Обычный день

– В конце концов ты сожжешь салфетку на комоде, если будешь так раскладывать сигареты, – заметил он.
– Я так делаю с тех пор, как начала курить, – сказала Маргарет.
– Пару недель назад мама поставила пепельницу в мою комнату. Похоже, она поумнела. Тебе она дала пепельницу, только когда ты вернулась из колледжа.
– Я курю с пятнадцати лет, – сообщила Маргарет.
Брат встал и начал бродить по комнате. Он подошел к кровати и посмотрел на чемодан, который собирала Маргарет.
– Я помню это платье, – сказал он, приподнимая угол подола, – ты надела его в тот раз, когда я не нашел Дику девчонку, и ты пошла с нами. Мы тогда поехали на танцы в загородный клуб.
– В те дни я еще чувствовала себя старой девой, – призналась Маргарет.
Помолчав, он все же спросил:
– Слушай, ты и вправду собираешься замуж за того парня?
– Да, – сказала Маргарет.
– Ты понимаешь, какой это удар для отца с матерью?
Маргарет подошла к комоду и взяла сигарету.
– Ты говоришь прямо как папа, – сказала она, – таким же голосом и вообще. Еще забыл, что я неблагодарная и глупая и не знаю, что делаю, а через неделю буду дома, умоляя о прощении.
– Вряд ли, – возразил брат. Маргарет развернулась и посмотрела на него. – Ты умная, – продолжил он, – в колледже училась.
– Я встретила его в колледже, – сказала Маргарет.
– Знаю, – кивнул он. – Если бы я поступил в колледж, то, может, тоже встретил бы милую девушку.
– Вместо той, которую нашел.
– С Бобби все в порядке. – Он хмуро уставился на чемодан Маргарет на кровати. – Она славная. Потому мы и поженились.
Маргарет повернулась, чтобы посмотреть ему в лицо.
– Что ты сказал? – требовательно спросила она. – Ты женился на этой бродяжке?
Ее брат поднял и снова опустил взгляд, и Маргарет вдруг засмеялась.
– Ты хоть представляешь, какой это удар для отца и матери?
– Я решил сразу же сказать им, – пояснил брат, – но тут ты вернулась домой со своим планом выйти замуж за парня в Чикаго, и всем хватило твоих новостей.
– Так все из-за меня? – уточнила Маргарет. – Что ты собираешься делать?
– Расскажу потом, когда они переживут твои выкрутасы.
– Они с ума сойдут.
– Маргарет, послушай, что с ними не так? Больше ни у кого нет таких детей, как мы.
– Что с нами не так? – спросила Маргарет. – Мы честные граждане среднего класса, состоим в загородном клубе и владеем одной машиной. Я поступила в колледж, потому что хотела, а ты остался дома, потому что папа решил, что тебе пора работать. Мы всей семьей играем в гольф и бридж, и никто из нас не сказал ни единого доброго слова другим. Как ты сам думаешь, что с нами не так?
– Бобби говорит, что папа был с нами слишком строг, – сказал ее брат.
– Может, и так, – кивнула Маргарет. – Когда вы поженились?
– Примерно неделю назад.
– Где сейчас Бобби?
– Со своими. Они все знают. Ее сестра была с нами.
– Жаль, что меня там не было, – вздохнула Маргарет. – Мне бы хотелось…
– А мне бы хотелось быть на твоей свадьбе, – сказал он. – Мы никогда раньше так не говорили, правда?
– Разве был повод? Раньше с нами ничего не случалось.
Маргарет закрыла чемодан и заперла его, положив на пол. Брат помог ей надеть пальто, она взяла чемодан и осмотрелась.
– Я что-нибудь забыла? – спросила она.
– Слушай, – сказал он, – тебе нужны деньги?
«Прямо как в кино», – подумала Маргарет.
– Спасибо, – ответила она, – он прислал мне достаточно денег.
– У меня с собой есть немного наличных, – настаивал брат.
– Оставь их для Бобби, ей, наверное, понадобится.
Он проводил ее до двери спальни.
– Ну… – Он наклонился и поцеловал ее в щеку. – Удачи.
– Передай привет Бобби, – сказала Маргарет и пошла вниз по лестнице.
Из гостиной вышел отец, за ним шла мать. Маргарет направилась прямиком к входной двери, но отец поднял руку.
– Подожди, – произнес он. – Ты не передумала?
– Ты не понимаешь, что делаешь, – вмешалась мать.
– Я ухожу, – сказала Маргарет отцу.
– Неизвестно к кому, – напомнила мать, – в Чикаго.
– Ты всегда можешь вернуться домой, дочь, – сказал отец, – мы будем тебе рады.
 
– Спасибо, – ответила Маргарет.
– Маргарет, я все-таки скажу еще раз… Нам с матерью очень больно, но мы стараемся действовать в твоих интересах. Возможно, твое решение нас удивило, это так внезапно…
– Вы с братом всегда были такими послушными детьми, – добавила мать.
– Вот что, – заявила Маргарет, повернувшись к отцу и поставив чемодан на пол, – хотите узнать кое-что по-настоящему удивительное?
  
Отъявленный преступник
 
Матери большинства двенадцатилетних мальчиков, полагаю, живут с нелегким подозрением в том, что их сыновья ведут тайную преступную жизнь. В нашем случае это убеждение о моем сыне Лори разделяет – и не без причины – миссис Джон Р. Симпкинс из северной части штата Нью-Йорк. Ее мнение о Лори еще более категорично, чем мое и, в меньшей степени, мнение моего мужа, который исследует причины преступности XVIII века и утверждает, что в то время все двенадцатилетние мальчики были бандитами или, как он выражается, злостными хулиганами. Кстати, многие из них носили фамилию Симпкинс.
– Всего-то обчищали сады, – успокаивающе говорил он. – Крали одежду, сушившуюся на веревках.
Я имею в виду, конечно, миссис Джон Р. Симпкинс, которая жила рядом с нами в то лето, когда Лори исполнилось девять лет. Через дорогу от нас поселилась семья Роландов с сыновьями. Снимая дом на лето, мы и понятия не имели, что поблизости окажутся мальчики Роландов. Миссис Симпкинс время от времени пишет мне, чтобы поделиться новостями о наших общих знакомых, и хотя она никогда напрямую не спрашивает о криминальном опыте Лори и не упоминает о менее пикантных случаях, пережитых за шесть недель по соседству с нами, в своем последнем письме она сообщает, что сразу же вспомнила о нас, наткнувшись на статью о мальчике Роландов – вырезка из газеты прилагалась. В следующем абзаце она делится новостями о ее дорогом малютке – сына миссис Симпкинс хвалят учителя и печатают его стихи в школьной газете – и интересуется: что поделывает дорогой Лори? По-прежнему занимается всеми видами спорта, полагает миссис Симпкинс, и мечтает узнать, такой ли он «резвый», как всегда?
– Прочти, – сказала я, выкладывая письмо и вырезку из газеты на стол перед мужем.
Он рассеянно пробежал по ним взглядом.
– Добрались до него, да?
– Эту женщину нужно посадить в тюрьму за распространение злобных сплетен, – отрезала я.
– Представляю, что о нас думают в городе.
– Роланды…
– Что ж, – рассудительно произнесла я, – если она говорит такое о Роландах, то, вероятно, это правда. Ты знаешь не хуже меня, что их старший сын всегда был…
– Заводилой, – сказал муж.
– А наш бедный малыш Лори, которого завлекли эти малолетние преступники, просто следовал за ними и делал то, что ему велели.
– Как аутфилдер, – предположил муж. – В том последнем деле.
Схватив письмо и газетную вырезку, я кинулась из кабинета.
– Может быть, – бросила я через плечо, – если бы отец Лори разговаривал понятными словами…
– Примерно то же самое ты сказала миссис Роланд, – любезно заметил муж.
Так и было, или почти так. Я пошла на кухню и решила поквитаться с миссис Симпкинс, Роландами и мужем, второй день подряд подав на обед овощной суп. Накрыв кастрюлю крышкой, я пожалела, что внутри не кипит голова Спайка Роланда. Миссис Роланд я всего лишь сказала, что, возможно, отцу Спайка следовало бы подать хороший пример сыновьям – и впервые услышала, как она смеется. Сама я никогда не встречалась с мистером Роландом, а вот Лори его видел.
Спайку было тринадцать, Билли Роланду десять, а Лори девять. Милейший соседский мальчик по фамилии Симпкинс был примерно на полгода старше Лори, а его младшая сестра и наша дочь Дженни в то лето очень сдружились. Я подумала, что надо бы Лори и прелестному малышу Томми Симпкинсу поиграть вместе, и даже пригласила детей Симпкинсов на ужин в первые же дни после переезда. Вечеринка обернулась полным фиаско для Лори – после ужина Томми Симпкинс уселся играть в домики со своей сестрой и Дженни, а Лори побрел на улицу в поисках развлечений и встретил мальчиков Роландов – они как раз стреляли по фонарям.