История вора (СИ)

— Хорошо, это избавит нас от лишних представлений. Эти люди, — маг обвёл рукой присутствующих, — члены Совета и те, кто имеет непосредственное отношение к нашему сегодняшнему разбирательству. Полагаю, ты догадываешься, о чём пойдёт речь?
Я отрицательно покачал головой. Разумовский в ответ на это криво усмехнулся.
— Не стоит лгать, Кирилл. Думаю, ты всё прекрасно понимаешь, но если хочешь… Арина, пожалуйста, просвети своего подопечного.
Слегка покрасневшая после этих слов девушка повернулась ко мне.
— Вчера вечером мы принимали посла клана Роз и Шипов. Он предоставил нам весьма интересную информацию о том, что некий прыгун ограбил одну из их клиник.
Я попытался не выдать себя ни жестом, ни взглядом, ни движением мускул лица. Рано, пока признаваться рано… Для начала стоит узнать — что знаю мои… соклановцы.
Поняв, что отвечать я не намерен, Арина продолжила:
— По словам нашего французского гостя, три недели назад неизвестный прыгун обошёл все ловушки и сигнализации клиники, вломился в лабораторию известнейшего целителя, доктора Пьера Бернара, и украл оттуда паргонский камень. Фото прилагаются, — через весь стол она катнула мне планшет с вышеупомянутыми снимками, — Грабителя видели в лицо, и оно показалось французам удивительно похожим на лицо того парня, который напал на их полицейских в начале июля. Думаю, не стоит упоминать, что этим человеком был ты? Твой портрет, кстати, получился очень неплохим — если пролистаешь фотки, увидишь. Будешь запираться дальше?
— Нет, — решил я, подав голос впервые с начала встречи, — Не буду. Это сделал я.
В самом деле — пока доказательства были весьма серьёзными, и отнекиваться я не видел никакого смысла. Только хуже сделаю.
— Прекрасно, — хлопнул в ладоши Разумовский, — Думаю, нет смысла объяснять присутствующим, зачем ты провернул это дело? Мы все прекрасно знаем, что ты лишился памяти, и таким образом решил её восстановить. Я беседовал с Марфой Ступиной, которая приготовила для тебя памятный отвар, и она подтверждает это. Арина и Дмитрий тоже были в курсе и отнеслись к твоей просьбе серьёзно. Они даже пытались узнать — где можно найти этот минерал? Но ждать ты не захотел. Кирилл, пойми — так у нас в клане дела не делаются. Ты подставил всех под удар, и должен понести за это заслуженное наказание. 
— Я понимаю. Разрешите вопрос?
Разумовский удивлённо приподнял брови, но всё же кивнул.
— Как Розы и Шипы вышли на меня? Ведь явно не с помощью пары портретов?
Вместо ответа глава клана достал из нагрудного кармана крошечный стеклянный цилиндрик и катнул его по столу. Я остановил его и недоумённо уставился на содержимое. Внутри перекатывалась короткая волосинка.
— Что это?
— Твоя ресница, Кирилл. Ты умудрился оставить её на месте преступления, в лаборатории Бернара. Поверь, не только мы умеем производить магический поиск. 
Я изумлённо замолчал. О-фи-геть. 
— Кроме того, как уже говорила Арина, после вашего с Теняковой Марией вояжа в Марсель и стычки с местной полицией магов ваши лица описали весьма точно. И описание мужчины полностью совпало с тем человеком, который ограбил лабораторию. Так что обвинения, как ты понимаешь, выдвигают не только за кражу, но и за нападение на сотрудников правоохранительных органов. 
Я продолжал молчать. Лучший вор десяти тысяч миров? Планирование важнее всего? Да-а, Кальн, кажется, вместе с памятью и телом ты потерял последние мозги, а также сноровку. Я уже говорил о том, что самоуверенность иногда бывает очень излишней? Говорил? Пожалуй, стоит повторять это почаще, и в первую очередь — себе! 
Недалёкий кретин! Ведь знал, что по волоску можно вычислить любого мага — и не озаботился обезопасить себя от подобного! Знал, что меня уже видели марсельские маги — и не стал надевать маску, понадеявшись на кольца невидимости. 
Что ж, похоже, в этом теле я потерял сноровку… И теперь за свои ошибки придётся расплачиваться. Вероятно, не только мне…
— Скажите… — я запнулся, — А Маше что-нибудь грозит?
— Ты создал нам кучу проблем, Кирилл, — вместо ответа встрял в разговор Смирнов, — Но на твоё счастье, она в безопасности. Никто из Роз и Шипов не знает, что она член нашего клана.
 
— Что просят французы? 
— Твою голову, — начал загибать пальцы Разумовский, — Репарации в виде нескольких эксклюзивных поставок артефактов, извинений, а также — возвращения паргонского камня.
— С последним могут возникнуть проблемы, — честно признался я, — Камешек был использован почти сразу.
— Это понятно, — спокойно кивнул глава клана, чем вызвал у меня лёгкое недоумение, — Да и остальные условия, скажу прямо, удовлетворять мы не собираемся.
Над столом воцарилась тишина. Спрашивать — почему? — не было никакого смысла. Всё и так предельно ясно. 
Выдав меня, Дети Перуна признаются перед французами сразу в нескольких вещах. Во-первых, в том, что один из магов клана действительно совершил ограбление. Это приведёт к нежелательным последствиям, о которых только что говорил Разумовский. 
Во-вторых, если признать факт ограбления, придётся признавать и то, что у москвичей есть свой прыгун. А это, как несложно было догадаться, они бы предпочли сохранять в тайне как можно дольше. Гораздо выгоднее заявить, что ограбивший Бернара маг — ренегат. Тогда со столичных магов взятки будут гладки, а я по-прежнему останусь козырем в рукаве Разумовского.
А в том, что я ему нужен, никаких сомнений не возникало. Он был прав — слишком мягко они ко мне относились, намереваясь в дальнейшем использовать в каких-то своих интригах. Вот только не очень-то мне верилось, что такое дело оставят без внимания, ведь в этот раз я весьма серьёзно подставил клан.
— Я понимаю всю серьёзность последствий своих поступков. И прошу за них прощения.
— Это замечательно, — ехидно отозвался глава клана, — Но сейчас твои извинения, как говорят простаки, нам никуда не упёрлись, Кирилл. Ты уже несколько раз нарушал Кодекс. И посмотри, к чему это привело?
Я молчал.
— Мы не можем оставить такое поведение без наказания, ты ведь понимаешь?
— Понимаю.
— Прекрасно. В таком случае, уведомляю тебя о полугодовом заключении под стражу, без права досрочного освобождения. Разумеется — никаких тренировок, занятий, связи с внешним миром и магии. Также тебя проверят наши менталисты. Мне крайне любопытно, ради чего ты так рисковал и подставил всех нас под удар. Это моё окончательное слово.
Он махнул рукой и кандалы спали с моих запястий. Боевики, всё это время стоявшие позади, подхватили меня под локти и поставили на ноги. На выход меня провожала целая куча разочарованных взглядов… 
  
Глава 14
 
— Великий Магистр, — Смирнов, стукнув пару раз по двери, вошёл в кабинет, — Разрешите?
— Заходи, присаживайся. Чай-кофе не предлагаю, Дима, разговор будет коротким.
— Я вас слушаю.
— Два часа назад мы, наконец, получили расшифровку образов, которые наши менталисты в последний месяц доставали из головы стрыги. Той, что напала на Кирилла.
— Я помню, — Смирнов мигом собрался, — Там было что-нибудь интересное?
— Не то слово, — вздохнул Разумовский, — И именно поэтому ты здесь. Старуха, как выяснилось, работала не одна.
— Неужели? — удивился майор.
Его можно было понять. Ренегаты предпочитали не контактировать с себе подобными. Слишком уж неуживчивыми были эти маги, и максимум, на что они могли рассчитывать — помощь своей семьи, если она не отворачивалась от них. В противном случае изгои старались выживать поодиночке, вполне обоснованно не доверяя себе подобным. Каждый из них с удовольствием бы выпил Силу другого, и даже не поморщился.
 
И кроме того — отыскать десяток магов-отступников куда проще, чем одного.
— Наши люди нашли у неё в голове массу образов, и когда их удалось расшифровать… В общем, всё куда серьёзнее и запутаннее, чем мы предполагали. Стрыга — лишь рядовой член организации ренегатов, некоторое время существующих на территории нашего клана. И неплохо себя чувствующих, позволь заметить.