Жена для генерала (СИ)

Разумеется, такой метод сработает, если вы не собираетесь совершать что-то противозаконное. Иначе ваши действия привлекут внимание прохожих и у события появится много ненужных свидетелей.
Дейтири показалась Мэйрилин вполне спокойной и собранной девушкой. И совершенно было непонятно, какие отношения связывают ее и главного жреца острова.
К тому же Мэй была уже на девяносто процентов уверена, что таинственный попаданец и ее знакомый из прошлой жизни, который был виновен в ее смерти — это одно и тоже лицо.
В том, что главный жрец — это попаданец из ее мира, точно такой же, как и она сама, девушка не сомневалась. Слишком уж много следов доказывали, что это и впрямь так.
Например, та книга с иноземными «руководствами к действиям», которая оказалась наживкой. И найденный в вещах кронпринца пузырек с нефтью, а также взявшийся непонятно откуда наркотик, который так случайно попал в руки императору.
Мэй в совпадения не верила. Все, что произошло до этого, было не просто так. Ко всему он успел приложить руку.
Девушка подозревала, что пришли они с ним в этот мир примерно в одно и тоже время. Значит, он здесь уже давно. И похоже все это время он пытался ее отыскать.
Может быть раньше мотивы этого человека ее бы заинтересовали. Что ему от нее нужно? Чего он пытается добиться? Но сейчас ее это не интересовало. По крайней мере не настолько, чтобы пытаться искать с ним встречи.
Также Мэй не заботило отчего вдруг он попал в этот мир. Сам факт его появления означает, что его прошлая жизнь закончилась. Причем незадолго после того, как он ее убил.
Но кармы точно не существует. Такой, про которую говорят, что это вселенское возмездие за грехи. Иначе Конн бы не переродился. Строго говоря, Мэй тоже не пришла бы в этот мир. В той жизни она не была ангелом и праведницей. Она тоже совершила много нелицеприятных вещей.
Наверное, каждый из нас заслуживает второй шанс.
Но третьего у него не будет, в этом Мэй была уверена.
Дейтири поведала ей кое-что интересное за чашкой горячего шоколада. Может быть, эта девушка просто устала, или решила пооткровенничать с незнакомкой, проявившей к ней немного внимания и интереса — давно известно, что люди охотнее раскрывают свои секреты людям, которых раньше не встречали и навряд ли встретят в будущем — в любом случае она рассказала то, о чем Мэйрилин догадывалась и то, что было ей неизвестно.
Не исключала Мэй и возможность того, что Дейтири поняла, кто она такая, и что у нее с Колданном — так звали главного жреца — есть что-то общее, и решила таким образом достичь собственных целей. Все же эта девушка не была глупа. Мэй подозревала, что тупо следовать за кем-то было не в ее характере, но было что-то такое в их общем прошлом, что заставляло девушку сносить все поступки жреца и оставаться на его стороне.
Хотя эти отношения скоро завершаться. Дейтири все больше и больше сомневалась в себе и в своем решении безоговорочно поддерживать друга детства.
После прибытия в Шаринвард она часто была предоставлена сама себе и у нее появилось много времени на размышления.
Да, люди взрослеют и время меняет каждого. Сейчас он уже не тот человек, которым когда-то был и не осталось причин ей продолжать надеяться, что ее друг вернется. Пора было признать, что их пути разошлись давным-давно.
Дейтири догадалась о том, кем являлась девушка напротив нее. Она не была глупа и, как и подозревала Мэй у нее были свои мотивы.
Она хотела, чтобы Колданн остановился, хотела, чтобы он образумился и, Дейтири не могла признаться в этом даже перед самой собой, но она боялась того, что может он сделать невинным перед ним ни в чем людям.
Иногда опасный блеск глаз мужчины бросал ее в дрожь. Она не могла остановить его или хоть слово против. Чувство вины давило так, что ей оставалось только закрывать глаза на происходящее и подчиняться.
Но так не может продолжаться вечно. Если не она, то кто-то должен положить конец его беспечности и играм с людскими жизнями.
Мэйрилин была в ее глазах очередной ни в чем не повинной жертвой. По крайней мере она заслуживала знания того, с чем имеет дело, решила Дейтири. Да и вряд ли ее слова можно было воспринимать как предательство, Колданн никогда не делился с ней своими мыслями или планами, так что она просто поделилась той информацией, к которой у нее был доступ.
 
А именно о прошлом мужчины.
Мэй узнала в какое время в этот мир пришел Конн и телом кого завладел, как изменилось поведение друга по словам Дейтири после несчастного случая и о травме, из-за которой он не может передвигаться без трости. Как добился позиции главного жрица, о множестве изобретений, благодаря которым жизнь островитян стала в разы проще, о том, как его боготворят старейшины и остальные жрицы…
После плодотворной беседы Мэйрилин вернулась в поместье Тилер.
Ничего нового за время ее отсутствия не произошло.
А к вечеру у Аррона начался первый приступ.
Время было беспощадно, и никакая сила не могла остановиться его течение.
Генерал корчился от боли, разрывавшей его тело изнутри. Его трясло, ломало, напряженные мышцы сводило судорогами, он не мог вымолвить ни слова.
Даналь спешно приготовил ванну с лекарственным раствором и с помощью Уэсли поместил беспокойного мужчину в воду. Эффект наступил сразу.
Аррон облегченно выдохнул, но глаз не открыл. Его брови были по-прежнему сведены к переносице от терзающей внутренности бури. Оба яда в его крови решили побороться в силе.
Его лицо было белым как простыня. Но он крепко и одновременно нежно держал ладошку жены в своей руке.
К утру приступ отступил, но он не ушел без последствий. Аррон продолжал кашлять темной кровью.
Нельзя медлить, нужно как можно скорее отправляться.
— Подготовьте корабль, — приказала Мэйрилин стальным голосом.
16
«Двойное счастье»
— Но приказ о запрете выхода кораблей в море не был отменен. Как мы доберемся до острова? — обеспокоенно произнесла Эйвис.
— Власть императора не может распространяться на весь Континент. За пределами Шаринварда море открыто. К тому же, в приказе четко указано «море», про прочие воды речи не идет, — пояснила Мэйрилин.
Глаза Эйвис засверкали от догадки.
— Мы можем опуститься вниз по реке и выйти в море с побережья Дарданской империи! Это даже проще!
— Сэкономим неделю пути, — слабо улыбнулся Уэсли.
Бессонная ночь оставила на его лице следы: черные круги под глазами придавали обычно оживленному лицу виконта некоторую болезненность.
— Проблема в том, что мы не сможем перенести корабль из порта к реке, — рационально размышляла Оллин. — И что-то подсказывает мне, что стоит нам попробовать, эти действия не останутся без внимания. Кто знает, что тогда взбредет императору? Ибо очевидно, что этот запрет имел конкретную цель — помешать отъезду Мэй и Аррона.
— Нужно написать Брунис…возможно, она сможет помочь. Добраться до границ с Дарданской империей можно и на рыбацкой лодке, но в морское плавание на ней выйти все равно что искать смерти. Принцесса…
Договорить у Мэй не получилось, в глазах потемнело и она пошатнулась, на несколько секунд теряя ощущения реальности. Что происходит?
— Мэй! — Эйвис, которая была к девушке ближе всех успела придержать подругу от падения.
На лицах всех остальных вмиг появилось беспокойство.
Лишь Дан продолжал сохранять хладнокровие, присущее врачу. Со знание дела он осмотрел Мэйрилин и умело взял ее запястье, концентрируясь на пульсе.
Мэй не теряла сознание, но внезапное ощущение слабости испугало девушку. При помощи Эйвис она осела в кресле, с тревогой наблюдая за серьезным выражением лица Даналя.
— Что с ней? — с волнением в голосе не выдержал Уэсли, прерывая тревожную тишину.
Оллин стояла с неестественно прямой спиной и равнодушным на первый взгляд лицом. К счастью, Аррон отдыхал после беспокойной ночи, иначе генерал бы уже сходил с ума от волнения и страха за любимую.