Твоя игра. Начало
Довольно светло, часов восемь утра. Спать не хочется, хотя он лёг в четвёртом часу и ещё некоторое время не мог уснуть. Про свою задачу он абсолютно забыл. Голова занята воспоминаниями и попытками понять, что же произошло.
Девочка с белым лицом, её неестественно широко раскрытый рот… От этого воспоминания его пробрала дрожь. «Жуть какая», — шепчет он. А воспоминания наплывают и наплывают.
Вот девочка преобразилась, выглядит как обычный ребёнок, только худенькое личико слишком бледно. Позади неё шторы и дверь на балкон, слева внизу — комод.
Сергей сразу узнал свою комнату отдыха, но смотрел на неё словно с потолка. Он огляделся — да, всё верно. Хоть и темно, но это его комната отдыха. Он посмотрел вниз и увидел себя. Затем услышал голос девочки:
— Прости, что пришлось вытащить тебя сюда таким радикальным способом, но в силу твоей логики и веры в науку, рациональность по-другому было нельзя. Сейчас твоё сердце на время остановилось, но мозг пока жив. Времени мало — если не верну тебя через пять минут, твой мозг умрёт. Ты умрёшь. Можешь называть это состояние клинической смертью. А здесь сейчас твоя астральная проекция. Только так я могла с тобой связаться, поскольку мы находимся в разных мирах.
— Что?.. Что происходит?.. Кто ты?
— Пожалуйста, не говори ничего, ты скоро всё поймёшь. И поверишь. Она хочет навредить моей маме, но знает, что сделать это непросто. Мама очень сильная. Но она придёт и за тобой. Пусть ты не силён, ты всё равно можешь спасти маму, поэтому она постарается уничтожить и тебя. У меня есть догадка, почему она этого ещё не сделала, но знаю её намерения — она часть меня, другая я. Я здесь, чтобы помочь — ты должен быть готов. Я не могу помочь маме — другая я сделала всё, чтобы я не могла с ней связаться. Но я могу попробовать сделать это через тебя. Не знаю, когда, в каком образе она придёт к тебе, поэтому я пробудила неиспользуемые проценты твоего мозга, чтобы ты мог её увидеть. Может, она даже будет скрываться в других людях, потому что уже так делала. Это может быть опасно для тебя, но мне хочется верить, что ты справишься. Ради меня и ради мамы. А теперь тебе надо вернуться. Помни, что я сказала.
Только Сергей открыл рот, чтобы что-то спросить, как резко подлетел к лежащему себе и…
Он всё помнил, всё до единого слова. Голос девочки отчётливо слышался в его голове. Он был обычным, вовсе не зловещим. Но то, как детально Сергей помнил каждое слово, интонации, с которыми она говорила, вызвало нервную дрожь. Словно плёнка холодного пота обволокла тело. Он натянул одеяло повыше. «Не может быть, чтобы сны запоминались настолько детально…»
Он поворачивает голову, смотрит на часы — половина девятого утра. А во сне казалось, прошло не больше пяти минут, словно он и не спал вовсе, а только задремал.
Стоп! Разве возможно уловить течение времени во время сна? Нет-нет-нет-нет-нет… Просто он устал, вот и всё. Интеллектуальная деятельность утомляет, а лёг он поздно, точнее, рано утром, вот и привиделось не пойми что. Надо взбодриться, принять душ, выпить кофе и вернуться к задаче. Отвлечься.
Но было очень страшно. Жутко. До сих пор пробирает. Кто такая эта девочка, чей голос он до сих пор слышит? О-о-о-о… Лучше не думать об этом.
Сергей откидывает одеяло, садится. Он чувствует, что не выспался, хотя сейчас спать ему не хочется, — просто мало поспал. Нехотя он встаёт, одевается. Продевает ногу в одну штанину спортивок и останавливается. «Зачем я одеваюсь?» — спрашивает себя. Вытаскивает ногу, берёт штаны и футболку, надевает тапочки и идёт в ванную.
После душа: заправить кровать, открыть балкон, развести крепкий кофе. В рабочей комнате он открывает окно и автоматически включает компьютер, который сейчас ему не нужен. В почте ничего интересного, только рассылка акций да уведомления от соцсетей.
Он делает глоток горячего кофе и склоняется над тетрадью. Так он сидит минут двадцать, время от времени отвлекаясь на кофе. Мыслей нет, он просто смотрит на исписанный, изрисованный графиками лист и ничего не может ни понять, ни придумать.
Он кладёт голову на руки, решив, что это как-то ему поможет. Сам того не ожидая, проваливается в дремоту; в голове звучит «клиническая смерть», но внезапно он приходит в себя, рука резко дёргается, и наполовину полная чашка кофе опрокидывается прямо на клавиатуру.
«Вот чёрт! Чёрт!» — негодует он, окончательно проснувшись. Быстро отставляет чашку и переворачивает клавиатуру, надеясь, что она каким-то чудом не сдохла. Он трясёт её, вытряхивая жидкость; протирает платком, что лежал на краю стола, днище и стол. Поставив клавиатуру на сухое место, идёт в ванную за тряпкой. Минут через десять возни всё сухо.
С клавиатурой пришлось повозиться — она работала, но необходимо было протереть её внутри, чтобы не залипали клавиши (кофе был с сахаром). На это ушло минут сорок. Сергей обработал каждую затронутую клавишу, в определённом смысле радуясь, что клавиатура у него не навороченная, а самая обычная, 101 клавиша плюс несколько мультимедийных. Жаль только, не влагозащищённая. Несколько капель она способна вынести, но полкружки… Хорошо, что не сдохла, — вот это действительно повезло!
Лишь только он закончил с клавиатурой, в голове опять звучит голос девочки. «Аррр, вот привязалась!..» — раздражается он, сравнивая этот «мотив» с какой-нибудь попсовой песенкой, которую каркрутят везде и повсюду, так что она волей-неволей звучит в голове, доводя порой страдальца до бешенства.
Он разводит себе ещё кофе. Через несколько минут вновь сидит за столом, размышляя над решением задачи. Последняя не даётся.
Через минут двадцать звонит телефон.
— Алло?
Конечно, на экране смартфона он видит имя, знает, что звонит Илья, но по старой привычке, со времён стационарных телефонов, всегда отвечает на звонок именно так.
Помнится, как родители купили определитель номера, и когда он брал трубку, говорил: «Привет, Колян!», или «Привет, Саня!», или привет, ещё кто-нибудь… А на той стороне отвечали: «Как ты узнал, что это я?» Представляя себя телепатом, он посмеивался над друзьями. Те времена прошли, но привычное «алло» он оставил себе навсегда.