Гегемон Греции! (ЛП)
Когда он прибыл в Турию, то услышал, что Давос много раз возглавлял армию, это его сильно удивило. В этой военной операции Толмидес служил заместителем герольда (поскольку он все еще был свободным человеком), поэтому он участвовал во всем процессе, ему удалось наконец увидеть, как Давос отстаивает свое мнение против других, придумывает стратегии, которых он никогда раньше не видел, и заставляет всех выполнять действия по его плану, например: Заставить стариков и женщин ходить по порту в доспехах, чтобы сбить с толку флот противника; детально продумать ночной марш, чтобы новобранцы и вольноотпущенники, не имевшие опыта, могли беспрепятственно добраться до города Росцианум; армия соблюдала строгую дисциплину и полностью блокировала город Росцианум, чтобы предотвратить утечку информации.
Горный разведывательный отряд Изама был отправлен на переправу через реку, чтобы шпионить за передвижением врага и постоянно докладывать. В то же время конница была послана перехватить разведчиков врага, переправившихся через реку, чтобы враг ничего не знал о ситуации на другом берегу Трионто, затем повести армию тихо и быстро, после чего скрыться до наступления дня, и установить приманку перед берегом реки (имеется в виду четыре тысячи солдат) и в то же время скрыть следы армии. Намеренно разместив более тысячи человек на реке Трионто, чтобы кротонцы не решились рисковать большими потерями, проходя через другую часть реки, и вместо этого выбрали более безопасный средний участок реки.
На протяжении всей военной операции стратегия Давоса была продемонстрирована в полной мере: Обман, быстрый марш, разведка и контрразведка, засада, искушение…
Были идеально объединены, чтобы успешно заманить врага, и достичь своей цели, что расширило поле зрения Толмидов.
В эту эпоху большинство войн между городами-государствами сводились к набору солдат, затем к сражению в месте, которое было принято обеими сторонами, или когда одна сторона была сильнее, другая упорно оборонялась до прибытия подкрепления, а затем контратаковала. Командиры обеих сторон будут использовать тактику только во время сражений (в этом спартанцы хороши).
Первоначально Давос строил планы в соответствии с ситуацией и предпринимал ряд сложных и тонких действий для достижения своей цели, подобно тому, как вырезает кровавую битву на тонкой и красивой афинской керамике. Как говорил сам Давос: «Война связана с выживанием города-государства, поэтому мы должны быть осторожны и осмотрительны, прежде чем предпринимать какие-либо действия».
'Вот почему Давос стал архонтом могущественного союза, а Тимасион умер в маленьком городе-государстве!'. — Толмидес погрузился в свои мысли.
«Толмидес, отправляйся на восток и сообщи Ксантиклесу, Эпифану, Сиду и Ледесу, что враг скоро пересечет реку. Скажи им, чтобы готовились и действовали согласно плану». — Давос отдал приказ.
«Понял!». — Толмидес сел на коня и галопом помчался на восток, и хотя тактика, которая будет использоваться на востоке, была причудливой, он уже полностью доверял в Давосу.
***
Филедерус был поражен, когда узнал от Эвридемоса, что Мило во главе своей армии переправился через реку и столкнулся с теонийской армией, и что сейчас идет ожесточенная битва. На другой стороне реки Трионто у теонийцев было почти 20 000 солдат, что совершенно не соответствовало их ожиданиям.
'Неужели здесь тоже есть засада?'. — Глядя на более чем тысячу легких пехотинцев, расположившихся на противоположном берегу, он не мог перестать думать об этом. Он надеялся, что Мило придет помочь ему отогнать врага после того, как он переправится через реку, чтобы уменьшить потери своих солдат. Но теперь ему придется вести свои войска на помощь Мило. Ситуация была настолько тяжелой, что он не мог здраво мыслить.
В этом месте, нет места для одновременного пересечения реки более чем 6 000 солдат. Поэтому ему пришлось быстро разделить свою армию на три части: Фронт, центр и тыл. На фронте находятся более 3 000 гоплитов, с их сильной защитой, они могут уменьшить потери от стрел и копий врагов и успешно достичь противоположного берега, чтобы рассеять врага. За ними следовали 500 конников, которые могли преследовать легкую пехоту противника и разбить ее, и, наконец, в тылу находились почти 3 000 легкобронированных солдат.
Потерпев дальнюю атаку теонийцев и понеся некоторые потери, гоплиты Кротона, наконец, вошли в реку. Однако им уже не нужно было преследовать их, так как легкая пехота теонийцев уже бежала, и поэтому Филедеру удалось беспрепятственно провести свою армию через реку.
«Стратегос, прикажешь ли ты преследовать их?». — спросил Алексиас, капитан кавалерии.
Филедерус покачал головой и осторожно ответил: «Сейчас мы идем на помощь Мило, твоя конница будет охранять нашу окрестность, так что не действуй необдуманно».
Филедерус только что заставил свои войска повернуть на запад, чтобы отправиться в поход, как вдруг с севера донесся звук сальпинкса.
Сердце Филедеруса сжалось: «Конечно, там засада!».
В этот момент прибежал Алексиас и с озадаченным выражением лица сказал: «Стратег, с севера сюда направляется вражеский отряд. Их семь тысяч, и все они лучники, пращники, пельтасты и сотни кавалерии».
Филедерус был ошеломлен: «А гоплитов?».
«Ни одного!». — Алексиас кивнул.
Филедерус, хоть и был озадачен, но явно почувствовал облегчение, поэтому решительно отдал приказ: «Всем встать лицом на север!».
Поскольку в атакующей армии Теонии не было гоплитов, это означало, что они не способны к лобовому столкновению, поэтому Филедерус не возражал против того, чтобы сначала разгромить их перед маршем, чтобы уменьшить преследование.
«Алексиас, сколько кавалерии у врага?».
«Более 400».
«К счастью, у нас вдвое больше кавалерии, чем у них». — Филедерус стал более спокойным и сказал: «Алексиас, твоя кавалерия будет особенно важна в борьбе с легкой пехотой врага. Поэтому мне нужно, чтобы ты повел кавалерию на разгром вражеской кавалерии и сделал все возможное, не преследовать их, а вместо этого атаковать фланг вражеского центра, ты понял?».
«Да!». — После этого Алексий удалился.
А армия Теонии быстро двинулась вперед, вскоре после этого они появились в поле зрения Филедеруса. Когда он примерно увидел врага, он удивился, потому что легкая пехота другой стороны была слишком незащищённой. Неважно, лучники это или пельтасты, все они одеты в тонкую льняную одежду, и даже кавалерия либо в броне, либо в простой одежде. Они крайне потрепаны.
'Неужели все эти воины набраны из порта Турия?' — Филедерус не мог удержаться от улыбки: «То, о чем догадался Мило, верно, у теонийцев действительно всего несколько граждан, поэтому у них сейчас нехватка войск, и им даже приходится использовать легкую пехоту. Он мог бы даже смести их всех, просто растоптав их кавалерией!».
В 500 метрах от них, солдаты Теонии внезапно остановились и начали реорганизовывать свой строй.
«Я думаю, кротонцы будут очень удивлены, увидев нас. Они, наверное, думали, что мы здесь только для того, чтобы досаждать им, но они даже не подозревают, что мы позволили им пересечь реку с целью уничтожить их здесь их всех». — сказал Толмидес.
«Эта битва докажет грекам, что легкая пехота так же важна, как и тяжелая, и что легкая пехота может легко победить, если только стратегия будет правильной!» — уверенно кивнул Эпифан.
«Главное — посмотреть, смогут ли Ледес и Ксантикл сначала уничтожить кавалерию противника». — Толмидес все еще был немного обеспокоен.
«Будь уверен, Архонт Давос, избранник Аида, тщательно разработал эту стратегию! Он — любимец Аида!». — с восхищением сказал Сид.
«Мы с тобой даже не могли этого ожидать, не говоря уже о нашем враге! Они все попадутся на это!». — Как только он закончил говорить, Эпифанес вскочил на коня, вступил в ряды солдат и приказал им увеличить разрыв, чтобы строй стал более свободным, что облегчит стрельбу и бегство.
Сид также поспешил на правое крыло, чтобы отдать тот же приказ, а кавалерийский строй Ледеса на левом крыле также был распущен. Таким образом, левое, центральное и правое крыло Теонии увеличились в площади почти вдвое.