Бунтарь (ЛП)
Он закрывает за собой дверь, и плотина рушится. Каждая боль, которую я пыталась не чувствовать, каждая слеза, которую я пытался не проливать, — все это пронзает меня с такой силой, что я задыхаюсь. Я ложусь на кровать и сворачиваюсь калачиком, просто желая, чтобы меня было достаточно.
Достаточно для моего отца.
Достаточно для Ашера.
Просто достаточно.
***
Ощущение того, что кто-то легонько трясет меня, заставляет меня проснуться. Мои глаза горят, когда я открываю их и нахожу Зейна, сидящего на краю моей кровати. Я стону, закрывая лицо рукой. Прошлой ночью мне не только потребовалась целая вечность, чтобы заснуть, но и мои кошмары вернулись с удвоенной силой. Поэтому прошлой ночью мне удалось поспать не больше часа.
— Пора просыпаться, Тесс.
— Нет.
Он усмехается. — Ты должна.
— Почему?
— Потому что тебе нужно идти в школу. У Истона сегодня утром были занятия, поэтому я сказал, что подвезу тебя.
Я качаю головой. — Я не пойду.
Он убирает руку от моего лица и смотрит на меня сверху вниз. — Да, ты пойдешь.
— Нет, — повторяю я. — Я не пойду.
— Это не вариант. Ты идешь.
Я закатываю глаза и сажусь. — Почему? Какое, черт возьми, это имеет для тебя значение?
Он пожимает плечами. — Это не так, но для тебя это действительно важно. Ты действительно хочешь снова повторить свой выпускной год? Заканчивать школу с людьми, которые были второкурсниками, когда ты должна была убраться оттуда ко всем чертям?
Как бы сильно я ни хотела провести весь день в этой постели, в его словах есть смысл. Я вздыхаю и опускаю голову.
— Послушай, я не знаю, что случилось, но я знаю, какая ты крутая девчонка. Что бы это ни было, ты справишься с этим. Хрен знает, но ты переживала и похуже. Так что принарядись, иди посиди в его классе и заставь его понять, какой он идиот из-за того, что потерял тебя.
Мои брови хмурятся. — Как ты…
Он ухмыляется. — Нокс — мой лучший друг, CНП. Ты действительно не думала, что я позвоню ему после того, в каком состоянии ты была прошлой ночью?
— Фу, только не это гребаное прозвище снова.
— Тебе это нравится. — Он встает с кровати. — А теперь одевайся. Мы отправляемся через тридцать минут.
***
Я сижу за своим столом, глядя куда угодно, только не на Ашера. Потребовалось полчаса на подготовку и еще пятнадцатиминутная проповедь со стороны Зейна, прежде чем я почувствовала себя достаточно сильной, чтобы даже войти в парадную дверь этого места. Я искренне боюсь, что если я посмотрю на него, то снова все потеряю.
Скрывая свои чувства за улыбкой, я отвлекаю себя разговором с Келланом и Оукли. Однако это не мешает мне чувствовать на себе чей-то прожигающий взгляд на протяжении большей части урока. Даже Леннон продолжает странно на меня смотреть, пытаясь понять, что происходит.
Облегчение захлестывает меня, когда звонок эхом разносится по комнате. Я хватаю свои вещи и собираюсь уходить, когда до боли знакомый голос останавливает меня.
— Тесса, можно тебя на минутку?
Я останавливаюсь. Я стою к нему спиной, но каждая частичка меня умоляет повернуться. Меня тянет к нему, притягивает, как гребаная гравитация, и этому трудно сопротивляться. Ему будет лучше без тебя.
В последнюю секунду я хватаю Леннон за руку. — Эй, подождешь меня?
Она бросает на меня странный взгляд, но все равно кивает. Я делаю глубокий вдох и оборачиваюсь, зная, что Ашер мало что скажет, когда Леннон стоит прямо за мной. И все же я не могу заставить себя посмотреть на него.
— Что?
— Тесса.
Я неохотно поднимаю взгляд, и наши взгляды встречаются. Он выглядит таким же несчастным, как и я. Мое дыхание прерывается, и рыдание застревает у меня в горле, угрожая снова разрушить меня. Его глаза умоляют меня поговорить с ним. Сказать Леннон, чтобы она уходила. Броситься обратно в его объятия.
Ему будет лучше без тебя.
Я бросаю на него жалкий, умоляющий взгляд. — Не надо. Пожалуйста, просто не надо.
Его плечи опускаются, и я поворачиваюсь, чтобы выбежать из комнаты. Леннон следует за мной, стараясь не отставать. Когда я, наконец, добираюсь до своего шкафчика, я открываю его и изо всех сил хватаюсь за металл.
— Что, черт возьми, это было? — Спрашивает она, как всегда сбитая с толку.
Качая головой, я делаю глубокий вдох, чтобы попытаться взять себя в руки. — Я люблю тебя, но я не могу говорить об этом. Если я заговорю об этом, я снова сломаюсь, а я действительно не могу сломаться снова.
Ее растерянное выражение лица сменяется озабоченным. — Ладно, малышка. Все в порядке. Когда будешь готова.
Я дарю ей самую лучшую благодарную улыбку, на какую только способна, но мои глаза смотрят мимо нее, я вижу Ашера, стоящего за пределами своего класса и наблюдающего за мной. И да, это полный отстой.
***
Я лежу в постели, смотрю видео на своем телефоне и мысленно умоляю мир проглотить меня целиком. Прошло четыре дня с тех пор, как все полетело к чертям, и ничто не заставило меня почувствовать себя лучше. Не моя любимая еда. Не мой любимый фильм. Даже не алкоголь. Это официально, я застряла в колее, которое сама же и создала.
Раздается легкий стук в дверь, и я тихонько подвываю. Я просто хочу побыть одна.
— Что?
Истон открывает дверь и просовывает голову внутрь. — Могу я войти?
Я пожимаю плечами. — Это твой дом.
Он усмехается и подходит, чтобы присесть на край моей кровати. — Мы как раз собираемся заказать ужин. Тебе что-нибудь нужно?
— Нет, спасибо. Я не голодна.
Он опускает голову, прежде чем повернуться и посмотреть на меня. — Тесса, ты не была голодна всю неделю. Тебе нужно что-нибудь съесть.
Я закатываю глаза. — Я просто неважно себя чувствую, ясно? У меня нет гребаного аппетита, и если я поем, меня просто вырвет.
Он на секунду задумывается, прежде чем кивнуть. — Ладно, я пытался избежать этого, но, наверное, не смогу. Это необходимо.
— О чем ты говоришь? — Спрашиваю я.
— Я думаю, у меня есть кое-что, что заставит тебя почувствовать себя лучше.
Мои брови хмурятся, и Истон достает из кармана маленький пакетик, поднимает его и показывает мне таблетки внутри. Он встряхивает им взад-вперед, и я сажусь. Я сделаю все, что угодно, чтобы заглушить эту боль.
25
АШЕР
Чем больше проходит времени, тем больше я беспокоюсь о Тессе. С ней что-то не так, и я, кажется, не могу понять, что именно. Выражение ее лица, когда я пытался поговорить с ней, преследовало меня последние несколько ночей. Она выглядела такой обиженной. Такой опустошенной. Знать, что я частично ответственен за то, что у нее такое выражение лица, заставляет меня хотеть умереть тысячью смертей.
После того, как Блэр ушла из моего дома в прошлый понедельник вечером, я выпил стакан виски и позволил своему собственному разуму мучить меня в течение нескольких часов. Как бы я не хотел этого признавать, в ее словах есть смысл. Тессе, какой бы невероятной она ни была, всего восемнадцать. Шансы на то, что она узнает, чего она хочет на всю оставшуюся жизнь прямо сейчас, ничтожны. Ну и что? Я собираюсь бросить все ради чего-то, что может продлиться не более нескольких месяцев?
Я собирался спросить ее — выяснить, что у нее на уме, и решить, что делать вместе, — но что бы ни сказала Блэр, должно быть, подействовало на нее, потому что она едва могла смотреть на меня. Тогда я решил, что оставлю ее в покое, как бы трудно это ни было. Однако это не значит, что меня не убило, когда я увидел, как утром ее подвез ее бывший.
Когда она взяла свои вещи и покинула пентхаус, я предположил, что она собирается остановиться у Леннон. В конце концов, это был ее план, если бы я не предложил или, скорее, настоял, чтобы она осталась со мной. Только когда я увидел, как Истон подвозит ее утром в среду и четверг, я понял, что она, должно быть, живет с ним. Сначала я думал худшее — что она убежала к нему при первой же возможности, но, похоже, они просто друзья. Несмотря на это, я ему не доверяю.