Это было в Китае (СИ)

– Да ла-адно, – сквозь издевательский смешок протянул Фостер и уставился на меня со своим привычным лукавым прищуром темных глаз, густо обрамленных рядами пушистых ресниц.
– Да! Я как бы не собираюсь с тоб..
– А теперь ты меня послушай, мальчик, – он резко перебил меня и отстранился от стены, на которую наклонялся до этого, и стал постепенно наступать на меня, от чего я невольно пятился с каждым его новым шагом. – Уайт меня будет жестко валить на экзамене, если ты, – теперь он резко сократил между нами расстояние и молниеносно схватил меня одной рукой за футболку, рывком потянув на себя, – опять во что-нибудь вляпаешься!
– Но..
– А ты обязательно вляпаешься! – рявкнул он мне прямо в лицо, заставляя зажмуриться от его шумного дыхания, и вдруг легким толчком отправил меня к стене и направился к своей кровати, где лежал его вибрирующий телефон. Наверное, он имеет в виду мой недавний позорный переход через улицу.. – И тогда все свалят на меня. Так что смирись, как я, и исчезни!
Взмахнув рукой в сторону двери, он принял звонок и начал с кем-то говорить на китайском, не обращая на меня никакого внимания. А я фыркнул, прожигая его своим отчаянно пылающим взором.
– Да никуда я не вляпаюсь!
Говнюк смерил меня молчаливым убийственным взглядом и недовольно скривил губы, продолжая слушать собеседника. Нет, я отсюда никуда не уйду, пока мы не придем к консенсусу. Не хочу я, чтобы он со мной везде таскался, мне будто больше обратиться не к кому!
Я нагло сел на кровать Джорджа и, надменно сложив ногу на ногу, принялся ждать, пока ушлепок закончит свой иноязычный трындеж, и это наконец свершилось.
– Ага, мне не нужны проблемы из-за твоей безмерной любви к приключениям, – хохотнул уродец и, отшвырнув телефон к подушке, снова уставился на меня, а потом – на мои сложенные ноги. – Так что, когда приспичит куда-нибудь сходить, ты приходишь ко мне и говоришь: «Том, сходи со мной, пожалуйста, туда-то» и все такое прочее, – издевательским тоном протянуло мудилище и снова отвратительно заржало, с наслаждением глядя на мое недовольное лицо, искаженное неприкрытой злостью.
– Не дождешься! Я уж лучше тебе врежу, чем просить буду! – вскрикнул я, резко вскочив на ноги, и активно взмахнул обеими руками, тут же стиснув зубы.
Я вдруг почувствовал, как у меня стремительно закружилась голова, и резко закашлялся и шмыгнул носом, даже слегка пошатнувшись. Чертова простуда.. Чувствую себя просто отвратительно.. Особенно вечером.
– Хоть один новый синяк на лице одного из нас, и мы летим в Америку, – прошипел Фостер чуть ли не мне в лицо, уже спустя секунду становясь напротив. – Так что угомонись, придурок! – он вдруг толкнул меня одной рукой, и я, от неожиданности не удержав равновесие, распластался на кровати Джорджа, находящейся позади.
– И вообще не трогай меня! Роуз, вон, свою трогай, – шумно дыша через рот и затравленно глядя на него снизу вверх, проворчал я и слегка приподнялся на локтях.
Фостер, прикусив белыми зубами губу, окинул меня быстрым и каким-то странным взглядом и чуть склонил вбок голову.
– А тебе, гляжу, понравилось, – издевательски пролепетал Чмостер и почесал висок своими длинными пальцами, медленно облизнувшись.
– Да пошел ты! – я отчаянно вспыхнул и вскочил на ноги, мгновенно поравнявшись с ним.
У меня температура, похоже, еще больше поднялась, потому что от резких движений в моей страдальческой голове опять с новой силой одна за другой засверкали вспышки боли вплоть до легкого мерцания в глазах, и я крепко схватился ладонью за свой горячий лоб, болезненно зажмурив глаза на какое-то время.
– Не зли меня и убирайся, – уже другим тоном процедил он и снова красноречиво указал на дверь.
– Мы с тобой еще не закончили! И вообще.. – громко вскричал я, силясь не задавить его своими же руками, так как внутри меня уже бушевал неукротимый ураган недовольства.
– Да-да, ты не будешь ничего просить, – он утомленно закатил глаза и кивнул. – Но ты ведь уже пришел ко мне и хочешь договориться.
Нервно дыша, от чего грудь часто вздымалась с каждым новым сердцебиением, я снова перевел взгляд на самоуверенного козла.
 
Как бы было хорошо, если бы этой дряни в нашей группе не было.. У меня уже нервный тик из-за этого Фостера, а бить нельзя, но нельзя же только по лицу..
– Короче, – уперев руки в бока, снова начал я, – ты как хочешь, но я всяких оленей, вроде тебя, слушаться не соб.. ай!
Вдруг Фостер стиснул зубы и резко оказался около меня, больно хватая пальцами за подбородок и практически до хруста сжимая его, а я остервенело нахмурил брови, мотая головой в попытке освободиться.
– Как же ты, маленькая сучка, меня достал! – прогремел мудак на всю комнату, глядя на меня яростным, полным разнообразных чувств взглядом, а второй рукой крепко сжав в кулаке мою футболку на животе. – И попробуй только специально что-то натворить.. – он скривился и нервно облизнул губы, а взгляд быстро метался по моему лицу, от чего я даже напрягся и задержал дыхание. – Я тебе такое устрою, что неделю потом ходить не сможешь! Ты понял меня?!
Меня перекосило, и я с усилием оттолкнул его от себя, получив при этом сильный тычок под ребра, заставивший болезненно охнуть и с шипением поморщиться. Но я мгновенно кинулся дать сдачи этой сволочи, шумно свалившейся спиной на свою кровать после моего ответного удара, но нанести новый он мне больше не позволил, так как мои руки в ту же секунду оказались в его ловком захвате за запястья. Тогда я начал неистово брыкаться ногами, все равно стараясь пнуть хоть куда-то, с надрывным, отрывистым мычанием изредка попадая по его коленям.
Фостер протяжно зашипел, с силой дернул меня на себя и молниеносным рывком развернул, оказываясь сверху, и, крепко сдавив, прижал мои руки к кровати по обе стороны от головы.
– Я убью тебя, с..сука! – змеей шипел я, бесполезно дергаясь и оказавшись совершенно обездвиженным в таком не самом удачном положении.
Сердце быстро колотилось в горле, дыхание окончательно сбилось, а тело предательски ослабло, не имея шансов скинуть с себя этого кабанюгу и накостылять ему по пятое число.
Он практически лежал на мне, и когда моя грудь вздымалась от частых напряженных вздохов, я чувствовал на себе всю тяжесть его сильного тела и, кряхтя, пытался от нее поскорее избавиться. Вдруг его лицо, которое было всего-то в нескольких сантиметрах от моего, странно вытянулось, и он громко чихнул практически на меня, едва успев уткнуться мне куда-то в шею.
Несколько секунд осознания, и в итоге Фостер начал неистово ржать, сотрясаясь от хохота и невыносимо щекоча мне кожу своим частым, будто влажным дыханием, но все равно при этом тесно придавливая собой меня и мои руки к кровати.
– Ах ты ж.. Фу-у! – я продолжал беспрестанно елозить и дергаться под ним, чувствуя себя крайне неуютно в таком положении, но все мои попытки вырваться все равно так и не увенчались успехом. Сейчас как-нибудь спихну его с себя и уничтожу за такую хренотень! – Да ты совсем уже охерел, Фостер!
Он все смеялся, уже не имея сил остановиться, и я на пару секунд утомленно замер, сжимаясь и всячески мотая головой, и уже мечтал начать свои нестерпимые визги.
– Отвали, мне щекотно!
Вдруг раздался лязг ключа в скважине, и появился Джордж, который тут же удивленно матюгнулся, увидев меня в комнате, да еще и в такой опасной близости от ржущего на мне чмыря.
– Ну, е-мое! – громко воскликнул шатен и кинулся к нам, пытаясь отцепить друг от друга.
Не знаю, откуда у него взялось столько сил, но в итоге он оттащил неугомонного Фостера и потянул меня к двери, тут же выталкивая в коридор и выходя вместе со мной. Через приоткрытую дверь все еще слышался сдавленный хохот мерзкого гондона, который до сих пор не мог успокоиться, и его сумасшедшие вопли еще больше выводили меня из себя.
– Билл, мать вашу! Что вы опять творите! – возмущался Джо, а около комнаты Сары в это время стояли две девчонки, которые тут же перевели внимание на нас, почувствовав что-то интересное.