Между честью и истиной (СИ)
Димитри иронично наклонил голову. Отвечая на вопрос мага, он заметил, что использует интонации Полины, что только добавило сарказма в его голос.
- То есть связи между действиями оппозиции и общей культурной базой Земли Академия не уловила. Хорошо, я объясню и это. Здесь, и я имею в виду не только Озерный край, опыты противостояния простых сословий и власти исчисляется даже не десятками, а сотнями лет. Что же до последнего столетия - оно здесь было интересно тем, что этот характер противостояний перерос в постоянный тлеющий конфликт между властью и лояльными ей группами простых жителей и тех, кто не согласен с тем, что их мнение никому не интересно. Они умеют донести свое видение ситуации, причем мирным путем, как вы имели возможность убедиться четыре месяца назад. Но закрыть глаза на их мнение не получится при всем желании. А доносят они в том числе все то, что диктуют им их мертвые. И договариваться с так настроенными живыми после конфликтов, вроде майского... впрочем, эта работа в любом случае досталась не вам. Давайте же теперь поговорим наконец и о вашей доле труда.
Димитри сделал паузу и снова обвел взглядом собравшихся.
- Через три дня будет годовщина одной из значимых для города дат событий той войны. Именно в этот день город был окружен и взят в блокаду. За этим последовало два с половиной года голода, сопровождавших голод неизбежных эпидемий, непрерывных обстрелов и бомбардировок. Город терял около сотни тысяч жителей каждый месяц, не считая военных потерь. Люди умирали и гибли, не успевая осознать этого, их заботило нечто большее, чем их собственные судьбы. Южная часть края была оккупирована, северная - истощена прошедшими боями и тоже оккупирована, другой армией.
Уиаха задумчиво почесал бровь. Димитри продолжил, обращаясь в основном к настоятельнице.
- Сейчас на Озерный край идет шторм. Через сутки, может быть двое, скорость ветра над городом будет достигать двадцати пяти метров в секунду. Если не повезет, то больше этого. Исанис защищен от стихии косой, ограждающей порт. А в Исюрмере такая погода считается стихийным бедствием, и в предотвращении подобных штормов участвуют все свободные маги. Здешние жители привыкли к штормам и наводнениям, отчасти потому что не умеют управлять погодой, отчасти по своей привычке или не замечать проблемы, или решать вопрос надежно и окончательно - например, дамба хорошо защитила город от наводнений и без Искусства. Но магическая составляющая этого шторма заслуживает особого внимания, господа. Этот ветер не несет с собой дождя, и значит, он поднимет все, что еще не поднялось само. Все захоронения и все места, где лежат не погребенные должным образом мертвые, активны уже сегодня. И их активность завтра будет только расти. Все предыдущие годы в эту и подобные ей даты подношения этим мертвым, несмотря на запреты Святой стражи, совершали те, кого сейчас уже нет в живых. В этом году стало некому отдать мертвым дань памяти, и это значит, что они вправе прийти за ней сами. Напоминаю вам, что выморочные твари, выходящие из Зоны, еще не спят. Серый ветер поднимет их из гнезд и погонит на город.
Сделав небольшую паузу для того, чтобы снова обвести взглядом зал, он перешел к самому неприятному для собравшихся.
- По большей части сложившиеся обстоятельства - ваша заслуга, досточтимые. В канун памятного дня я восстанавливаю священные огни города во всех местах памяти, где они были, это всего три места: Пискаревский мемориал на севере города, площадь Победы на южной его границе и Марсово поле в самом центре города. Разумеется, этого не будет достаточно. Поэтому встать на защиту города, досточтимые, придется вам лично. Вы не останетесь одни с этой задачей, все возможные силы будут вам приданы, все возможные средства - обеспечены. Но это прежде всего ваша задача. И я бы очень хотел, чтобы утро среды город встретил в своем обычном виде. Хотя уверенности в этом, честно говоря, у меня нет. Надеюсь, она есть у вас.
В зале повисла тишина, которую прервала настоятельница Хайшен. Внимательно оглядев собравшихся, она сказала:
- Пресветлый князь, от имени Святой стражи благодарю тебя за приглашение на эту встречу. Думаю, со своей стороны я могу гарантировать готовность магов Академии выполнить в полной мере клятвы, данные ими и как магами, и как выбравшими служение Потоку. Надеюсь, в течение суток ты сообщишь нам, где, в каком месте и в каком качестве ты хочешь нас видеть в вверенной тебе императором земле, когда на нее идет беда. Не считаю возможным и далее отрывать тебя от дел города. Нам есть что обсудить, а тебе еще предстоит решить, что именно ты от нас хочешь.
Димитри саркастично улыбнулся в ответ.
- То есть, как я и думал, у вас даже стандартного плана на такой случай не было. Благодарю тебя. Хотя бы за честность. Пойду и правда подумаю, как мы будем это расхлебывать.
Хайшен улыбнулась магам - так, как умела только она, и именно с этой улыбкой она когда-то вела его допрос, - и, не глядя на Димитри, медленно и певуче проговорила:
- Да, пресветлый князь. Ты - подумаешь. А мы пока поговорим.
Димитри вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь. Вечер он начал почти довольным. Академия в кои-то веки оказалась занята хотя бы частью проблем, созданных стараниями ее магов. И хотя на фоне предстоящих перспектив радости это доставляло не больше, чем сигарета перед боем защитникам рубежа, отказываться от этой радости только потому, что она невелика, он не собирался.
Вернувшись в кабинет, наместник позвонил уже успевшей уехать домой Марине Лейшиной и спросил, куда за ней отправить машину. Она ответила "скоро буду" и нажала отбой. Через два часа у входа в резиденцию наместника затормозил мотоцикл, внешне больше походивший на комок металлолома, на котором ржавчина не только поселилась, но и успела размножиться, чем на жизнеспособный байк, только что просвистевший от Питера до Приозерска меньше чем за три часа. Такие машины в городе водились в количестве, назывались "крысами" и были уважаемы местными неформалами и участниками Сопротивления за то, что их можно было сделать, при наличии прямых рук и думающей головы, практически из чего угодно. Но все виденные князем раньше "крысы" были одноместными, а на этой Лейшина приехала вторым номером. Она сняла шлем, отдала байкеру, тот принял его, затем, даже не подняв щиток и не открыв лица, отсалютовал наместнику, стоящему в эркере кабинета, развернулся и уехал. Видевшая эту сцену охрана проводила байк взглядами, полными уважения и недоумения одновременно. Войдя к наместнику, Лейшина посмотрела ему в лицо, задумчиво произнесла: "Однако", - отмахнулась от вопроса, зачем надо было так рисковать и что это было за шоу, и спросила:
- Чем тебе помогать? Зачем звал?
У него уже не было ни сил, ни времени на выяснение формальностей, поэтому он начал сразу с сути.
- У меня только что был разговор с, гм, архангелами. Я насыпал им на хвосты не только соли, но и перца. Заслужили, знаешь ли. Но вот вопрос, как это донести до их начальства, для меня пока открыт. Марина, мне нужен твой неподражаемый стиль ведения диалога и пара-другая хорошо подготовленных экспромтов в кармане. Я не представляю, как мы с тобой сейчас будем это планировать, потому что речь идет о вещах, в вашей культуре не проговариваемых, но в нашей существенных и критичных.
Она уже держала сигарету в руке и готовилась прикурить:
- Не испугаешь. Излагай.
Через примерно час занудных вопросов, казавшихся ему совершенно не относящимися к теме, она наконец сказала: "Так, я поняла. Смотри, что получается", - и предложила ему стратегию, в три шага берущую все его цели в предстоящем разговоре. Благодаря ее, он выглядел очень задумчивым. Она усмехнулась, отвечая на незаданный вопрос:
- Я в этой вашей магии-шмагии понимаю хуже, чем монгол в селедке, зато очень хорошо знаю, как натыкать человека в нос тем, что он не желает признавать. А экономика это, бытовой криминал, социально-административные терки или эти ваши темы - совершенно неважно, оно всюду работает одинаково. Теперь я знаю, что и на другой планете тоже. И знаешь еще что сделай? Постарайся поспать хотя бы пару часов, ладно? Удачи тебе, звони, если что.