Позвольте ваше сердце (СИ)
Накирийка мне понравилась. Всегда восхищалась женщинами, что счастливо наслаждаются жизнью, ни о чём не заботясь. У меня так не получалось. Да и не хотелось никогда. Другие жизненные ориентиры. Но в такие моменты усталости, как сейчас, я начинала задумываться, как бы всё было проще, веди я себя иначе.
Бездна, стоит выпороть Джеймса за одно то, что из-за него я думаю о подобном.
Заметив Алика, накирийка помахала ему ладонью и послала воздушный поцелуй.
— Кто это? — спросила, наблюдая, как она, виляя бёдрами, устремилась к аэролифтам.
— Елена Блэк. Одна из ведущих юристов Альфы. Представляет интересы «КосмоПро» в судебных делах, — мне показалось, он помрачнел, но из-за строгого образа, что Алик всегда держал как марку, судить было сложно.
— Елена… — тихо повторила, вспоминая всё услышанное и связанное с именем.
У Джеймса были отношения с этим женским идеалом? Теперь понятно, отчего я его не интересую, как пара. Куда уж мне против канонов холодного расчёта юриста и сладкого обаяния.
— Нинэль, — посмотрела на странно воодушевлённого Алика и услышала то, чего никак не ожидала: — Предлагаю побег. Ты любишь шум океана?
— Не могу поверить, исполнительный директор корпорации прогуливает работу! — ситуация забавляла и заставляла уголки губ приподниматься в улыбке.
Спрыгнув с высокого подъёма песчаника, Алик повернулся ко мне и спустил следом, приподняв за талию. На несколько секунд я почувствовала тепло его тела. Оправдывая себя промозглой погодой, не спешила отстраняться. Иногда так хочется, чтобы кто-то закрыл от ветра…
— Мисс Морган, Вы прогуливаете её вместе со мной, — вкрадчиво заметил мужчина, перехватывая мою ладонь и ведя дальше.
— Но поддавшись Вашему, мистер Шторм, влиянию!
Я поправила козырёк чёрной бейсболки и накинутый сверху капюшон бесформенной кофты. На Алике был такой же комплект одежды. Это невероятно его преображало. Сейчас я бы не дала ему больше двадцати пяти. А если ещё и улыбаться будет… Но нет, я по пальцам одной руки могу пересчитать, сколько раз видела улыбку на строгом лице. Редкое, но от того более ценное явление. Покатый склон дороги пугал возможностью оступиться, но пока что мне везло.
— Напомните, почему мы пробираемся к пристани окольными путями?
— Потому что мы с Вами не испытываем желания оказаться в свежих выпусках сплетен сетевых вестников, — тяжело вздохнул мужчина, надвигая кепку ниже, когда проходили мимо стайки оживлённо беседующих накириек. — Ведь они будут обсуждать наши отношения с рвением голодных хищников и подробностями, даже нам неизвестными.
— Так Вы меня стесняетесь! — громким шёпотом обличила.
Одна из девушек проводила нас взглядом, но потом забыла, возвращаясь к разговору и позволяя спокойно выдохнуть.
— Да, мисс Морган, — сокрушённо признался Алик. — Поэтому я буду прятать Вас в шкафу, под кроватью и делать вид, что мы не знакомы.
— А я буду утверждать, что Вы маньяк, мистер Шторм, и удерживаете меня против воли!
— Кто Вы? Впервые Вас вижу! — бессовестно отрицал мужчина.
— Помогите! Насилуют! — смеясь, пригрозила.
Он остановился, повернув ко мне скрытое тенью бейсболки лицо.
— Искушаете, мисс Морган… — в голосе появились неслышимые мной ранее бархатные нотки. — Искушаете…
— Ой, чайка! — я резко заинтересовалась местной фауной.
Сделала вид, что действительно увлечена белой игривой птичкой в паре метров по склону.
Уверена, под капюшоном мелькнула улыбка. Мою руку крепче сжали и повели дальше.
Глава 43
Яхта дрейфовала в океане до самого заката, добавив к моим воспоминаниям очень красивые и тёплые мгновения с запахом морской соли, брызгами волн, плеском выпрыгивающих из набегающих волн мант, белоснежными парусами, пледом и горячим шоколадом…
В лофт вернулась с чувством душевной лёгкости и приятной физической усталости. Кажется, заснула, даже не раскладывая диван и не раздеваясь.
Волчицу это не смутило. И утром я проснулась с ужасной болью в спине от того, что кто-то тяжёлый и пушистый с удобством устроился на мне сверху за неимением свободного пространства. Бездна! Ведь стоит же рядом пустое кресло. Ковёр, кстати, тоже мягкий. Во взгляде волчицы читались аналогичные мысли: как это, заняла диван, на котором она спать привыкла, ещё и не раскладываю!
Вздохнув, молча столкнула животное и потихонечку размялась.
С сомнением посмотрела на подушку и одеяло. Я их точно не брала. После вчерашнего склоняюсь к мнению, что это парень позаботился. Хотя от мысли, что укладывал меня Джеймс, защекотало в горле, разливаясь тёплой вибрацией по груди, животу и бёдрам…
Жажда указала направление на кухню. Накириец просыпался гораздо позже, поэтому по обыкновению вела себя бесшумно. Удивительно, но за четыре дня мы с ним не пересеклись в лофте ни на завтраке, ни на ужине. Мы в принципе не пересекались. Избегает, что ли? В своём доме? Вряд ли…
Однако меня поджидал сюрприз. Замерла в открытой раме прохода.
— Сварить Вам кофе?
Джеймс стоял у плиты спиной ко мне, поставив руки на мраморную столешницу и слегка наклонившись. Рассветных лучей было недостаточно для освещения — зажглась перламутровая подсветка по краю навесных шкафов и над кухонным островком. Игра света и теней на мышцах ничем не прикрытой спины заворожила меня. Какое же у него скульптурное тело, и как же хочется к нему прикоснуться. У меня дрогнули пальцы…
— Не стоит.
Голос прозвучал хрипло, но я всё списала на жажду. Прошла к встроенному в мебель серому глянцевому холодильнику и отворила левую дверцу. Достала хлеб и мясную нарезку — неохота собирать что-то более сложное на завтрак.
Джеймс недовольно замер и слегка повернул в мою сторону голову, не оборачиваясь. Чёрные локоны рассыпались по спине, не сдерживаемые узлом на затылке.
— Тогда что Вам приготовить? Чай?
Хмыкнула. Хотя на самом деле было неприятно. Сейчас, в одних приспущенных домашних брюках, с не заколотыми волосами, с мягким голосом, он был таким… таким, к которому хочется подойти и прижаться. А в голове настойчиво прокручивалось вчерашнее выматывание нервов в офисе. После такого — только выпороть хочется, не сдерживаясь, чтобы сам просить прощение начал. Невозможное сплетение желания и злости.
— Не нарушай собственные правила, Джеймс. Ты мне не готовишь.
Отложила продукты. Позже поем. Кажется, я сама начинаю избегать и игнорировать.
Позволила себе час понежиться в ароматной пене ванны, надеясь выбросить всё лишнее из головы. В ближайшее время необходимо подключиться к новостному каналу Галактического союза и проверить обстановку. На выходных займусь. Сегодня внимания требует искин корпорации.
Вернулась на кухню и снова увидела Джеймса. Только теперь он сидел на одном из барных стульев, вертя в руках кружку. С другой стороны кухонного островка стояла тарелка с пышным омлетом и чашка заварного зелёного чая. Хоть о сыне заботится — не всё потеряно.
Мужчина поднял на меня глаза. Пальцы едва заметно сжались на кружке, выдавая охватившее его напряжение. И чего, спрашивается? Он же сам себя против меня настраивает.
Как можно непринуждённее повторила процесс добывания ингредиентов для бутерброда, но… хлеба не было. Озадачено покосилась на накирийца. Это что, попытка вынудить меня к нему обратиться? Глупость. Ладно, поем в кафе у «КосмоПро», но стоило направиться к выходу:
— Не отказывайтесь, — остановил мягкий и вместе с тем напряжённый голос Джеймса. — Я готовил для Вас.
И смотрит настороженно. Словно я сейчас этим омлетом в него запущу. Куда только вчерашний тиран подевался? Никуда. Придём в офис и продолжим с того же, где прервались.
Однако… Однако я выдвинула стул, присаживаясь напротив.
Он отвёл взгляд, отпивая из своей чашки, пока я пробовала предложенный завтрак. Два раза стукнул пальцем по столешнице, словно что-то решая, и резко отодвинул стул, вставая.