Признаю, токмо не десять, а пять служб… А-а-а-а! Признаю-признаю, десять Бессмертный!
И чего так заорал-то? Я просто улыбнулся весело. Ну признаёт — и хорошо. Выковырился я из башки повизгивающего и причитающего водяного, ну и пошёл барахло своё со дна собирать. А то в рывок в башку я все силы вложил, не до визора-рогатки-сбруи было.
— Это, блин, нихрена не смешно, — печально отметил я габариты сбруи, в которую три меня уместить можно. — Хотя, вроде бы, подгоняется. Слышь, Водяной!
— Чего тебе, Бессмертный? — отвлёкся от скорбных причитаний нечистик.
— Где нави злобные есть в округе? Умертвия злые нужны, — уточнил я.
— Не ведаю, — ответил Водяной. — Могу утопцов и русалок пригнать, в счёт одной службы примешь? — явил склизкое нутро этот тип.
А я аж призадумался, на тему того, а не зря ли я эту скотину пощадил. Ну реально, свинство подчинёнными откупаться! Притом, что русалки и утопцы — точно люди, именно умертвия. И тут, кстати, крылась довольно занятная дилемма: я, например, умертвие. Наполшишечки, но так, поскольку «человек умер, переродившись нежитью». Сложнее, но методологически — так.
Далее, упыри, которые вампиры. Дроу Маринка, не говоря о Ариске — последняя вообще, извиняюсь, частично скелет ходячий. Все мы — умертвия, в определённом смысле. Как и все упыри-вампиры.
Так вот, из всего этого богатства нежити, однозначно, то есть «по видовому» признаку убивать имеет смысл навьев. У них просто нет разума, как факта. Душа есть, но безмозглая. Ну и жуткий голод. Вурдалаки, вроде, тоже от навьев далеко не ушили — злобное зверьё, чуть поумнее обычного хищника. Но уже «под вопросом» — могут, в теории, быть социально-приемлемыми, если вурдалакизированный ОЧЕНЬ волевой и разумный человек был. А всё остальное — точно «надо разбираться».
Утопцы — вурдалаки «по-подводному», но, например, нанимаются за человеческую еду и одежду. Натурально нанимаются и отслуживают службу. Могут убить-сожрать, сексом оттрахать— тут понятно, но именно «могут», а не непременно сделают. Почему, кстати я про вурдалаков и не уверен, что они все «поехавшие». Русалки — так они, извиняюсь, нимфоманки терминальные, не больше и не меньше. То есть даже тупая и злобная — убьёт не из «видового» гадства, а от тупости и злобности.
А так — потрахивают их, иной раз вполне добровольно. Упадок сил есть у такого трахальщика, но не запредельный. Ну и спиной их лучше не разворачивать, мдя.
Хотя Ленка рассказывала, что в сети про вполне успешный брак с русалкой (точнее — с русалками, там орк-шалун и шаман попался). Так он их даже «оживить» в некоторой степени умудрился, что-то уровня вампира по соотношению «некрос-витал». И никаких гнилых внутренностей, даже беременная есть. И вся сетевая общественность с интересом ждёт, а что у полуживой русалки и орка-шалуна народится. И мне интересно, если честно.
В общем, эта морда гадкая скопом своих подчинённых «сдать» решила, понимая, что я их на фрикасе пущу. То, гады они или нет — ему индифферентно, да и мне разбираться лень. Но сам факт гнилее русальего нутра, факт.
Но убить его я теперь смогу только «по праву силы», чего точно не вытяну, уж сейчас — точно. Так что хрен с ним, пока, а потом подумаю. Не нравится мне его несимпатичная персона, блин.
— Не надо мне русалок и утопцев, — злобно пискнул я. — Пошёл я, понадобишься — позову.
И потопал победоносный, но мелкий я к Небылому. Ломая башку, как бы мне… ну попрезентабельнее стать. Или пофиг на всё?
25. Полостная операция
Вопрос: пробираться ли огородами и драпать, или плюнуть на свой мелкий вид решила небывальщина. Отчётливо дав прочувствовать-понять, что мои души прекрасные порывы ей пофиг: есть служба, будь любезен цену назвать.
Ну и хрен с ним, я всё равно победоносный, Бессмертный, Мудрый и… мелкий, мдя.
Ну хоть подождал, пока шкура сжалась под мои новые габариты, а то совсем по-дурацки выходило. И пока ждал, связался со Славкой, чтоб его, облома остроухого! У визора была врублена система «обзора», ещё для Ленки… В общем, связавшись с этой сволочью, я любовался этаким чатиком:
— Ой, не могу, бугагашеньки!:-D Натуральный чибик-Кащей!
— Охренительно смешно.
— Ага. Слушай, Кащей, а что это ты такой мелкий-то?