Черный Гиппократ
Когда Владимир замолчал, Перевезенцев сделал вывод:
— Конечно — не густо. Однако больше, чем ничего. Во всяком случае есть над чем поразмыслить, — он побарабанил пальцами себе по груди. — А откуда такие знания из медицины, Володя? Владеешь терминами…
— Интересовался, — по инерции маскировался Нестеров.
— Интересовался… — задумчиво повторил Алексей (говорили они тихо, чтобы не быть услышанными посторонними, почти что шептались, как заговорщики). — Ну, что я могу добавить к этому? Пока на руках нет фактов, зацепиться не за что. Но гипотезу твою, или, если хочешь, — версию — проверить можно. Нескучно время проведем, да? — в глазах его заплясали веселые искорки. — Жаль только, что я такой — неходячий. А то бы дело быстрей продвинули… Но уж как есть! Будем работать по принципу: наши головы, твои ноги… — он задумался на минуту. — Некоторые слухи, Володя, доходили и до меня. До нашей конторы. Мои коллеги имеют немало сведений о пропаже людей. Причины пропаж?.. Самые разные. Не обязательно всегда смерть… На бытовой почве, например. Поссорился подросток с родителями, ушел из дома. Один — сразу вернулся, как проголодался, как замерз, а другой — покрепче, уехал в другой город, устроился как-нибудь. Знаешь, сколько подростков ежедневно уходит из дома в таком большом городе, как Питер?.. Или другая побуждаемая причина: нашкодил где-то умник и показалось ему, что за ним установлена слежка, — оригиналов, а то и просто шизо хватает. Что делать? В бега… На любовной почве: обещал жениться, переспал и — в кусты. Ищи-свищи!.. Следующий уехал на заработки, никому не сказавшись… А тот просто бомжует… А набожная бабушка пустилась в паломничество… И так далее… Причины могут быть самые неожиданные.
— А девушек похищают для публичных домов… — напомнил Нестеров.
Перевезенцев слегка поморщился:
— Это случается много реже, чем представляется. Один раз произойдет — десять раз расскажут. Такая формула!..
— Ну, а собственно пропаж?
— Тоже случается, — кивнул Алексей. — Когда концы в воду… Иногда в прямом смысле: из воды вылавливаем трупы. Бывает — расчлененные; бывает — и органов не хватает, и целых частей тела. Тут гипотезы разные: от каннибализма до уничтожения особых примет — например, родинка на плече, или татуировка, старый рубец…
— А с нашей проблемой как?
— Наша проблема, если ее выделить из всей массы криминала и если она существует в действительности, — недавняя. И я скажу тебе: уже выделили… Есть особая папочка у нашего генерала, тоненькая, правда. Но главное, что уже есть…
— И в ней — факты?
— Не скажу определенно. Не заглядывал. Но кое-что мне известно. Например, есть свидетели, которые видели, как машина «скорой помощи» сбила человека.
— Что же тут такого! — удивился Нестеров. — Всякое случается на дорогах.
— Тут совсем другое!.. Эта «скорая» прямо-таки гонялась за человеком… Сбила, подобрала и увезла в неизвестном направлении.
— И что?
— А ничего! — развел руками Перевезенцев. — Нет ни номера машины, ни того человека, ни улик. Один свидетель. И место…
— Ты говорил о свидетелях…
— Зафиксирован еще один случай. Тоже ночью… «Скорая»… «РАФ». Переехала человека, подобрала и скрылась в неизвестном направлении. Все очень быстро, но деловито, без суеты. Два свидетеля — влюбленная парочка. Стояли в тени подъезда. Все видели издалека. Однако лиц не разглядели: белые халаты, колпаки — униформа всегда как бы обезличивает. Номер машины тоже неизвестен…
Нестеров задумался:
— Ты думаешь, это связано с похищением органов?
— Не исключено, — с уверенностью сказал Перевезенцев. — Даже — скорее всего. Посуди сам: слесарь какой-нибудь или землекоп, или журналист, к примеру, будет ли похищать органы?.. Ну если он не каннибал, конечно, — не для приема в пищу, а для продажи… Нет, не будет! Этим должны заниматься профессионалы. Люди в белых халатах, так сказать. У других не купят. Это же нужно вырезать грамотно, использовать какой-то консервант… Да и знать надо, у кого вырезать; почку от селезенки отличить…
— А потом?
— Надо наладить контакты. С людьми в белых халатах — с другой стороны. А это целая организация должна быть. Человек пятнадцать-двадцать, как минимум. Ну и деньги, разумеется, большие. Они-то все дело и двигают.
Владимир добавил свой штрих:
— Они ведь не в «скорой» органы изымают. Для этого нужна хорошая операционная. А где операционная, там коллектив…
— Хочешь сказать, ненужные свидетели?
— Или коллектив с убийцами за одно, или нужно искать подпольную операционную.
Перевезенцев задумался над этой мыслью.
Владимир спросил:
— А та папка, что у генерала… В ней эти случаи как поданы?
— Пока вроде никак. Нераскрытые преступления с неясной мотивацией. Думать можно все, что угодно. Папка пока лежит в сейфе. Пройдет время, появятся новые факты. Когда фактов будет больше, их можно будет систематизировать, классифицировать само преступление, увидеть закономерность, а затем уже предпринять какие-то шаги.
— А не пробовали «скорую» искать?
— Пробовали, конечно! Но знаешь, сколько по городу этих «скорых» и сколько травмированных они привозят? Знаешь, сколько в Питере операционных? — Перевезенцев вздохнул. — Плюс ко всему нет уверенности, что эта таинственная «скорая» вообще в каком-нибудь парке учтена, и привозит ли она пострадавшего в больницу, а не куда-то в подпольную операционную, как ты говоришь. Может, это «летучий голландец», а не «скорая». Может, это миф? А тем свидетелям все показалось? В ночи чего не привидится! Дорога, к примеру, была скользкая, машину повело, а свидетелю показалось, что она гоняется за пешеходом. Фактов не хватает, Володя. Поэтому и лежит эта папочка на дне генеральского сейфа…
— Можно, конечно, операционную поискать, — предположил Нестеров. — Операционную — подпольную, наверное, проще найти, чем полумифический автомобиль.
Алексей с сомнением пожал плечами:
— Вряд ли. Если принять во внимание, что операционной может служить любая комната…
— Но аппаратура!..
— А что аппаратура? — возразил Перевезенцев. — Много ли ее нужно, чтобы похитить интересующий тебя орган? Преступнику же не надо потом выхаживать этого человека, из которого он кое-что достал. Зашил беднягу в мешок — и в реку!..
— Пожалуй, ты прав! — не мог не согласиться Нестеров. — При желании можно оперировать и на кухонном столе.
— Так. Обсудили, — подвел черту Перевезенцев. — Теперь мы должны ответить на вопрос: может Маргарита права?
— В чем?
— Она же сказала — слухи, домыслы невежественных людей. И проблема не стоит выеденного яйца? — тут Алексей улыбнулся и поправился: — пятнадцати выеденных яиц…
Но Владимир не отреагировал на шутку:
— Какие твои предложения? Если, конечно, ты воспринимаешь ситуацию всерьез.
— Всерьез — не сомневайся, — заверил Алексей. — Фактов маловато… А сделать кое-что можно. Я могу позвонить своим ребятам… или ты позвонишь, чтобы пришли. Вдруг появится что-нибудь новенькое. Можно справки навести про некоторых врачей. Чем живут, так сказать… А больше — вряд ли получится.
Владимир был упрям:
— А если поискать все же операционную? И начать с нашей — с нашего отделения…
— Можно попробовать, — как-то вяло согласился Перевезенцев. — Разумеется, на свой страх и риск. Надо ведь знать, что искать. Какие будем искать улики? А вернее — ты. Какие улики будешь искать? Похищенные органы на тарелочке — посыпанные петрушкой? Или зашифрованный список жертв? Что именно?..
— Труп.
— Труп? В операционной? Без органов? — весьма удивился Алексей. — Это было бы неплохо. Но маловероятно, что преступник оставит за собой такую улику. И где! На своем рабочем месте!
— Ну, почему на рабочем месте? Почему в операционной? — вздохнул Нестеров. — В подвале есть морг.
— Действительно, — оживился Алексей. — Это уже интересно! Что ты предлагаешь?
Владимиру пришлось по душе оживление Перевезенцева — зацепило-таки следователя. И Владимир продолжил: