Спаси моего сына (СИ)

Дуло уставилось на меня. Я оторопела.
Ничего не говоря, Юра пересёк кухню и рванул меня на себя, целясь уже в Захара. Наконец я увидела его глаза: тёмно-серые, они приобрели стальной блеск. Зрачки сузились, лицо стало до предела жёстким.
Из груди вырвался всхлип. Я рванулась в сторону, но Юра держал крепко.
— Только попробуй дёрнуться, — процедил он Захару.
Пистолет упёрся мне в бок. Металлический твёрдый ствол больно вонзился под рёбра.
— Представь, как пуля пройдёт по её внутренностям, пробьёт лёгкие. Она будет харкать кровью и подыхать. Представь, — прошипел он, вдавив пистолет ещё сильнее.
— Юра… — выдавила я. — Ты же…
— Заткнись, сука. Какие же вы, бабы, дуры.
Он задом протащил меня по коридору в спальню. Всё это время я смотрела на следующего за нами Захара. Страшно было, как никогда в жизни. Нет, вру, когда Юра забрал Ингу, было страшнее, и ещё в тот день, когда мне сказали, что мой сын умер. Тот страх остался во мне на всю жизнь, но сейчас он был другим.
Я опять дёрнулась, но не так сильно. Юра схватил меня за горло и процедил:
— Ещё раз рыпнешься, пожалеешь.
— Отпусти её. Ты же здесь не для того, чтобы с ней разбираться.
Бывший муж ухмыльнулся у меня над ухом.
Пистолет опустился к животу, край кофты задрался.
— С чего взял?
— Отпусти девчонку, — с нажимом повторил Захар. — Тогда поговорим.
— Ты не в том положении, чтобы диктовать условия. Девчонку я бы отпустил. Но это ведь не девчонка, верно?
Кофта задралась ещё выше, пистолет упёрся мне прямо в грудь. Лифчика на мне не было, я чувствовала себя настолько беспомощной, что слёзы сами наворачивались на глаза.
Захар понял всё. Но во взгляде не было ни презрения, ни злости. Холод и отчуждение, только и всего.
— Не девчо-о-онка, — ехидно и яростно процедил он, брызжа слюной. — Это твоя, чёрт подери, баба. Грязная подстилка. А я и подумать не мог, что она на столько войдёт во вкус.
Дуло резко переместилось и упёрлось мне в живот.
— Тебе не впервой ведь? Одной женой меньше, одной больше.
— Что ты хочешь, Королёв?
Бывший муж гнусно засмеялся.
— А ты знаешь, Тихонов, уже ничего. Хочу на тебя посмотреть. Как ты из этого дерьма будешь выворачиваться. А я тебя предупреждал… Не нужно было трогать мои бабки. Эту дуру я бы тебе простил, но не бабки.
У меня всё сильнее плыла голова. Напряжение стало таким, что я с трудом воспринимала, где я. Видела только Захара. Он побледнел, а глаза сверкали углями на каменном лице. Мы столкнулись взглядами, и я надсадно всхлипнула.
— Юра…
— Молчать! — заорал он вдруг.
— Я тебе верну должок, Тихонов. Ты думал меня страдать заставишь?! Да ни хрена ты меня не заставишь страдать. Таких, как эта, полно. — Вдавил в живот дуло и сжал горло. Наставил пистолет на Захара. — Не хотел ты по-хорошему, будет, как будет. Понравилось её трахать? Мне сперва тоже нравилось. До тех пор, пока не понял, что это за тварь. Сука… Я её тебе продал, а она поплыла. А клялась… Клялась, что моей будет.
— Клялась?! — рявкнул мне на ухо. — Я ведь любил тебя, Вика. Всё было для тебя. Я, чёрт тебя дери, всё сделал, чтобы ты была счастлива. А ты… Шлюха!
Он мотнул меня так, что перевернулись мозги. Я почувствовала себя тряпичной куклой.
— Зря вы оставили своих птенчиков в гнёздышке, — голос наполнился ржавым ехидством. — Мамочка с папочкой решили развлечься, дочка с сыночком дома. Вдруг что-нибудь случится?
Захар рванулся к нему, но Юра перевёл на него пистолет.
— Стой на месте! — тявкнул он и попятился вместе со мной к двери. — Будем с тобой играть в горячую картошку, Тихонов. Ты у меня, я у тебя, я у тебя — ты у меня. Забавно, — он усмехнулся.
— У тебя крыша окончательно поехала? — прорычал Захар. — Остановись, Королёв. Ты себе могилу роешь.
— Про могилу мы поговорим потом. Пока претендент на путёвку к праотцам ты, — он отступил дальше, и мы оказались на веранде.
Дыхание Юры касалось шеи, пальцы вжимались в горло. Я зацепилась за порог и споткнулась, оказалась ещё ближе к нему.
Дети, Господи…
 
— Не трогай детей, — взмолилась я сквозь слёзы. — Юр…
— Да замолчишь ты или нет?!
Он стащил меня на полянку. Захар вышел из дома.
— Тебе не уйти. — Сказал напряжённо. — Ты должен понимать, что везде мои люди.
— Да, везде. Только не в доме, — бывший муж злорадно усмехнулся и носом поддел мои волосы. Прикусил кожу на затылке.
Меня выворачивало от отвращения и ужаса, слёзы текли, не переставая.
— Отличную ты себе жену выбрал, Тихонов. Раз, — махнул пистолетом, — и она готова увезти тебя куда угодно, чтобы прикончить. Стоило ей расписать перспективы жизни после твоей смерти, она долго не думала. Всё такая же, — пальцы прошлись по моему горлу. — Вкусная девочка. Вика-Виктория, как клубника. Я соскучился по ней.
Его слова напоминали слова психа, от каждого нового холод становился сильнее и сильнее. Захар сосредоточился до предела. Краем глаза я увидела припаркованную за домом машину. Как он это сделал? Как проехал мимо охраны?!
— Отпусти, — дёрнулась тихонько. — Что тебе нужно? Я же сделала, как ты хотел.
— Мне нужно… — протянул задумчиво. — Мне много чего нужно.
Мы были уже у машины. Юра опять прижал пистолет к моему боку, склонился и поцеловал в шею.
— Была моей женой, стала его. Теперь моя очередь, — схватил вдруг за волосы и поцеловал. — Быстро и больно, как ястреб.
Укусил за губу и, резко отшвырнув, сел за руль. Я повалилась на землю, небо, вода и трава смешались. Взревел мотор, из-под колёс брызнула грязь.
Я вдруг вспомнила рассказ Захара: переехал дважды. Один раз сбил, другой раз насмерть. Закрыла глаза и сжалась в комок, готовая ко всему. Но рёв мотора затих, и наступила тишина. Ужасающая и злая, в которой я слышала только звук собственного сердца и немой крик души: «Господи, что же я сделала?!».
 Глава 16 
Вика
Всё вокруг наполнилась хаосом, а я всё ещё как наяву видела садящегося в машину Юру. Трава вокруг была примята, а волны внезапно ставшего зловещим озера нахлёстывали на берег. За считанные минуты тучи заволокли небо, набухли и стали тёмными.
— Найти его! — просипел Захар. — Он не мог далеко уехать. Крыса чёртова.
Святослав подошёл к нему,
— Ищи отморозка. — Приказал резко. — Как он сюда пробрался? Сука…
Я хотела исчезнуть. Холод сковал меня по рукам и ногам, подняться не получалось.
Встретилась взглядом с мужем, и всё разом остановилось. Подбородок задрожал, и я тихо заскулила, всё ещё чувствуя упирающуюся в тело сталь. Взгляд Захара способен был уничтожить, но я и так почти рассыпалась на частицы.
— Вставай, — приказал он глухо, а мне показалось, что это «вставай» прогрохотало на всю поляну.
Я не пошевелилась. Хотела бы — не смогла бы.
— Вставай, Виктория.
Захар подождал несколько секунд и обратился к ближайшему охраннику.
— В машину её. Глаз с неё не спускать. Понадобится, примите меры.
— Какие именно?
— Любые. Даю карт бланш.
Он снова посмотрел на меня.
— Может, ментов?
— Никаких ментов. Я сам разберусь с этим дерьмом. Если мы не возьмём Королёва сейчас, он заляжет на дно. Ищите. Пора завязывать с этим щенком. Он пожалеет, что на свет вылез.
Охранник повёл меня к припаркованным автомобилям, крепко держа выше локтя. Не грубо, но жёстко настолько, что я понимала — как раньше не будет. Теперь я не жена хозяина, а его пленница. Опять, но виновата в этом я сама.
Меня подвели к машине охраны и втолкнули в салон. Дверца захлопнулась, и я осталась на заднем сиденье одна. Невидящим взглядом уставилась сквозь лобовое стекло. Растирая замёрзшие пальцы, наткнулась на кольцо и сжала руки в кулаки.
Сколько просидела наедине с молчавшим водителем — не знаю. Когда по обе стороны от меня оказались люди Захара, я не сказала ни слова. Меня словно не замечали, а я только и видела фары стоявшей впереди машины. Они мигнули, и я ненадолго вышла из ступора.