Мир, которого нет (СИ)

— Койоны! — заорала во весь голос Сола. Тай и стража вскочили с дивана и ударились друг о друга лбами, после чего повалились. Тай-Фу вернулся на ноги, ринулся к охотнице и, доблестно закрыв своей спиной, уронил на пол.
— Ой. А я думала, первая брачная ночь будет проходить иначе, — с лёгкой непринуждённостью сказала волкийка, глядя в глаза запыхавшегося солдатика.
— Первая что? Прости, подожди! Я не… — Тай второпях поднялся, отряхнулся и поспешил помочь встать охотнице, которая продолжала улыбаться, — Ещё раз приношу извинения… Секунду. Ты издеваешься? Почему заорала будто режут!?
— Ха-ха, Как вы медленно соображаете, мой командор, — сквозь смех ответила Сола. Только после этого сопровождающие стражники ворвались в комнату, — Нет, всё-таки они долго соображают. Если бы на нас напали, вы двое были бы уже мертвы, — всё больше улыбаясь, «успокоила» ребят охотница.
— Так чего же ты завопила? — негодовал Тай. Два воина, что таскаются следом, вовсе не безмолвны, во-первых: дисциплина не позволяет им задавать вопросы и тем самым перебивать старшего по званию. Во-вторых: командор Тай-Фу прекрасно справляется с задаванием вопросов.
— Я нашла новые улики. Это шерсть койона и запах серы! Второе я не могу пока объяснить, но первое! Нужно спешить! Найти, где он обитает! — подняв указательный палец перед лицом, охотница Сола выпрыгнула в окно и побежала по траве до первых домов города. Тай сорвался и последовал за ней. Нерасторопные солдаты, подумав об одном и том же, одновременно прыгнули в окно и ударились головами, громко прокричав: «Ай!»
— Сидите в доме, мы справимся! Предупредите стражу, что мы что-то нашли! — отдал Тай не самую свою жёсткую команду, но не нам судить.
Сола неслась изо всех сил вдоль богатых домиков, а вот куда именно не совсем понятно. Тай пытался не отставать, и ему, надо признать, это удавалось на славу. Особые бойцовские тренировки в армии Фу не прошли даром. Вскоре герои плавно перетекли в бедные кварталы, где жили крестьяне и монетным двором не пахло. Насчёт запахов, чистоплотность тинторов поражает одним фактом своего существования. Бедные кварталы нельзя определить по запаху или мусору, грязи и разрухе. Всё что выдаёт бедность — это простота вещей, фасадов домов и, банально, материалов.
— Куда мы так мчимся? — догнав и опершись на плечо Соле, спросил Тай-Фу.
— Мы должны узнать о всех приезжих в город, — ответила Сола, остановившись.
— Так почему не пойти в регистрационную службу? Или не обратиться к городской страже? — решил осведомиться Тай, он искренне верил в то, что все властные структуры работают так, как должны работать.
— Так койон и пошёл регистрироваться и светить своим лицом перед стражей. Представляю эту картину. С какой целью прибыли в Тейдос? Я собираюсь пройтись по местным памятным местам и убить принца. А обычные дела койонов в Тейдосе? Да, уважаемый», — демонстративно надув грудь, изображала из себя актрису Сола.
— Хорошо, хорошо! Я понял.
— А если командор будет вас искать после убийства, где вы будете находиться? Я думаю, я стразу покину город в случае успеха и обязательно вас уведомлю об отъезде. Замечательно, тогда милости просим, только не грубите прохожим и не берите чужого — это нехорошо! — не могла остановить свой спектакль Сола, скрещивая руки на груди, когда говорила за койона и упирая руки в бока, когда наступала очередь ответственной стражи.
— Я говорю, что мне всё ясно, можешь прекратить уже! — рассердился смущённый Тай-Фу.
— Ха-ха-ха, вы такой милый, когда сердитесь!
Буквально за двадцать четыре часа Сола располагала всей информацией о приезжих беженцах и просто. Средь них не было ни одного койона. Тогда она решила обратиться с вопросом к единственному, кто мог располагать чем-то большим, чем информация.
Поздней ночью, она ворвалась в покои Тай-Фу, заставила собраться и потащила куда-то в город.
— Идёмте, тут не далеко бордель! — закричала Сола. Тай-Фу уже потерял в памяти тот день, когда нормально высыпался.
 
— Что? Я не могу! Я при исполнении! Я не хожу… Мне нельзя! — разнервничался тигр.
— Успокойтесь, там можно просто отдохнуть, расслабиться, да и узнать пару тройку полезных слухов! Вы знаете Хонрода? — настаивала Сола, продолжая волочь командора.
— Разумеется, кто же не знает Хонрода? — ответил Тай вопросом на вопрос, который всё ещё не хотел идти веселиться в компании волчицы, просто не понимая зачем.
— Он каждый вечер, с исключениями, конечно, выпивает кружку эля в этом самом борделе, глядя на танцы прекрасных девиц! — ответила Сола с какой-то гордостью в речи.
К вопросу прекрасных девиц: если вы, как и Иртон не привыкли видеть разного рода танцы в исполнении тигриц, львиц или, ещё хуже, волчиц, с их шерстью по телу, клыкастыми пастями и крайне пугающими мордами, то подобные представления вызовут в вас сильнейшее чувство страха и неприязни, объясняемые предвзятостью, но как заворожённый вы будете продолжать смотреть. С тинторами и остальными зверянами дело обстоит иначе: они, как и люди, уже привыкли, с высотой своего всеобъемлющего опыта, к облику себе подобных, и для них это, как эротика и вызывает соответствующие чувства. Танцы, традиции и бордели в мире зверян, про острова людинов промолчим, придуманы тинторами, как и кулинарные традиции. Да просто обыкновенная одежда и та придумана котами, из любви красоваться. Волкийцы так и продолжали бы бегать с голыми задами, не прикасаясь к золоту, хоть и способны ковать сталь и строить огромные каменные крепости и замки. Одежда и столовые приборы в их представления о практичности не входили. Этикет — это самая страшная и таинственная магия для волкийцев. Но оговоримся, что все зверяне разные, а исключения лишь подтверждают существование правила.
— Откуда ты знаешь? — Тай удивился с такой силой, что на мгновение потерял способность дышать и остановился.
— Потому что, я каждый вечер бываю в этом же борделе! — ответила Сола с ещё большей гордостью за себя.
— Что ты там делаешь? Я думал, волкийцы выбирают себе пару один раз на всю жизнь, а ты ходишь по таким местам, что там можно делать в таком случае, я не понимаю, — разнервничался тигр, будто у него скоро экзамен, а он даже не знает название дисциплины.
— Волкийцы и продолжают делать так. Да, и я в их числе. С чего вы, дорогой командор, решили, что в бордель ходят исключительно ради постельных утех, там можно и просто выпить и повеселиться, а в моём случае завести полезные знакомства или узнать нужную мне информацию, — успокоила Сола несчастного Тай-Фу, — Идёмте, нужно спасти принца, думаю, убийца знает, что мы его ищем.
— Хорошо идём, — ответил Тай, но его напуганные глаза бегали из стороны сторону, и сам он весь трясся.
— Что с вами, командор? У вас никогда не было женщины? Почему вы волнуетесь, когда слышите слово — «бордель»?
— Я нет, конечно, нет, то есть да, но нет. Думаю, виновато моё воспитание… История долгая и сложная, — с большим трудом нашёлся несчастный Тай.
— Не волнуйтесь, к этому нужно относиться проще, у меня тоже никогда не было мужчины, но я не впадаю в панику. Вы бы к лекарю сходили, это не нормально, — продолжая улыбаться, взбодрила своего спутника Сола.
— Почему никогда не было? — спросил командор, двигаясь по улочкам за Солой.
— Для волкийцев первая брачная ночь священна, влюблённая пара, после этого, друг с другом остаётся навсегда, это инстинкт верности. Обряд создания семьи, другого партнёра и быть уже не может. Вы не знали? — удивилась в этот раз уже Сола.
 
— Я знал, что для вас это важно, но не думал, что это что-то священное. Как это остаются верными навсегда? А если пара не сошлась характерами? Или разлюбили друг друга? — Тай-Фу поддержал беседу, так ему удавалось отвлечься от терзаний, вызванных воспитанием.
— Нет, нет. Этого не может быть. После обряда верности, влюблённые навсегда вместе, по-моему, это прекрасно. Они, как единое целое, древний, как жизнь инстинкт направляет волкийцев. Души соединены навсегда, даже после смерти они остаются вместе, и по тому волкиец не заводит новую семью, если потерял старую. Это трудно понимать, это просто есть. Нечто большее, чем просто любовь, дружба и уважение, — одухотворённым тоном разговорилась охотница.