Гегемон Греции! (ЛП)
Помимо инженерной бригады, кавалерийской бригады, медицинской бригады и других вспомогательных бригад в легионе, сегодня в Теонийском легионе насчитывается почти 8 700 человек, и его можно назвать большим и полностью функциональным легионом.
***
Пока Алексий идет на север, он также послал кого-то сообщить Багулу, чтобы тот защищал северную территорию Грументума.
Луканский регион в основном гористый, а Потенция — самая высокогорная местность в регионе, со средней высотой более 500 метров. К счастью, большинство солдат третьего легиона — луканцы, они жили здесь с детства и приспособились к окружающей среде.
Третий легион шел тремя колоннами по низинам между горами и речными долинами, словно длинный дракон, извивающийся по горам, растянувшись на три километра от головы линии до хвоста
В этот момент, на одной из гор, сын великого вождя Гирпини — Гарни, внимательно наблюдает за движением у подножия горы.
«Вождь, смотри!». — Неожиданно закричал воин рядом с ним.
«Идиот, говори тише!». — Гарни пнул его и выругался: «Не отпугивай врага!».
Они увидели мерцающий золотой свет на горной тропе, скрытой деревьями. Через некоторое время эти золотые пятна света превратились в высоко поднятый флаг. На вершине флага — бронзовая статуя Аида с ослепительно сверкающим под солнцем жезлом. Держатель флага был высоким военным, одетым в полный звериный мех, отчего он выглядел необычайно крепким (мех — от большой гончей, символизирующей верность и храбрость). В конце концов, верный пес Аида — это трехголовый пес Цербер. Кроме того, согласно современному мышлению Давоса, он запрещает людям бесцельно охотиться на животных только ради украшения).
«Хмф, это одежда лишь для глаз». — Самнитский воин насмешливо пробормотал низким голосом: «Я сомневаюсь, смогут ли они вообще сражаться».
Гарни промолчал, продолжая смотреть на Теонийскую армию, которая медленно приближалась к нему. В глубине души он прекрасно понимал, что причина, по которой его отец связался с двумя другими Самнитскими племенами Кавдини и Пентры, чтобы вместе напасть на Потенцию, заключалась не только в сильной финансовой поддержке Сиракуз, но и в угнетении внезапно поднявшегося могущественного соседа на юге.
В этот момент он хочет держать глаза широко открытыми и ясно видеть, что представляет собой незнакомый враг, с которым ему предстоит столкнуться.
Позади знаменосца Теонии стоял знаменосец легиона, держа в руках трепещущий черный флаг с золотой надписью «Третий легион Теонии». Изначально флаг был красным из-за влияния Рима из его предыдущей жизни, но по мере того, как он все больше и больше интегрировался в эту эпоху, а вера Аида проникла в сердца Теонийцев, он изменил цвет военного флага на черный, представляющий Аида, повелителя тьмы.
За знаменосцем легиона идет знаменосец первой бригады третьего легиона, держа в руках статую Танатоса, которая на один размер меньше статуи Аида. Затем шел барабанщик легиона.
Гарни потер слегка уставшие глаза. Хотя армия Теонийцев выглядела грозно, у них было слишком много этих причудливых вещей.
Пока он мысленно вздыхал, его глаза расширились при виде следующих за ним Теонийских легионеров. Черный бронзовый шлем, не похожий на коринфский, который он видел на греческих солдатах в Кампании. Шлем похож на перевернутую чашу с открытым лицом, за исключением части, защищающей боковую часть лица. Его стиль очень похож на стиль шлема Самнитских воинов, только без декоративного пера или разноцветного хвоща на вершине. Черный льняной нагрудник, черная броня на голени, копье в правой руке и щит в левой.
'Эти щиты'. — Гарни с удивлением обнаружил, что щит, который держали Теонийские воины, очень похож на их щит. Он высотой в полчеловека, прямоугольной формы с выпуклой центральной частью и вогнутыми боковыми сторонами, а вся поверхность щита изогнута. Единственное отличие в том, что щиты Теонийских солдат окрашены в черный цвет, а не в красный.
«Разве Теония не была греческим городом-государством? Почему они не используют свой традиционный круглый бронзовый щит и коринфский шлем? Вместо этого они используют что-то похожее на нас, Самнитов?!».
Гарни был удивлен. Естественно, он не знал, что архонт Теонии за последние годы наконец-то завершил модернизацию оружия и снаряжения легиона. Он отказался от тяжелого коринфского шлема и круглого щита и заменил их на новый шлем и большой щит. Конечно, такой большой щит не может быть покрыт бронзой.
В Теонийской армии, кроме редких шлемов с красным, белым или пурпурным плюмажем, которые, должно быть, носили офицеры и стратеги, остальные были почти полностью черными, что делало весь легион похожим на черную змею, вынырнувшую из ада, наполненную запахом смерти и холода.
Гарни бессознательно сглотнул, надел шлем с рядами разноцветных плюмажей и прошептал: «Сообщи Абрини на другой горе, чтобы готовился. Как только передовая армия противника пройдет под горой, мы нападем и устроим этим претенциозным врагам хорошее представление.»
«Да, вождь!». — Кавалерист потряс красным флагом с волчьей головой на вершине горы, который не могли видеть Теонийские воины внизу, Самниты на другой горе тоже потрясли своим флагом в ответ.
Самнитские воины затаили дыхание, присев на гребне, держа в руках копья и камни, ожидая, когда Теонийцы пройдут под горой.
Но внезапно Теонийцы прекратили наступление, и стратег на коне, казалось, что-то сказал солдатам, прежде чем броситься назад к армии.
Через некоторое время армия снова двинулась вперед. Однако, продвинувшись на несколько шагов, они снова остановились, и стратег снова что-то сказал солдатам.
Они останавливались и шли три раза подряд. И когда они уже собирались войти в круг засады, они остановились на небольшом расстоянии и надолго задержались.
Чувствуя, что его терпение вот-вот иссякнет, Гарни потер руками затекшее, онемевшее тело и проклял Теонийцев за медлительность.
В этот момент на вершине горы внезапно поднялась суматоха.
«Враг идет! Враг идет!». — Громко кричали воины.
«Что случилось?!». — Поспешно спросил Гарни, не заботясь в данный момент о засаде.
«Вождь, Теонийцы идут с обратной стороны горы и хотят окружить нас!». — Воин, прибежавший посмотреть на ситуацию, поспешно побежал обратно, чтобы доложить.
На самом деле, ему не нужно было докладывать, так как Гарни мог видеть темные тени, движущиеся между горами и лесами позади них.
'Обманули! Эти хитрые Теонийцы знали, что мы подготовили здесь засаду, и специально привлекли мое внимание к фронту, в то время как они хотели окружить и уничтожить нас! такая мысль промелькнула в голове Гарни'.
Однако он не растерялся и тут же приказал: «Трубите в рог! Раз уж Теонийцы осмелились подняться на гору, то пусть попробуют силу Самнитов!».
Низкий и протяжный звук рога донесся до подножия горы. И легат третьего легиона Алексий, стоявший впереди легиона, тут же поднял голову.
«Похоже, что Самниты обнаружили наши войска». — Литом, командир первой бригады, свободно говорил по-гречески. С тех пор как его унизили на Истмийских играх, после возвращения он много времени уделял практике греческого языка, который значительно улучшился.
«Келисинус, ты уверен, что на обеих горах всего 1000 Самнитов?». — Адъютант легиона снова спросил Келисинуса, капитана разведки рядом с ним.
Глава 395
«Я уверен!». — Келисинус уверенно указал на горы впереди: «Самниты пришли сюда вслед за племенами Потенциана. Но, получив откуда-то информацию о нас, они попытались устроить здесь засаду. Однако они не знают, что мои люди следили за каждым их шагом».
«Келисинус, я приму к сведению тот вклад, который ты и твои люди внесли сегодня». — Сказал Алексий, похлопывая своего беспокойного коня: «Хотя наш легион не тренировался в Потенции, я думаю, ты не забыл здешнюю местность, Литом.»
«Как я посмею забыть о ней, когда ты несколько раз привозил нас в южные горы Потенции в гражданской одежде! А в военном законе есть строгое правило, согласно которому офицеры всех рангов должны запечатлеть в памяти топографию своих округов!». — Литом указал на собственную голову.