Идеальная пара (ЛП)

— Было что-то типа огромной ссоры, когда он вернулся домой, — объяснил Мэйкон. — Я не уверен, из-за чего именно. Его отец ушел, когда Себастьян был в больнице. Возможно, для его мамы это все было слишком. Я не уверен. Мы не говорили об этом, но знаю, что он не был дома в течение многих лет. Он не говорил со своей сестрой уже вечность. И думаю, не планирует это делать.
— У него есть сестра?
Как много на самом деле она не знала о Себастьяне? Как много он расскажет ей?
Мэйкон кивнул.
— Младшая. Ее зовут Рамона. Знаю, что он был очень взволнован, когда она приехала за ним. Они выглядели так, будто были близки. Она держала его за руку и заботилась о нем. Я не знаю, что случилось, когда они вернулись домой.
Тиффани посмотрела на своего Дома. Даже в группе его кресло слегка отодвинуто, будто ему постоянно нужно было находиться на некотором расстоянии между ним и всеми вокруг. Даже здесь он казался немного одиноким.
Он оттолкнул свою семью? Неужели Себастьян так беспокоился о том, чтобы не стать бременем, что отрекся от всех них?
Позволит ли он ей помочь?
— Я переживаю, что он не впустит меня, — сказала она тихо.
Мэйкон потряс головой.
— Ты уже ближе чем, я когда-либо был. Он живет с тобой. Позволил тебе увидеть его с той стороны, которую еще никто не видел. Он может еще не попросил о помощи, но думаю, что это может произойти теперь, когда он ослабил свою хватку.
— Ослабил хватку?
— Ну, мы думаем, что причина, по которой он так редко приглашал кого-либо к себе, состояла в том, что он не хотел, чтобы кто-нибудь видел его ноги или видел, как он садится в инвалидное кресло, — объяснила Элли. — Раньше Мэйкон был в шоке от использования костылей, но это было необходимо. Он должен был принимать душ. Хотя в основном, сейчас он позволяет мне позаботиться о нем.
— Это потому, что ты точно знаешь, как убедиться, что я полностью чист, детка.
Он подмигнул своей жене, прежде чем вернуться к Тиффани.
— А если серьезно, ему нужно давать ногам время передохнуть и «подышать». Самое сложное время в душе. Честно говоря, я понятия не имею, как он справляется со всем этим самостоятельно. Я имею в виду, что он адаптирован и все такое, но наличие партнера, который поможет ему, должно облегчить его жизнь.
Пустота образовалась в центре ее груди.
— Я ни с чем ему не помогаю. Ни с чем подобным.
Дина коснулась своей рукой руки Тиффани.
— Это нормально. Отношения совершенно новые. Тот факт, что он позволил тебе увидеть его вообще, является большим шагом в правильном направлении.
— Хочешь сказать, что он не использовал свое инвалидное кресло все то время, пока вы двое были в одной квартире? — спросил Мэйкон.
Ей хотелось, чтобы она никогда не пошла по этому пути.
— Я говорю, что он не позволяет мне вообще что-либо видеть, и нет, насколько я могу судить, он не использует свое кресло. Я не знаю, есть ли оно у него в квартире. Скрывает ли он боль, лишь бы я не видела его таким?
Она сделала это с ним?
— Похоже, он упрямый ублюдок, — ответил Мэйкон. — Но пока он здоров, я не буду спорить с ним. Он взрослый человек, и отношение к нему, как к ребенку, который нуждается в уходе, только оттолкнет. Я-то уж знаю. Просто позволь отношениям принять естественный поток. Он придет, когда поймет, что ты не сбежишь при виде его ног. Думаю, что кто-то так сделал, и это застряло в нем.
Тиффани увидела, как к ним подходили Кори с Джиной.
Джина сразу нахмурилась, глядя на Домов.
— Я должна пойти присоединиться к ним. Майло не любит быть подавленным.
— Или ты должны присоединиться к ним, потому что ты принадлежишь к их касте.
Тиффани наблюдала за женщиной всю ночь. Иногда люди пытались запихнуть себя в рамки. В роли, которые им не подходили. Они делали это по разным причинам. Потому что общество видело их в этом месте. Потому, что нужна была смелость, чтобы изменить отношения к лучшему. Потому что было проще оставаться на одном месте.
— Что это значит? — спросила Джина, и ее тон доказывал точку зрения Тиффани.
 
Кори расплылась в понимающей улыбке.
— Да, я тоже собиралась это предложить. Думала, что пойду, найду Винса и Криса и, возможно, передам это им.
Слава богу, Тиффани была не единственной, кто это понял. Она повернулась к Джине, которой нужно было начать принимать некоторые решения.
— Как ты думаешь, не будет ли Майло более комфортно с мужчинами-сабмиссив?
Джина раскрыла рот, но не торопилась, ответ медленно возникал в ее голове.
— Святое дерьмо. Я Домина. Он — сабмиссив.
Тиффани не могла не улыбнуться ей.
— Я уверена, что он начальник на работе, но я бы поставила деньги на то, что ты управляешь всем лично. Ты, вероятно, тот, кто поддерживает отношения. Ты та, кто заставляет его расслабиться. Ты принимаешь решения о сексе, не так ли?
— Я думала, он теряет интерес, — Джина не сводила глаз с Майло. — Мы были вместе так долго.
Тиффани встала и подошла к женщине, которая через несколько недель будет проявлять почтение к тому, что они находились в Подземелье.
— Могу поспорить, что ты была инициатором в первом сексе.
— Почти всегда, — подтвердила Джина.
— Это беспокоит тебя? — спросила Кори.
Джина отмахнулась.
— Нет, пока я не посмотрю какой-нибудь фильм, который покажет, что это неправильно. Я не должна быть агрессором.
Спасибо Господи за «Санктум».
— Они не правы. Ты будешь тут тем, кем захочешь. Когда ты примешь здесь, кто ты есть, тебе будет проще быть честной в реальной жизни. Ты искала способ починить что-то, что кажется сломанным, верно?
Щеки Джины приобрели приятный розовый оттенок.
— Я люблю его, но в последнее время чувствую, что не даю ему то, что нужно.
Она говорила как Домина.
— Вот почему ты пригласила Хани? Ты думала, что могла бы оживить ситуацию, показав ему, насколько эксцентричной ты можешь быть?
Пока они говорили, Джина смотрела на Майло, смягчаясь от явной привязанности.
— Да. Теперь, когда я думаю об этом, я замечаю, когда он на самом деле возбуждается. И Хани тут не причем. Мне стоит от нее избавиться.
— Думаю, что ты должна сделать то, что лучше для ваших отношений с Майло, — сказала Кори. — И я бы очень хотела познакомить тебя с парой моих друзей. Госпожи Джеки и Алтея отлично помогли бы тебе найти свое место.
Кай встал, провожая Майло. Себастьян шел рядом с ними. Его челюсть напряглась, что заставило Тиффани волноваться, но в ту минуту, когда он увидел ее, казалось, отбросил в сторону то, что его беспокоило. Он протянул руку, и она поняла, что торопилась, чтобы добраться до него.
— Дорогая, мне кажется, у нас проблемы, — сказал он низким голосом.
— О, мы это уже выяснили.
Она нырнула под его руку, надеясь, что Себастьян просто расценит это как признак любви. Так и произошло, но он также приложил усилия. Если мужчина устал, она хотела бы ему помочь. Но она должна была делать это исподтишка.
Кай положил руку на плечо Майло и улыбнулся своей жене.
— Хочешь поменяться, детка?
— Думаю, это была бы отличная идея, — сказала Кори.
Майло нахмурился.
— А теперь подождите минутку. Не знаю, как это работает. Знаю, что сказал кое-что там, но я не один из тех женщин. Не то, чтобы с этим что-то не так, но я мужчина.
Джина подошла, положила руки на лицо своего любовника, мгновенно этим успокоив его.
— Тебе нравится, когда я беру контроль на себя?
Он опустил глаза, но сумел ответить:
— Да.
— Из-за этого я становлюсь женщиной меньше? — спросила Джина.
Теперь он встретился с ней глазами.
— Конечно, нет. Ты лучшая женщина, которую я знаю. Ты моя. Не хочу кого-то другого.
 
— Хорошо, потому что когда мы вернемся домой, Хани уйдет, я буду брать контроль, когда ты не на работе. Я буду отвечать за тебя, а ты позаботишься обо мне, чтобы я позаботилась о твоем комфорте и удовольствии. Ты можешь сделать это для меня, Майло? — задала вопрос Джина.