Гегемон Греции! (ЛП)

После того как Давос прибыл в Турию и увидел эту ситуацию, он несколько раз обсуждал с Куногелатой и Мариги, как управлять этим районом.
В конце концов, они перенесли поселение государственных рабов союза в военный лагерь на севере главного города Турии, что не только отдалило его от жилых районов Турии, но и позволило наблюдать за ними из соседнего военного лагеря. Так что в случае каких-либо отклонений армия могла немедленно их подавить. В то же время каменная мастерская была перенесена на рынок рядом с портом, а медная мастерская в начале года была перенесена в новую зону экономического развития рядом с Амендоларой и находилась рядом с рекой Сарацено, чтобы рядом было достаточно персонала и налажено взаимодействие с другими мастерскими. Но самое главное, что реки Крати и Коскели, с которыми связаны жизнь и здоровье десятков тысяч людей в Турии, свободны от загрязнения.
После этого Давос запланировал освободившуюся землю как культурный центр всего Союза Теонии. Таким образом, была создана Академия Теонии, а также строится Школьный парк Теонии, представляющий высший научный и культурный уровень союза. Герпус, глава больницы Турии, также построит медицинскую школу в рамках Академии, в то время как Метотикл переместит Институт математики, а Анситанос планирует создать группу исторических исследований.
Для того чтобы студенты и преподаватели могли спокойно учиться и заниматься исследованиями, Давос также попросил Гераклида Младшего построить еще один деревянный мост посреди реки Коскели, чтобы через север дельты могло проходить частое движение транспорта и повозок с рудой. А Гераклид Младший уже работает над строительством настоящего каменного моста прямо между северной и южной частью Турий.
***
 Глава 325 
Пообедав со Стефилосом, Патрокл бежит к храму Афины, расположенному неподалеку от Академа.
Чтобы отблагодарить Афины за значительную помощь в восстановлении Турий, они в благодарность построили храм Афины. Но после Пелопоннесской войны Турии насильно разорвали свои отношения с Афинами и изгнали афинян из Турий. Поэтому и сейчас сюда приходят молиться лишь немногие.
Дети, которые любят регби и футбол, приходят сюда на маленькую площадь перед храмом, чтобы поиграть. Патрокл стал маленькой звездой в этих видах спорта, потому что в свои 13 лет он уже намного превосходит других детей в силе, скорости и ловкости, и все любят играть с ним.
Однако ему и Стефилосу сейчас не до игр, и оба они легли на стену храма и бросали камни в реку Коссели.
«Стефилос, прошло почти два месяца с тех пор, как я видел своего отца. По правде говоря, я впервые с детства так надолго разлучаюсь с отцом. Я даже не знаю, как он сейчас». — Патрокл смотрел на бегущую воду, волнуясь и жалуясь: «Когда первый легион проходил через Турий, Архонт Давос не позволил им пойти посмотреть на свой дом! Они шли так быстро, что даже когда я в отчаянии отправился за ними после занятий, я все равно не смог их догнать…».
Стефилос усмехнулся: «Я слышал от отца, что требования к солдатам в легионе очень строгие, гораздо строже, чем правила нашей школы. Если они нарушат правила, их накажут. Вот почему твой отец не решается прийти к тебе, так как боится».
Патрокл посмотрел на него: «Что-то я не вижу, чтобы ты сильно беспокоился о своем отце».
Стефилос перестал бросать камни в реку: «Я уже сказал тебе, что Аминтас не мой отец! Но… он очень добр к моей матери и ко мне».
Стефилос повернул голову, подумал немного и добавил: «Он часто рассказывал мне истории о том, как он сражался в Персии вместе с Великим Архонтом Давосом. Он герой, и он мне нравится. Поэтому я верю, что с ним все будет хорошо. Ведь Архонт Давос никогда не проигрывал сражений».
Его оптимизм заразил Патрокла: «Ты прав, Союз Теонии непобедим!».
 
В это время в храм взволнованно вбежал ребенок: «Хорошие новости! Хорошие новости!».
«Прокл, какая новость тебя так обрадовала?!». — Дети перестали играть и посмотрели на него.
«Ура! Третий легион под предводительством моего отца уничтожил вторгшихся Пиксусов!». — Возбужденно воскликнул Прокл.
«Это правда?». — Поспешно спросил Патрокл.
«Конечно, правда!». — Прокл городо поднял голову и сказал: «Если ты мне не веришь, сходи в город Турий и посмотри, как ликует весь город!».
«Никто не сомневался в этой победе, но эта победа была в основном благодаря командованию Архонта Давоса, верно?». — Видя взволнованного Прокла, Стефилос вспомнил, что не получал никаких новостей от отца, поэтому не мог не проболтаться.
Прокл некоторое время не мог ничего сказать. Он сурово посмотрел на Стефилоса и закричал: «Так или иначе, это мой отец командовал войсками в Грументуме, а что сейчас делает твой отец?».
Теперь настала очередь Стефилоса потерять дар речи.
Как раз в тот момент, когда эти двое поссорились, другие дети закричали: «Потрясающе! Победа!».
«Теония побеждает!».
«Легион побеждает!».
После этого ликующие дети начали выстраиваться в соответствии с военными движениями, которым их учили учителя, и играли в игру «Триумфальное возвращение». Затем Патрокл вытянул в линию Прокла и Стефилоса. Однако вскоре они начали спорить, кто будет знаменосцем.
***
В это же время в зале Сената в Турии государственные деятели обсуждали дела Союза Теонии.
Мариги, председательствующий по очереди, достал пергамент и сказал: «Претор Кримисы, Скамбрас, прислал письмо, в котором говорится, что он продумал множество мер, но даже несмотря на это, в Кримисе по-прежнему много людей, не желающих подписываться на зерновые паи. До сих пор акции, выделенные нескольким другим городам, даже Апрустуму, были расхватаны. Только Кримиса…» — Мариги повысил голос: «Несмотря на то, что ей было выделено меньше всего акций, не было куплено даже половины! Как вы думаете, стоит ли нам выделить остальные акции Росциануму? Амиклес все время посылал кого-то и говорил, что «граждане Роскианума жаждут подписаться на выпущенные нами акции!».
«Да!».
«У меня нет возражений».
«Взять в долг пятьдесят килограммов пшеницы и вернуть через год 58 килограммов — это выгодно! Даже если Теония не использовала граждан в своих интересах, почему в Кримисе так много людей, не желающих подписываться? Мы должны подумать о причинах!». — Напомнил всем Куногелата.
После этого большинство государственных деятелей обратили свое внимание на Андролиса.
Выглядя несколько смущенным, он встал и несколько раз кашлянул, затем сказал: «Милорды, я… я думаю, что на это есть несколько причин… Во-первых, Кримиса последней присоединилась к Союзу Теонии, а с тех пор прошло всего полгода! Но самое главное, что она отличается от Апрустума…». — Тут он успокоился, прочистил горло и серьезно сказал: «Хотя правда неудобна для всех, это факт: хотя Теонийцы не были инициаторами начала Кротонской войны, многие Кримисцы считают, что Теония должна нести определенную ответственность. Поскольку многие Кримисцы погибли в войне с Теонией, полгода недостаточно, чтобы их обида улеглась. А с обидой они не могут полностью доверять Теонии…».
Слова Андролиса вызвали недолгое молчание.
Через некоторое время Корнелий сказал: «В первую очередь, война с Кротоном неизбежна. Хотя Кримиса теперь является частью Теонии, кажется, что мы все еще должны сделать больше, чтобы устранить недовольство Кримисцев. Я также надеюсь, что три владыки — Андролис, Эврипус и Плейтинас — смогут оказать большую помощь!».
«Это то, что мы должны делать, как государственные деятели или как Кримисиане!». — Твердо сказал Эврипус: «И я верю, что пройдет совсем немного времени, и Кримисцы будут благодарны и горды тем, что являются гражданами Теонии!».
Государственные деятели единодушно согласились со словами Эврипуса.
Затем Полукс встал и сказал: «Уважаемые государственные деятели, разговор о зерновых акциях напомнил мне, что лорд Мерсис однажды сказал, что «количество военных пайков, выменянных у народа, может продержаться для Теонийских войск не более двух месяцев». Я прав? Лорд Мерсис».