Синдзи-кун и его попытка прожить обычную жизнь

– Это… будет нелегко, – призналась Майко, – и если делать это, то только ты сможешь… издалека.
– Да, – как ни тяжело было Акире, но она кивнула. Майко такая же, как она, а то еще и хуже, она «подсажена» на кровь Сина раньше и ей надо быть рядом, она не сможет его убить. Акире же достаточно поднять руки, прямо сейчас, и столб огня взметнется над легким гостевым домиком из бамбука и рисовой бумаги.
– И нам будет нелегко тоже, – сказала Акира, – не говоря уже о… последствиях этого выбора. Но зато мы будем свободны.
– Какой второй вариант? – поежилась Майко.
– Второй? Оставить все как есть. Забыть про этот разговор и плыть по течению. Быть игрушкой в руках пацана, еще даже свою первую любовь не познавшего. Еще не знающего про силу своей крови. Я уверяю тебя, как только он узнает… – Акира покачала головой. Дети бывают жестоки. Дети бывают жестоки со своими игрушками и теми, кто не может дать сдачи.
– Как-то мрачновато, – сказала Майко.
– Свою судьбу можно доверить – и то не всегда – только достаточно зрелой личности, пережившей в своей жизни все, испытавшей катарсис, познавшей боль утрат и потерю друзей, умеющей преодолевать себя и заботиться об окружающих. Только такой человек не забудет, что ты еще человек, личность и не будет эксплуатировать тебя просто потому, что может. Но доверить себя мальчику пубертатного возраста – это худший кошмар любой девушки или женщины, – твердо сказала Акира, внутренне ужасаясь тому, что ей сейчас придется сделать. А ей придется встать, поднять руки и возвести инферно на том месте, где сейчас спят Син и Читосе. Прямо сейчас. Потому что потом у нее не будет сил.
– Извини, Майко, – сказала Акира, – но у нас нет другого выбора.
– Знаешь, – сказала Майко тихим голосом, – возможно, мне удастся тебя удивить.
  
Глава 43
 
Я проснулся рано утром и долго изучал незнакомый потолок. Потом я поднял голову и осмотрелся. Ага, все уже встали и оставили меня одного. На сдвинутых вместе футонах лежали аккуратно сложенные одеяла и подушки. Где-то снаружи звучали голоса и пару раз звякнул фарфор, так, когда кто-то ставит чайную чашку в блюдце.
Я вздохнул и снова посмотрел в потолок. Пора признать, что миссия «прожить обычную жизнь и умереть в восемьдесят лет в окружении ждущих наследства внуков» – потерпела неудачу. Пора подвести итоги моего короткого пребывания в этом мире и этом теле.
Прямо сейчас у моего текущего тела (а значит, и у меня) полная жопа огурцов. Загибаем пальцы по порядку: на шее у Акиры, а значит, и моей тоже, висит некая договоренность с Джиро-самой, при этом границы этой сделки предусмотрительно не определены старым крокодилом. Так что существует нехилая такая возможность застрять в статусе мальчика на побегушках для нашего оябуна. С этим надо что-то делать и по возможности скорей. Лучшим выходом было бы, конечно, оказать деду посильную помощь, так, чтобы он впечатлился, удивился, прослезился и отпустил золотую рыбку обратно в море. Но на то мы и взрослые, что в такие сказки верим с трудом. Значит, нужен план «Б». То есть план Акиры стать больше, стать сильнее и стать полезными для деда, но при этом остаться независимыми. Для этого понадобятся ресурсы и союзники.
Кстати о союзниках. Как хорошо, что мы не расхлестались с местными «Воинами» и предводитель у них вменяемый мужик, пусть и подрагивали у него поджилки, но все равно – мужик. Союзниками мы пока не стали, но и врагами больше не будем. А позвать на помощь, когда понадобится, скажем там «гнездо якудзы» уничтожать – теперь возможно. Это хорошо, это здорово. Тем более что у них там Бешеная Черемуха, которая всех мелкими слоями нарежет, если Юки обидят.
Кстати о Юки, подумал я. Майко говорила, что та – лесби, насколько это правда? Зная Майко, с одной стороны, оперативную информацию донесет без искажений, а с другой – если что личное, то подстебет так, что мало не покажется. Значит —…значит, проверять надо. Ай, какое мне дело до того, кого Юки предпочитает! Вот у нее, оказывается, с этим Принцем Мацудой прямо какой-то династический брак, не ожидал, что в наше просвещенное время такая дикость еще существует. И судя по словам Синей Молнии, у нее после спасения заложников есть шанс спрыгнуть с крючка.
 
Потом – эта Иошико, которая не то ниндзя, не то ассасин, не то карбонарий в каком-то «Братстве», не то все вместе? И что это за «Братство», о котором все в курсе, но никто ничего не говорит толком. Могут ли быть потенциальными союзниками? Или лучше держаться подальше?
Что еще – если уж обретать силу с командой, то помочь сестренке Нанасэ обрести мир, покой и материальное благополучие, помочь Юки с ее противостоянием силам древних традиций, помочь Читосе отомстить.
Еще? Раз пошла такая пьянка – режь последний огурец, да? Разобраться со своей способностью, понять, что такое этот магопсихоз, поставить, так сказать, на службу добру и человечеству. Планов громадье, а у нас еще день в запасе, потому еще есть время подумать. Я встал, нашел свое кимоно, запахнулся, перепоясался и вышел в свет. Утро было уже далеко не ранним, встал я поздно, солнце ощутимо пригревало. Снаружи было еще свежо, такой утренней свежестью, которую не ощутишь в городе. Это именно свежесть деревенского утра, свежесть горного воздуха, свободного от выхлопных газов, звуков клаксона, сирен и «так-так-так» светофоров на пешеходных переходах.
В беседке неподалеку сидели все мои девчонки и пили чай. Что ж, время завтракать.
– Доброе утро, красавицы! – поздоровался я, присаживаясь за стол.
Ответом мне было молчание. Никто не смотрел мне в глаза. Читосе сидела как на иголках, пряча взгляд, Майко закинула руки за голову и смотрела вверх. Акира повернулась ко мне и слегка поклонилась. Официально так. Хм, странно. Обидел я их чем вчера, что ли? Быстро пробежался памятью по событиям вчерашнего вечера – таки нет, все было по доброй воле, в здравом уме и твердом рассудке, хорошо, в случае с Акирой – возможно, не совсем. Но она у нас малокапельная, и сама должна понимать. В конце концов я даже дважды спросил у нее: «Ты уверена, Акира?», и она сама сказала: «Да хватит уже спрашивать, Син, трахни меня уже наконец!»
Но что-то определённо не так. Где-то я опять поломал Великий Японский Культурный Код. Ладно, пришла пора спросить об этом. Как там – японским языком и через рот. Намеков я не понимаю, мысли читать не умею, значит, пока только так.
– Девушки, – сказал я, – дорогие мои. Что случилось, кто во всем этом виноват и что делать?
– Син, – подняла голову Акира, – нам нужно поговорить. Серьезно.
– Да я так и понял, – кивнул я, – давайте говорить.
– А… черт. Даже не знаю, с чего начать, – взъерошила волосы Акира.
– У нее парень есть, – буркнула с места Майко.
– Что?
– И она – не лесбиянка. Ей даже Майко не особо нравится, – выдавила из себя Читосе и покраснела.
– Погодите… о чем это вы? – не понял я. Ну есть у Акиры парень, и что тут? Я так понял, здесь в Японии к этому относятся легче, чем у меня на родине – тут просто обычно так и говорят: «у меня, мол, есть парень», при этом имеется в виду «просто секс, и ты даже не рассчитывай, что у нас будут серьезные отношения», причем в половине случаев это кокетство, призванное повысить акции девушки. Потому что девушка без парня в определенном возрасте это как-то неприлично. Так что иногда ее парень даже и не знает, что он – ее парень. Это как с воображаемыми друзьями. Впрочем, зная Акиру, у нее действительно наверняка есть парень. И он действительно хорош – плохого Акира бы и держать не стала. Хорошо, у нее есть парень и она не любит девушек, даже Майко ей не нравится, так чего ж она вчера… Нехорошее предчувствие вдруг прошибло меня от макушки до пят, и стадо мурашек пробежало по спине и рукам.
– Погодите… – пробормотал я, – быть не может! Это… это неправда же, да? – я посмотрел в их лица, ища ответ.
Акира опустила голову, Читосе отвернулась, и только Майко выдержала мой взгляд.