Остров дракона (СИ)
— Это что еще за мусор? — скорчил брезгливую гримасу франт.
— Сей могущественный кулон, милостивый мой государь, — важно возвысил голос торговец. — Позволит тебе пить не пьянея.
Щеголь глумливо прыснул:
— Хотел расплатиться со мной подобной дрянью? За борт его!
— Погоди, капитано, — провоговорил второй карлик — кучерявый гуллрокец с повязанным на голове алым платком и рассекавшим левую щеку розовым рубцом — судя по виду, приобретенным совсем недавно. — Он дельную вещицу предлагает.
— Дельную?! Ты что умом крянулся, Рачительный?! — взбеленился фритоницец. — На кой она мне?! Состязаться в тавернах с гномами, кто-кого перепьет?!
— Знамо дело, вы в таких игрищах не участвуете и истово их презираете, одначе нам, гномам, сей предмет бы зело пригодился, — вступил в беседу дородный карлик с окладистой черной бородой. Ярко-зеленые проницательные глаза совершенно не подходили его рябому, выдубленному солнцем лицу. Подгорный житель тащил к носу корабля громадную бочку, но остановился, заслышав о чудодейственных свойствах артефакта.
— А ты что здесь забыл, Тороватый? — пронзил коротышку злым взлядом хлыщ. — Иди скарб сторожи, пока его чужаки не умыкнули.
— Дык, куда ж он с корабля денется-то? — карлик даже не сделал попытки пошевелиться.
Южанин смерил подчиненного уничижительным взором, гневно втянул носом воздух, а затем неожиданно повернулся в сторону торговца.
— Беру эту вещь, но ее недостаточно, чтобы оплатить путь до Гатвала, — франт резко рванул черную нить. Бо оказался начеку и не выпустил драгоценности. Тонкое вервие с треском лопнуло, кулон низринулся на палубу. Фритониец с почти эльфийской стремительностью подставил под падающий предмет ладонь и тотчас отступил на шаг, ожидая, что толстяк попытается выхватить артефакт из его руки.
— Этого мало, давай что-нибудь еще али полетишь за борт, — мрачно, но без особой угрозы молвил франт.
— Сей предмет стоит, по меньшей мере, четырнадцать динаров, а ты просил за плавание всего десять, — веско молвил купец, обращаясь скорее к гномам, нежели к человеку.
— Да за подобный хлам мне медяка ломаного отдать жалко! — задрал нос франт, в то же время всем своим видам показывая, что не собирается возвращать кулон.
— Почтенный гном, ответь, — обратился Бо к карлику, коего фритониец величал Тороватым. — Сколько бы ты заплатил за оную вещицу?
— Дык… — поскреб затылок коротышка. — Никак не меньше сотни дукатов. С таким предметом, коли он верно работает, я энту сумму за пару месяцев отобью, перепивая на спор всяких шалопаев.
— Эта подвеска моя, — потряс сжатым в кулаке артефактом щеголь. — Продам ее тебе за девяносто три дуката, — обратился он зеленоглазому.
— По рукам, капитано, — карлик потянул к драгоценности пухлые ладони.
— Деньги вперед, — франт поднял руку вверх настолько, чтобы гном не мог добраться до кулона.
— Вычти энту сумму из моего жалованья, — подгорный житель встал на цыпочки, алкая сграбастать бесценный предмет.
— Я плачу тебе три дуката в месяц! И я не сиволапый ростовщик, чтобы ждать возврата денег многие годы, — не уступил щеголь.
— Прошу тебя, капитано, дай мне сие сокровище, — жалобно заскулил Тороватый.
В истовых рачениях достать артефакт, гном всем телом налег на франта, так что тому пришлось сделать шаг назад.
— Капитано, а, может, вы мне подарите сию ценность? — присоединился к сородичу пепельнобородый.
С разных сторон палубы к фритонийцу потянулись гномы. Каждый из подгорных жителей просил отдать кулон именно ему. Притом мало кто из коротышек предлагал взамен хотя бы немного денег. Среди обступивших щеголя карликов затесался и пройдоха Хилмо. Сейчас подгорные жители вяще походили на жаждущих свежей крови упырей.
— Назад! — взвизгнул фритониец, почувствовав спиной борт и осознав, что отступать ему больше некуда. — Платите девяносто три дуката или сей предмет полетит в море!
— У меня есть три! — радостно возопил толстый гуллорец с торщащей во все стороны бородой. Пузан носил изрядно истертый и заляпанный парчовый халат, кой явно не подходил ему по размеру и свисал бесчисленными складками, скрадывая тучную фигуру.
— Даю пятерку! — потряс над головой горстью монет коротышка с обгорелой головой.
— Сию минуту сотню наскребем, капитано, — заверил фритонийца Рачительный.
— Нет! — осадил подопечных щеголь. — Я возьму деньги только от единственного покупателя. Один из вас должен заплатить девяносто три дуката.
— Дык скинемся все вон Сивому, он купит, а пользовать кулон каждый в свой черед будет, — предложил дельную идею подтянувшийся от кормы Колченогий.
Кто-то из карликов вручил пепельнобородому вместительный мешок, в кой остальные почали ссыпать монеты.
— Быстрее! — поторопил коротышек фритониец. — Или я выброшу вашу ценность за борт! — Щеголь протянул руку, так что под сжатым в кулаке кулоном оказались не доски палубы, а подернутые рябью волн просторы Великого Моря.
Поднятый подгорными жителями гвалт привлек нескольких дунфаев, кои с любопытством, но безучастно наблюдали за происходящим. Большинство же гоблинов продолжало работать: натягивать канаты, поправлять снасти, таскать бочки и мешки.
— Со счета сбились! — взревел Колченогий. — Все из-за тебя, тупица безжаберный! — хромой отвесил смачную оплеуху молодому подпоясанному алым кушаком гному — тому, с коим Бо столкнулся еще в порту.
Карлики выпростали почти полный мешок на доски палубы, бухнулись на колени и принялись лихорадочно перебирать золотые кругляши, раскладывая их горками.
— Считаю до десяти, — грозно объявил фритониец. — Ежели после счета десять, я не получу сотню дукатов, то сие сокровище отправится на морское дно! Один… Два…
— Быстрее! Скорее! — карлики запричитали и почали беспокойно толкаться, только мешая сородичам закончить подсчет.
Глава 12
— Вот! Вот деньги! — простер к щеголю полные монет пригоршни Сивый.
— Десять! — на палубе воцарилась звенящая тишина. Фритониец медленно разжал пальцы и кулон устремился к поверхности воды.
Спустя миг снизу донесся едва слышный всплеск.
— Нееет! — в отчаянии заревели несколько гномов. Другие карлики принялись рвать на себе волосы, парочка чуть не сиганула за борт, остановившись лишь в последний миг.
— Как же так, капитано? — нахмурившись, вопросил Колченогий. — С каких энто пор опосля семерки сразу десятка идет? Али я счета не разумею?
— Мой корабль! Как хочу — так и считаю, — капризно отрезал франт.
По толпе гномов прокатилась волна недовольного ропота.
— Кому не нравятся здешние порядки, может отправляться за борт, — обвел подгорных жителей колючим взглядом щеголь.
Карлики недовольно засопели, коротышка с обожженной головой сердито заворчал. Верно, довольный плодами собственных действий щеголь растянул губы в улыбке, показав ровный ряд белых зубов.
— Вы поступили бесчестно, капитано! — выразил общее недовольство пузан в парчовом одеянии.
— Так незя обрасятся с командой, — поддержал сородича лишенный передних зубов.
— Прекратить бучу! За работу немедля! — голос фритонийца звучал твердо и решительно, одначе бледное лицо выдавало охватившее его беспокойство: дерзкий франт понимал, что некоторые из гномов готовы вот-вот его поколотить.
Продолжая сверкать глазами, щеголь исподволь пробрался сквозь толпу моряков к Бо.
— Чего-то я устал, — громко, чтобы услышали все из окружавших их карликов, сообщил франт. — Предлагаю продолжить торги в моей каюте.
Хлыщ развернулся и двинулся к кормовой надстройке. Он тщился шагать важно и чинно, но полностью не сумел скрыть желание сорваться на бег и поскорее убраться от толпы зело недовольных гномов.
— Этим кулоном ты изрядно позабавил меня, — молвил фритониец, когда за ними со звучным стуком захлопнулась дверь. Из утлой груди щеголя вырвалось несколько сдавленных смешков. Создавалось впечталение, будто он вот-вот зальется приступом сардонического хохота.