Две стороны (СИ)

— Поздно спохватилась.
— Верно. Но переговоры еще не начались, шансы есть.
«Поэтому я и вспомнил про письмо», — подумал я, но не сказал этого вслух.
— Есть смысл идти на встречу?
— Естественно! Уверен, рубиновой есть что тебе предложить. Она понимает, что не сможет с помощью пары сказок решить все проблемы.
Я пожал плечами. Сейчас я ничему не удивлюсь.
— Даже если не нравится идея, лучше сходить. Не оскорбляй колдунью невниманием, — улыбнулся Влад.
— Понял. Ты сам как?
— Не знаю плакать или смеяться, — неожиданно покраснев, признался друг.
— Юлий?
— В точку. Он начал оказывать знаки внимания Вильгельмине Тасман-Харт. И очень долго объяснял мне, что испытывает к ней искренние чувства, ему интересна только ее душа.
Смех я не сдержал. Влад неодобрительно посмотрел на меня, потом махнул рукой.
— Я тоже так отреагировал. Но похоже интерес взаимный. И я не знаю, что с этим делать.
Если подумать, ситуация действительно сложная. Портить сейчас отношения с товарищем по команде — дурная затея. Портить отношения с дочкой второго или третьего человека на Вильгельмине — дурная вдвойне.
С другой стороны…
— Если он правда влюбился, то просто не мешай им. Пусть сами разбираются, — миролюбиво сказал я. — Каждый имеет право на счастье.
Владислав закатил глаза.
— Они так разберутся, что моей семье придется бежать на другую планету. Юлий на это способен, — сложив руки на груди, недовольно сказал он. — Кроме того, отец уже присматривает нам невест. Этот адюльтер может испортить все его планы.
— Хорошо, когда есть заботливые родители: и профессию определят, и увлечения, и даже вторую половинку. Никаких проблем в жизни. Даже предположить не могу, почему Юлий недоволен таким счастьем, — не скрывая сарказма, заметил я.
— Меня тоже это ждет, — криво усмехнулся Влад. — Молюсь Светлому, чтобы досталось не конченная дура.
— Ты у нас любишь умных девочек?
— С ними есть о чем поговорить. А говорить с собственной женой придется. Кроме того, умными проще манипулировать. Шире окно возможностей.
— А если достанется, мягко говоря, не красавица? Что делать будешь? — усмехнулся я.
— Уверен, что так и будет. Дочки богатых и влиятельных семей не славятся красотой, — печально сказал Алькасар. — К счастью, у меня есть волшебное средство.
Он демонстративно медленно снял очки. Я хмыкнул.
— Ладно, я тебе понял. Брак — это взаимовыгодная сделка, освященная Светлым. Эмоции здесь неуместны. И если Юлий этого не понимает, то это только его проблемы.
Будущий понтифик закатил глаза и проворчал что-то про влюбленных идиотов, потом сказал:
— Даже если все сложится, у них ничего не получится. Ее отец не одобрит такой брак. Увы, но семья Алькасар сейчас не в лучшем положении. Бурный роман упрется в стену. Получится банальная и скучная история бессмысленной любви. Таких написана не одна тысяча и я не хочу, чтобы мой брат стал героем очередного тома.
Тем же вечером я встретился с Ирис Дагерд на тренировочном поле.
Колдунья была одета в зеленый костюм для верховой езды, светлые волосы собраны в пучок на голове. Выглядела она мрачной, но решительной.
— Доброй ночи, профессор.
— Здравствуй, Маркус, — сказала колдунья, призывая свой посох. — Ты не против, если мы устроим тренировочный спарринг? Я решила, что хватит мне прохлаждаться.
Интересное начало разговора. Я думал, что тренировка только предлог.
— Поединок будет неравным, — озвучил я очевидное. Первокурсник против рубиновой — даже не смешно.
— Арсенал друидов ограничен. И я не буду использовать особо мощные заклинания.
Чуть в стороне мигнул огонек, потом еще раз.
«Ладно, поединок так поединок», — недовольно подумал я.
— Допустим. Еще какие-то правила? — спросил я, переходя в состояние «штиля».
— Стандартный тренировочный спарринг на десять минут. Ничья по истечению времени, — сказав это, колдунья взмахнула посохом и создала песочные часы, вот только стеклянную колбу в ней заменяли воздушные щиты. Да и песок был странным. — Тебя я в арсенале не ограничиваю.
 
— Хорошо, — согласился я, отскочил в сторону и тут же создал завесу. Тренировочное поле накрыл туман.
Школа Копья хороша, но сейчас она неэффективна. Разрыв в силе нивелирует разницу стихий.
Дагерад не стала атаковать, наоборот, накрылась мощным каменным щитом. Очевидно, заклинание она подготовила до моего прихода.
Эфира у меня сейчас хватит на пару заклинаний воздуха. Или одно льда.
Но ведь есть еще ментальная магия. Она не такая прожорливая.
Для дуэли нужен непосредственный контакт, расстояние вытянутой руки. Отбрасываем.
Вложить в голову Ирис мысль я могу, знаю куда бить, но нужен поток, чтобы скрыть ее. Иллюзии не подходят, сейчас визуального контакта нет, она контролирует все с помощью магического зрения. Правда, из-за завесы она фактически слепа.
Остаются только эмоции. Благо ими я могу бить спокойно.
Для начала я взял неуверенность. Быстрый укол. Незаметный.
Все-таки Ирис никогда не участвовала в настоящих боях. И она не может знать, чего от меня ожидать. Нормальная реакция.
Раздражение. Короткий хлесткий удар.
Маг второго ранга прячется от первокурсника! Возмутительно!
И наконец — предвкушение. Если колдунья решила начать переговоры со спарринга, значит она рассчитывает на победу. У нее должен быть какой-то козырь в рукаве. Без этого с магией друидов никак.
Сейчас она реабилитируется в собственных глазах за два постыдных поражения!
И последний удар достиг цели. Дагерад накрыли эмоции.
Спустя секунду она атаковала по площади.
Из земли вырвались сотни лиан и стали искать меня. Одна выросла прямо передо мной. Ледяной клинок я создал машинально и им разрубил растение, которое собиралось меня схватить.
Чужой и все его прихвостни!
Пришлось мгновенно уходить в сторону. В место, где я стоял, ударило каменное лезвие.
Я ответил Дагерад ужасом. Не перестаралась ли она? Он всего лишь ученик!
Уменьшить площадь завесы. Ситуацию это не изменит, но путь она думает, что я ослаб.
Отклик в этот раз оказался гораздо ярче. Страх за студента был гораздо сильнее, чем желание реабилитироваться в собственных глазах.
Я схватился за эту эмоцию, чтобы построить хрупкий мостик между нами. Теперь я могу вложить мысль в голову колдуньи.
Недолго думая, я составил простое послание: «Надо быть с ним помягче!»
Если в начале я еще рассчитывал на ничью, то сейчас понимал — шансов нет. Поэтому надо снизить ущерб для меня.
Я затаился и стал медленно выкачивать силу из источника. Одновременно с этим создал заклинание ледяного щита. Дагерад предпочитала природу остальным стихиям. Хоть что-то хорошее для меня.
Выждав пару минут, я снова ударил эмоциями — смесь страха и неуверенности.
Эмоциональный отклик был. Это отвлекло противника, поэтому я легко смог отправить вдогонку мысль: «Это ошибка. Разговор так не начинают!»
Я почувствовал чужую злость вперемешку с паникой. Дагерад заметила ментальное воздействие и стала гнать через голову нейтральный эфир.
Мою голову пронзила резкая боль, на секунду в глазах потемнело.
— Вы жестокий человек, Маркус Кайлас! — усилив голос магией, воскликнула Дагерад. — Бессовестный манипулятор!
Завеса искажал звуки, чтобы нельзя было определить мое положение по голосу, поэтому я крикнул:
— Вы только что чуть не обезглавили меня! И это я жестокий?!
Вместо ответа Ирис Дагерад ударила водяным ядром по тому месту, где я должен был стоять.
— Это было больно! — не удержался я.
— Дальше будет хуже.
И это оказалось не пустой бравадой.
От колдуньи пришел поток магии. Удар включал в себя четыре основные стихии. Управляющий контур моего тумана разорвало в клочья. По каналам больно ударил откат от разрушения заклинания.
В последний момент я успел создать ледяной щит и принять на него удар. Мгновение и он распадается на куски.