Хармс Даниил

Часть 57 из 89 Информация о книге
Глава третья
  Ночь.
 Луна.
 Не дует ветер.
 На кустах не дрогнет лист.
 
  Спят в кроватях
 Пауль и Петер,
 Слышен только
 Храп и свист.
 
  Плих и Плюх
 Сидели тихо.
 Но, услыша
 Свист и храп.
 
  Стали вдруг
 Чесаться лихо
 С громким стуком
 Задних лап.
 
  Почесав
 Зубами спины
 И взглянув
 С тоской вокруг,
 На кровати
 Под перины
 Плих и Плюх
 Полезли вдруг.
 
  Тут проснулись оба брата
 И собак прогнали прочь.
 На полу сидят щенята.
 Ах, как долго длится ночь!
 
  Скучно без толку слоняться
 Им по комнате опять, —
 Надо чем-нибудь заняться.
 Чтобы время скоротать.
 
  Плих штаны зубами тянет,
 Плюх играет сапогом.
 
  Вот и солнце скоро встанет.
 Посветлело всё кругом.
 
  «Это что ещё за штуки!» —
 Утром крикнул папа Фиттих.
 
  Мама, взяв его за руки,
 Говорит: «Не надо бить их!
 Будь хорошим.
 Не сердись.
 Лучше завтракать садись!»
 
  Светит солнце.
 Дует ветер.
 А в саду.
 Среди травы.
 Стали рядом
 Пауль и Петер.
 Полюбуйтесь каковы!
 
  Грустно воют Плюх и Плих,
 Не пускают цепи их.
 
  Плих и Плюх в собачьей будке
 Арестованы на сутки.
 
  Каспар Шлих, куря табак,
 Увидал своих собак.
 «Ну! — воскликнул Каспар Шлих, —
 Я избавился от них!
 Бросил в речку их, на дно,
 А теперь мне всё равно!»
 
 
Глава четвертая
  Мышку, серую плутовку.
 Заманили в мышеловку.
 
  Эй0 собаки.
 Плюх и Плих!
 Вот вам завтрак на двоих!
 
  Мчатся псы и лают звонко;
 Ловят быстрого мышонка,
 А мышонок не сдаётся.
 Прямо к Паулю несётся.
 По ноге его полез
 И в штанах его исчез.
 
  Ищут мышку Плюх и Плих,
 Мышка прячется от них.
 
  Вдруг завыл от боли пёс.
 Мышь вцепилась Плюху в нос!
 Плих на помощь подбегает.
 А мышонок прыг назад,
 
  Плиха за ухо хватает
 И к соседке мчится в сад.
 
  А за мышкой во весь дух
 Мчатся с лаем Плих и Плюх.
 
  Мышь бежит.
 За ней собаки.
 Не уйти ей от собак.
 На пути
 Левкои,
 Маки,
 Георгины
 И табак.
 
  Псы рычат
 И громко воют,
 И ногами
 Землю роют,
 И носами
 Клумбу роют,
 И рычат.
 И громко воют.
 
  В это время Паулина,
 Чтобы кухню осветить,
 В лампу кружку керосина
 Собиралась перелить.
 
  Вдруг в окошко поглядела
 И от страха побледнела.
 Побледнела,
 Задрожала,
 Закричала:
 «Прочь скоты!
 Всё погибло.
 Всё пропало.
 Ах, цветы, мои цветы!»
 
  Гибнет роза,
 Гибнет мак,
 Резеда и георгин!
 Паулина на собак
 Выливает керосин.
 Керосин
 Противный,
 Жгучий,
 Очень едкий
 И вонючий!
 
  Воют жалобно собаки,
 Чешут спины
 И бока.
 Топчут розы.
 Топчут маки.
 Топчут грядки табака.
 
  Громко взвизгнула соседка
 И, печально крикнув: «У-у-у!»,
 Как надломленная ветка,
 Повалилась на траву.
 
  Каспар Шлих, куря табак,
 Увидал своих собак,
 И воскликнул Каспар Шлих:
 «Я избавился от них!
 Я их выбросил давно,
 И теперь мне всё равно!»
 
 
Глава пятая
  Снова в будке Плюх и Плих.
 Всякий скажет вам про них:
 «Вот друзья, так уж друзья!
 Лучше выдумать нельзя!»
 
  Но известно, что собаки
 Не умеют жить без драки.
 
  Вот в саду, под старым дубом.
 Разодрались Плих и Плюх.
 И помчались друг за другом
 Прямо к дому во весь дух.
 
  В это время мама Фиттих
 На плите пекла блины.
 До обеда покормить их
 Просят маму шалуны.
 
  Вдруг из двери мимо них
 Мчатся с лаем Плюх и Плих.
 Драться в кухне мало места:
 Табурет, горшок и тесто
 И кастрюля с молоком
 Полетели кувырком.
 
  Пауль кнутиком взмахнул,
 Плиха кнутиком стегнул.
 Петер крикнул:
 «Ты чего
 Обижаешь моего?
 Чем собака виновата?»
 И кнутом ударил брата.
 Пауль тоже рассердился.
 Быстро к брату подскочил,
 В волоса его вцепился
 И на землю повалил.
 
  Тут примчался папа Фиттих
 С длинной палкою в руках.
 «Ну, теперь я буду бить их!»
 Закричал он впопыхах.
 
  «Да, — промолвил Каспар Шлих, —
 Я давно побил бы их.
 Я побил бы их давно!
 Мне-то, впрочем, всё равно!»
 
  Папа Фиттих на ходу
 Вдруг схватил сковороду.
 И на Шлиха блин горячий
 Нахлобучил на ходу.
 
  «Ну, — воскликнул Каспар Шлих, —
 Пострадал и я от них.
 Даже трубка и табак
 Пострадали от собак!»
Перейти к странице:
Предыдущая страница
Следующая страница