Мир, которого нет (СИ)

— А как же пары волкийцев и тинторов? У тинторов нет такого инстинкта.
— Да, это причина, почему волкийцы стараются искать пару среди волкийцев. Любые предательства и измены со стороны пары воспринимаются очень болезненно. В прямом смысле может вызвать лихорадку или боли во внутренностях, — Сола остановилась и посмотрела на звёзды, — Очень много волкийцев сошли с ума из-за своего инстинкта, это дар и кара одновременно.
— Это ужасно не иметь права выбора, — с большим сожалением в голосе, произнёс Тай, да ещё на таком тяжёлом выдохе.
— Что ужасного в том, что за любовь отвечает не какие-то дурацкие мысли, не пойми почему возникающие, а совершенно конкретный природный инстинкт? — Сола резко изменилась в лице, она и не пыталась скрыть своего недовольства от Тай-Фу, — Слишком лицемерно судить кого-то за то, как он живёт, особенно если ты сам живёшь так же.
— Я имел ввиду, что если любящие перестали любить друг друга, то они тяготятся самими собой до самой смерти, — не совсем ясным языком, но всё-таки выразился тинтор-тигр, когда пара подошла к входу в большой дом, из которого доносились: смех, музыка и звон бокалов.
— Что?! Ты не уловил главного! Они не перестают любить друг друга! Никогда и ни за что! Понятно тебе, лицемерный мужлан! — разозлилась Сола и вышибла ногой деревянную дверцу, что была на пути в бордель. У командора от удивления открылся рот. Под потолком стоял плотный дым, появившийся от тления курительных трав. Внутреннее убранство прекрасно: подушечки, по шву украшенные кисточками, разбросаны по всему полу. Диванчики из дерева с резным узором, украшенные шёлковыми платками. Шёлк струился всюду, куда ни взгляни. А какие столы из красного камня. Рука мастера передала всю любовь создателя к своему творению. Тай-Фу погрузился в сказку, и пьяный контингент, жаждущий хлеба и зрелищ не смог испортить эстетического удовольствия от сказочного внутреннего убранства прекраснейшей из всех гостиных. Показались разномастные девушки в нарядах, которые скрывают тело весьма условно. Загремел стук ладоней по барабанам, и пролился дивный звук некоего духового инструмента в руках прекрасной девушки. Разрез её невинной улыбки принуждал влюбиться в неё, а прекрасные круглые глаза способны заглянуть в душу, что оставит лёгкий импульс трепета на сердце. Командору спёрло дыхание, девушка заметила, как Тай на неё смотрит. Она отложила в сторону дудочку и медленно поднялась, да так изящно и плавно, что шерсть по телу встаёт дыбом. Бедра двигаются грациозно, невозможно передать словами. Как утренний ручей струится её шелковистый полупрозрачный наряд. Такие чувства испытывал Тай, в глотке которого не осталось ни капли влаги. Девушка подошла так близко, что можно было почувствовать тепло её тела. От неё пахло сиренью и мёдом. Командор не слышал ничего кроме биения своего сердца, пока ни пролился нежный, мягкий голосок:
— Я не видела вас раньше. Вы здесь впервые?
Шерсть на морде Тай-Фу встала дыбом, будто его током ударили. Весь его доблестный стан перебился видом милого пушистика.
— Вам нужно расслабиться, вы слишком напряжены, — девушка нежно коснулась рукой плеч тигра, от чего тот даже вздрогнул, провела коготками до самой шеи. Молниеносно по телу Тай-Фу пробежали мурашки, и, даже, выступил пот. Слова её ласкали слух, как руки её ласкают шею и плечи.
— Хватит, побаловались и будет. Командор, вы забыли, зачем мы здесь? — неожиданно материализовалась Сола, а вместе с ней весь остальной бордель, который не был сказкой, это скорее очень приятное место, зазывающее отдохнуть, при этом полное состоятельных пьяниц и блудниц, которые в лучшем случае только танцевали. Тай-Фу пришёл в себя и отскочил в сторону от тинторки в откровенном наряде, как от ядовитой змеи.
— Что случилось, милый, я тебе не нравлюсь? Я бы помогла тебе расслабиться, храбрый защитник, р-р, — девушка сделала зазывающий жест указательным пальцем, после чего облезала его ртом… Или пастью, это зависит от того, что там на морде у тинторов. Как однажды заметил Иртон, у человечных кошек трудно понять, как правильно называть: руки у них или лапы, морды или лица?
 
— Эй! Красотка, я тебе, похоже, ясно сказала, хватит! Иди, найди себе жирного толстосума и об него трись, этот клиент мой! — с настоящей волчьей злобой рыкнула на девушку охотница и выхватила Тай-Фу из её цепких лап, — Прейдите в себя, господин Тай! — закричала она и отвесила мощную пощёчину. И к нему вернулся дар говорить.
— Я не знаю, что это было, я себя не контролировал, всё, как в тумане!
— Ага, оправдывайтесь… — с присущей только ей улыбкой полной издёвки, произнесла Сола.
— Что мы должны здесь найти? — командор тряхнул головой.
— Наконец-то нужное русло. Сейчас идём к стойке заказываем себе уединённое гнёздышко, нас пропускают на второй этаж, а там нужно найти Супуса, вы его узнаете, он медвег.
Сола замерла, на её лице будто возник немой вопрос.
— Но комнату дают только тем, кто с… с девушкой.
— А вы не догадались, я ваша девушка! — волкийка приняла очень изящную позу, выпятив свои бёдра, да согнув ногу в колене. Тай на мгновенье замешкался, засмотревшись на Солу.
— Подожди! Я не понял! У вас же… Так же… Нет, я не готов к вечной верности!
— Ха-ха-ха. Что вы всё мужики об одном, да об одном. Понарошку… — она подмигнула воспитанному Тай-Фу.
— Оу, пфф, ха-ха. Ты меня успокоила. Эх, ой, как легко на сердце стало, — впервые за день успокоился Тай.
— Я не подхожу вам, как дама на вечную любовь? — с наигранной грустью и, состроив из себя самого обиженного щеночка в мире, принялась за своё Сола.
— Нет! Я просто не готов! Это же! — Тай увидел издевательскую улыбку Солы, — Ну хватит уже! Скажи, зачем нам этот медвег? — охотница рассмеялась: «Раскусил, наконец».
— Он знает в этом заведение каждого, так же он не чист на руку, хоть никогда и не попадался. Думаю, он знает, где искать нашего койона, — недолго думая охотница потащила Тай-Фу к небольшому секретеру, за которым, листая огромную книгу, сидела девушка в наряде присущем месту её работы. Внешность полненькой тигрицы ничем не примечательна, если сравнить с остальным контингентом, хоть и, по всей видимости, размер её груди предназначался для девушки ростом повыше.
— Нам нужна комната! — без всяких уклончивых намёков и приветствий обратилась Сола к ней.
— Что? Но, вы же из этих… — отвлёкшись от своего занятия и посмотрев на тигра с волчицей, решила уточнить девушка, сидящая у секретера.
— Из каких это таких «этих»? — переспросила охотница, да с таким возмущением, что и передать трудно.
— Я имею ввиду, что вы же волкиец, и если вы… кхм… То вы… эм… Традиции же… — тигрица, в отличие от Тай-Фу, знала, как устроены волкийские обычаи, и по сему ей как минимум интересно, почему для сакрального ритуала выбран роскошный и богатый, но тем не менее, пропитый бордель, да ещё, хоть и привлекательный, но тинтор.
— Не волнуйтесь, есть много способ развлечься и не притрагиваться к традиции! — громко произнесла Сола и крепко сжала ягодицу командора. Тай даже подпрыгнул от удивления, а потом надулся как помидор.
— Да? Невероятно, куда мир катится, даже волкийцы придумали, как обойти свои инстинкты и начать морально разлагаться, — как-то не очень одобрительно подытожила тигрица у секретера.
Волкийка бросила пару серебряных монет ей на стол, очень злобно вгляделась в глаза обидчицы:
— Не ваше кошачье дело, пропуск, пожалуйста, — Сола протянула раскрытую ладонь к самому лицу тигрицы, от чего та даже отклонилась назад немного. Она молча положила салфетку с вышивкой в руку волчицы, после чего с громким топотом Сола увела Тай-Фу по лестнице за собой.
 
Второй этаж. Он полон пронзительных звуков. Да, именно тех самых звуков. Не будем заморачиваться с долгими красочными описаниями, главное в обстановке — огромное количество комнаток разделённых между собой развешанными плотными тканями различных нежных цветов. Ещё сине-розовое свечение от, как это не удивительно, пурпурных бумажных фонарей. Из общей обстановки выделяется медведь, стоящий в дальнем от лестницы торце. Вся мировая усталость на его морде, более грустное существо и найти трудно. Только подумайте, как тяжело целый день беречь покой совершенно незнакомых вам извращенцев, занятых своим ремеслом. Как и предсказывала Сола, Тай сразу узнал Супуса, бурые медвеги, как и северные, на взгляд человека, или кого-то ещё, не имеют особых отличий, и улавливать разницу крайне трудно. Достаточно представить бурого медведя и всё готово. Только Супус, в детстве ел мало каши, с чем и связан его маленький рост, есть версия, что вышибала Тейдоского борделя самый маленький медвег в мире. Его рекордные метр сорок, могут напугать разве что таракана, но не нужно, в связи с этим, недооценивать медведя, даже маленького. Сола остановилась и, неожиданно для него, задержала командора. Осторожно выглянула с лестницы, дабы убедиться, что Супус их не увидел.