Между честью и истиной (СИ)
Маги Академии притихли. Список претензий был более чем серьезный, и штрафы светили очень крупные. А наместник продолжал.
- Досточтимые, позвольте кратко рассказать вам о том, что вы бы должны были рассказать мне и потрудиться принять к сведению хотя бы пять лет назад. Прежде всего, разрешите вам напомнить об историческом явлении, определяемом жителями планеты как Вторая мировая война. Вам следует - именно вам и именно следует - избавиться от иллюзий относительно количества погибших. Полмиллиона жизней, значащихся в статистике города - это не общий зачет с воинами, защищавшими город. Это только мирные жители. Причем это число ни в коем случае не стоит, по нашей с вами общей привычке, делить на семь, списывая шокирующие цифры на страх смертных перед смертью. Сосчитаны и включены в списки только найденные и узнанные погибшие и умершие, не запятнавшие себя преступными деяниями и позорным поведением. Именно они и лежат в захоронениях, число которых Святая стража не нашла времени даже посчитать. О каждом из этих мертвых можно уверенно сказать "удостоен захоронения с другими героями города". К сожалению, а может быть, и к счастью, я не могу сказать, что они спят. Они активны и заинтересованы в судьбе города и живущих в нем людей. Но именно они не представляют собой проблемы - это, скорее, дух города и поддержка для горожан в самые трудные дни. Час назад я имел беседу с ними и могу сказать об этом уверенно. Сложность в другом. Кроме захоронений погибших воинов и мирных защитников города - это называлось "гражданская оборона", - есть и неучтенные мертвые. Прежде всего, это бойцы противника.
Димитри удивлялся тому, как легко полузнакомые слова и незначительные намеки, мимолетные воспоминания и еще недавно ничего не значащие цифры складываются в стройную картину, которую он представляет в своей речи. Словно он стоял на палубе и делил добычу после удачного похода, а его оставшиеся в море ребята стояли незримо рядом, уверенные, что их доля попадет, к кому бы они хотели, и что он не отдаст ее незнамо кому, забыв про своих людей потому лишь, что их жизнь прервалась. Только в этот раз мертвых, доверявших ему говорить за них, было больше на порядки. И они помогали ему не обмануть их доверие. Он встряхнул головой, сосредоточиваясь, и продолжил говорить:
- Кроме вражеских солдат, есть ненайденные и незахороненные защитники города. Большая часть тех, кто был приговорен к расстрелу за некромантию, занимались поисками их останков и заботились о достойном захоронении как павших героев города, так и их врагов, и у них были на это самые серьезные причины. Позвольте вам продемонстрировать, как эти причины выглядят.
Магам Академии стало скучно: князь соткал иллюзию прямо над столом. Сперва они решили, что это всего лишь видеоклип, где-то увиденный им, на песню какого-то чрезмерно чувствительного местного автора про события давно минувших дней. А потом дружно вздрогнули. Каждый из эпизодов, использованных князем, заканчивался характерной белой вспышкой и выцветающим в белое поле кадром, красноречиво говорившим о том, что эти переживания не были авторскими чувствами к прошлому родной земли. Это были живые воспоминания участника событий, чей дух оставался привязан к месту геройской смерти именно потому, что он не был найден и не получил воинских почестей, полагавшихся ему по праву. Тем мертвым, грезы которых князь швырнул в лицо представителям Академии, это было совершенно неважно: они находились внутри события, завершившего их жизни, и переживали его так, что у живых свидетелей звенело в ушах. И они щедро поделились им сперва с князем - а он уже предложил этот опыт магам Академии.
Времени высказаться после этой демонстрации Димитри не оставил никому. Движением руки бережно собрав картинку, он продолжил свой краткий экскурс в тему:
- Как видите, досточтимые, эти люди вполне способны привлечь внимание живых к своим проблемам без всякой помощи со стороны живых. Но они в целом доброжелательны и хотят только быть найденными, узнанными и включенными в список честно исполнивших свой воинский долг. Они создают не самое большое беспокойство, гораздо хуже другое. Те мертвые, которые по разным причинам ушли за грань, не примирившись с жителями этой земли, тоже находятся тут. Это солдаты и офицеры противоположной стороны, участвовавшей в войне, это преступники и это люди, казненные по ошибке или из нежелания разбираться в их делах. И они намерены договорить если не со своими мертвыми оппонентами, то хотя бы с их живыми потомками. Поэтому местные жители вынуждены, как бы они к ним ни относились, искать и захоранивать их останки или хотя бы предлагать им подношения, чтобы не иметь с ними проблем. С вашего разрешения, я не буду показывать вам, как эти проблемы выглядят, а ограничусь кратким словесным описанием. Досточтимые, это ощущается как ветер. Но полчаса под этим ветром оказываются достаточно серьезным испытанием для мага моего уровня. Говорить об устойчивости к нему смертных не приходится, и я бы задал вам вопрос, как местные смогли приспособиться к этим условиям, прояви вы интерес к теме. Но видимо, мне придется выяснять это у моих консультантов из горожан.
Димитри перевел дух, и в образовавшуюся паузу вклинился достопочтимый Хагарей, один из офицеров Святой стражи, не самый влиятельный, но весьма активный. Он зашевелился в своем кресле и сказал:
- Пресветлый князь, мы здесь только официально находимся уже полных тринадцать лет. И у нас никогда не было никаких проблем ни с каким ветром. Уж за эти-то годы мы бы успели выявить столь масштабную угрозу и отметить ее. Возможно, вы все, ты и твои люди, излишне впечатлены рассказами местных? Общение с некромантами, да еще стихийными, а не обученными должным образом, дурно влияет на здравость мышления...
- Еще хуже на здравость мышления влияют легкомыслие и лень, - резко сказал князь. - Позвольте вам процитировать. "Лучшее, что мы можем сделать, - это забрать их с собой, уходя, всех до одного, чтобы те, кто придет сюда после, могли без помех растить цветы на нашем пепле". И еще: "Между свободой и жизнью лучше не выбирать. А если приходится, и вам почему-то оставили выбор - выбирайте первое. Это, по крайней мере, не так долго и не так больно". Первый текст вы все хорошо знаете, второй разошелся в более узком кругу. Должен сказать, что майские беспорядки, из-за которых мне пришлось вернуться с Кэл-Алар раньше, чем я планировал, обеспечены были именно вторым текстом. Если вы, конечно, потрудились ознакомиться с ним. А автора первого текста вы все хорошо знаете, и именно она обеспечила нам спецэффекты на ЛАЭС восемь лет назад. Знаете, что это значит?
Димитри посмотрел прямо на разговорчивого мага, и тот молча опустил взгляд.
- И кстати, досточтимый Хагарей, - продолжил наместник, - местные, как и вы, не видят связи между этими происшествиями и штормами, из года в год проходящими над городом и приходящимися то на одну, то на другую дату событий той давней войны. И между своими действиями и этими штормами они тоже не видят связи. Просто реагируют на то, чем вы, владея Искусством, имеете возможность пренебречь. Так ящерицы реагируют на дождь, а сайни - на запахи. Местным, с их восхитительным упорством в намерении отказать магической составляющей мира в существовании, это хотя бы простительно, но вы... Вы все... У меня нет определений. И объяснений тоже нет. Возможно, они найдутся у досточтимой Хайшен. - Димитри опять не оставил магам возможности высказаться. - Пока что переходим к следующему вопросу, прямо касающемуся оппозиции и беспорядков. Что вам известно о международных субкультурах Земли, представленных на территории Озерного края?
- Причем тут это? - возмутился досточтимый Уиаха, прибывший в Озерный край не далее чем прошлой зимой как раз для усиления некромантов Академии и поиска местных колдунов. - Какие субкультуры? О чем ты вообще? Пресветлый князь, либо ты нам говоришь о магической угрозе, невиданной и неслыханной, - либо про какие-то культуры. Мы здесь уже четверть века, мы выбрали эту страну именно потому, что здесь ничего нет! Местные не способны увидеть даже то, что лежит перед носом - а ты нас тыкаешь, как нашкодивших крысят, в пропущенные бытовые мелочи!