Синдзи-кун и его попытка прожить обычную жизнь

– Привет, – махнул рукой я, – заходи, гостем будешь.
– Я… мне староста сказала домашку тебе принести, а ты тут… вот! – выпалила она, покосившись на Майко.
Майко фыркнула, Майко развернулась на месте, выставив на всеобщее (то есть наше с Аей-чан) обозрение свои умопомрачительные шортики, и удалилась в кухню. Ну, как удалилась – у нас с Нанасэ была довольно маленькая квартирка, и Майко попросту отошла на несколько шагов к плите, где что-то варилось и побулькивало, распространяя аппетитные запахи по всему этажу.
– Развлекайтесь, детки, хах, – пропела она от плиты.
– Это кто еще такая? – прошипела Ая-чан, сузив глаза. – И не говори мне, что это твоя сестренка, я твою сестру знаю, она не… такая вот! – и Ая-чан в воздухе изобразила руками, какая именно Майко. Судя по жестам, Ая-чан также оценила формы и изгибы Майко. Ну, подумать, Майко их особо и не скрывала, скорее наоборот.
– Это моя вторая сестра, – не задумываясь, сказал я, – она из далекой деревни, откуда-то с севера, дикие люди. Теперь я буду жить с ней. Кстати, у них там обычай – жениться на близких родственниках, так что она еще и моя невеста.
– Что?!
– По-моему, мне повезло, как думаешь? – я заговорщицки подмигнул, кивнув в сторону пританцовывающей у плиты Майко. – Она еще и готовить умеет. И одевается хорошо. – Еще один кивок в сторону Майко.
– Но как? Это же… у вас же разница в возрасте!
– Любви все возрасты покорны. – Пожал плечами я. – Что поделаешь, если ураган любви уносит нас с Майко вдаль на тот чудесный остров, где любовь и страсть сплетают свои голоса в сладостной симфонии…
Тут стоящая у плиты Майко прыснула, пытаясь сдержаться, но потом плюнула на попытку и немузыкально заржала, сгибаясь пополам и хватаясь за живот.
– Ах ты… – Ая-чан, кажется, начала понимать, что над ней тут стебутся.
– Аха-ха-хах… – Майко просмеялась и встала рядом со мной, выдохнув и сделав серьезное лицо. – Прошу прощения, но вы неправильно поняли Синдзи-куна. Между нами нет никаких чувств подобного рода.
– Ой. Извините. – Ая-чан склонилась в поклоне. – Меня зовут Сато Ая, я одноклассница Синдзи-куна.
– Я – Ямасита Майко, старшая сестра Синдзи-куна и его невеста, хах. – Поклонилась в ответ Майко.
– Э-э-э… что?! Но… – глаза у Аи-чан грозили вылезти из орбит, – но вы же только что сказали, что между вами нет никаких чувств!
– Да, и это грустно. Между нами никаких чувств, это брак по расчету, – скорбно поджав губы, закивала Майко. – У меня есть любимый человек… там на севере. Но, подчиняясь решению старейшин, я вынуждена выйти замуж за Синдзи и быть верной ему всю оставшуюся жизнь, хах. – В ее глазах блеснули чертенята. Ой, недооценил я Майко-сан, недооценил. Она у нас, оказывается, тот еще матерый тролль, мгновенно оценила обстановку и тут же разыграла сценку.
– Боже мой, – сказала Ая-чан, прижав ладони ко рту. На секунду мне стало ее немного жаль. Наивная чукотская девочка, насмотревшаяся фильмов и сериалов, начитавшаяся книг про большую и вечную любовь. А с другой стороны, что наша жизнь, как не возможность хорошо посмеяться, и упускать такую возможность было бы глупо.
– Майко-тян! – сказал я, сделав по возможности грозное лицо. – Что старейшины говорили тебе о твоем поведении? – Подхватит мою подачу или нет?
– Слушаюсь и повинуюсь, о мой супруг… – склонилась в низком поклоне Майко, подавляя улыбку. – Больше не повторится, хах.
– Именно, – я небрежно махнул рукой в ее сторону, мол, кыш-кыш, тут важные люди разговаривают.
Майко упорхнула к своей плите, но наклон ее головы говорил о том, что она все еще с нами, прислушивается, готовая подхватить тему.
– Женщины… – сказал я, – что с ними сделаешь. Так, о чем мы говорили, Ая-чан? Ах да – домашка.
– Домашка?
– Ну домашнее задание, ты сама сказала, что староста тебя прислала, помнишь.
– …Да, вот… – Ая-чан вынула из портфеля тетрадь с записями, не отрывая взгляда от Майко, помешивающей что-то на плите.
– Хорошо. Да что ты в дверях стоишь, проходи, – пригласил я Аю-чан.
– Да я… – начала было Ая-чан, но в этот момент вмешалась Майко.
 
– Супру-уг, я набрала тебе ванну… – пропела она от плиты, – ты сможешь расслабиться перед ужином. Конечно, ты можешь выбрать, что ты будешь сперва – ванну, ужин… или меня, хах…
– Увидимся в школе! – выпалила Ая-чан и стремительно упылила вдаль.
Я посмотрел ей вслед и улыбнулся.
– И не жалко тебе неокрепшей психики молодой девочки, хах. – Откуда-то сзади появилась Майко.
– Ничего, потерпит. Она со своей сестрицей и боссом-девицей мне в школе тоже нервы подъедают.
– О. Школьная любовь бессмысленная и беспощадная. – Майко обняла меня сзади и положила подбородок на плечо. – А ванну я и впрямь набрала. И ужин готов. Так что я не шутила ни капельки, хах.
– Конечно.
– О, да. Майко никогда не шутит. Ой, это я сейчас пошутила? Или нет, хах?
– Я очень благодарен вам за ужин и за все остальное, Майко-сан. Спасибо, – сказал я. Склоняться в поклоне не стал, потому как если тебя обнимает девушка сзади, то поклониться в такой ситуации означает усугубить и без того неловкую ситуацию.
– А ты молодец. – Майко убрала руки и отступила назад.
Я обернулся и будто в первый раз увидел ее – в фартуке, едва прикрывающем верхнюю часть бедер, раскрасневшуюся и довольную, с улыбкой на лице.
– Да и вы в грязь лицом не ударили, Майко-сан.
– Ой, пустяки. И, кстати, можешь называть меня просто Майко – в конце концов мы же супруги, не правда ли? – и она подмигнула мне, довольная своей шуткой.
Я закатил глаза. Похоже, что я еще пожалею о своей шуточке, Майко явно выжмет из ситуации все, что только сможет – исключительно для увеселения себя любимой. Надо будет свести ее с Иноэ-сан, то-то будет веселье. Не для меня, конечно, но для этой парочки девиц, обожающих шуточки над бедным мной. Так сказать, синергия в действии.
– Так что, супруг, ванну, ужин или все-таки меня? – продолжила троллить Майко и даже выпятила свою и без того немаленькую грудь, демонстрируя всяческую готовность к исполнению супружеского долга. Я только вздохнул и покачал головой. Нет, правда, я еще долго буду жалеть о том часе, когда мне в непутевую голову пришла дурацкая идея подшутить над Аей-чан.
Подшутить-то подшутил, да вот не учел, что теперь Майко получила такую прекрасную почву для невинных шуточек в стиле «дорогой, я вся горю, возьми меня прямо тут» – при этом, как человек взрослый в голове подростка, я понимал, что никаких шансов у меня нет. И если бы бедный Синдзи-кун действительно поверил бы (а он бы поверил) и начал испытывать надежду (а он бы начал), то был бы немедленно и с удовольствием приземлен на пятую точку опоры из разряда «ну это же шуточки, Синдзи, ты что всерьез поверил?!». Оставаясь в зоне шутливого флирта, с другой стороны, мне ничего особенного не грозит: и отношения не испорчу с коллегой Нанасэ, и себе нервную систему не надорву тщетными ожиданиями.
– Наверное я выберу ужин, – сказал я, к вящему разочарованию Майко, – а потом ванну. Потому что самое лучшее всегда остается на потом, моя дорогая супруга. Да и голова сегодня что-то побаливает…
Глаза Майко снова вспыхнули весельем, и она было открыла рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент в дверь постучали.
– А. Ая-чан что-нибудь забыла, – сказал я и потянулся было к двери, но Майко быстрым и ловким движением убрала меня за спину, да так, что я только рот раскрыл. Все было сделано, как па в танце – раз, два, и я уже за спиной у Майко, вижу ее собранные в узел на затылке волосы, убранные серебристой заколкой с птицей на конце. Так же плавно Майко перетекла к двери и заглянула в глазок. Сразу же повернулась ко мне.
– Синдзи! Прячься! – крикнула она, и в ту же секунду дверь разлетелась вдребезги, словно в нее выстрелили из пушки. Я был отброшен назад, оглушен и на несколько секунд потерял ориентацию во времени и пространстве, перед глазами плыли разноцветные круги. В голове стоял гул, и я помотал ею, пытаясь прийти в себя.