Гегемон Греции! (ЛП)
Теонцы не остановились, когда был брошен еще один снаряд копья. На таком близком расстоянии смертоносность копья просто пугает.
В то время как солдаты Кротона спешили уклониться от копья и спасти своих товарищей, теонийцы воспользовались этой возможностью и пошли вперед, разя испуганных кротонцев своим круглым щитом и вонзая свои копья в противника, который только что выжил под дождем копий.
Если бы не вовремя подоспевший задний ряд, то передовая линия Кротоне уже бы рухнула. Однако из-за этого войска Кротоне не смогли отступить обратно к берегу реки, и хорошо подготовленный строй Мило теперь в беде.
Помимо лобового столкновения, еще один эффективный способ атаки — давить друг на друга строем, чтобы добиться прорыва. Однако в нынешней ситуации кротонцы не только не могут сформировать единую совместную атаку, но и могут лишь медленно отступать под сильным натиском противника.
***
Когда копье, закрывающее небо, влетело в строй кротонцев, Мило почувствовал, что его сердце вот-вот перестанет биться.
«Гоплиты Теонии тоже умеют метать копья!». — Мило пожалел, что был слишком беспечен и не узнал больше о тактических характеристиках армии Теонии. Глядя на их легкую пехоту и гоплитов, становится ясно, что это хорошо обученные войска с уникальной тактикой.
В то время как Мило скорбел о смерти и ранениях своих солдат и сожалел о своей небрежности, его люди наблюдали за боем на другой стороне и тревожно кричали: «У этих проклятых теонийцев много пехоты! Это, должно быть, их подкрепление из Нерулума и Лаоса!».
Действительно, по словам глашатаев, прибывших с левого и правого крыла, строй теонийцев имеет почти такую же длину, как и у них, и даже может заставить их собственный строй отступить. Хотя они имеют преимущество в местности, он опасается, что толщина их строя не тоньше их собственного.
«Неужели у нынешней Теонии около 20 000 солдат?».
Слушая доклад своего подчиненного, это было подобно вспышке молнии, поразившей разум Мило. Из-за своей решимости отомстить, он всегда тщательно изучал конфиденциальные отчеты, которые приходили из Турии, поэтому он кое-что знал о Союзе Теонии.
Он помнил отчет, в котором говорилось, что путь до Нерулума из Турии займет не менее трех дней, и столько же времени потребуется, чтобы добраться до Лаоса, так что даже если мобилизационный приказ достигнет Нерулума и Лаоса, потребуется еще не менее 6 дней, чтобы собрать войска, а затем отправиться в Турию. Ведь строительство дороги Турий-Нерулум-Лаос началось совсем недавно, а с момента объявления войны прошло всего четыре дня, если только теонийцы не призвали свои войска заранее.
Однако три дня назад наемники еще не напали на Кримису, он даже пытал нескольких пленников, включая Чистора и Тораса, и все они заявили, что скрыли Давосу свое вторжение в Кримису. Следовательно, подкрепления из Нерулума и Лаоса все еще должны быть на пути в Турию. Откуда у Теонии столько пехоты?
У Турии и Амендолары нет столько граждан. Мило был уверен в этом, но вдруг вспомнил кое-что: «Свободные люди?!».
Мило вдруг вспомнил, что в предыдущих отчетах Теония часто организовывала своих вольноотпущенников для военной подготовки. Мило до сих пор помнит, что многие государственные деятели Кротоне высмеивали Теонию за то, что она даже превратила этих вульгарных вольноотпущенников в граждан города-государства!
Но нынешняя ситуация показывает, что метод Теонии эффективен, и доспехи и копья этих бывших бедных вольноотпущенников — все от солдат Кротоне, погибших или попавших в плен в предыдущей войне!
Несмотря на свое негодование, Мило все яснее понимал, что Турий послал на поле боя даже их, а значит, они должны были послать всех людей, которых могли послать, поэтому у них может не остаться лишних войск!
Мило наблюдал за полем битвы и воспрянул духом: «Эвридемос!»
«Стратегос, в чем дело?» — ответил его подчиненный.
«Немедленно веди две тысячи солдат на восток и передай командование Филедеру».
«Что?! Разве вы не хотели, чтобы они выступили вперед, и укрепить центр?» — с сомнением спросил Эвридемос.
«Выполняй мой приказ!» — Мило посмотрел на него, сын его друга был трудолюбивым человеком, но он слишком много говорил: «Скажи стратегу Филедерусу, что на его стороне будет не слишком много врагов, поэтому он должен воспользоваться шансом и пересечь реку как можно скорее, невзирая на потери.
После того, как он победит врага, ему нужно будет спешить сюда, чтобы атаковать теонийскую армию! Победа или поражение в этой битве будет зависеть от его действий!». — со всей серьезностью сказал Мило.
«Понял!». — Эвридемос, с волнением бросился выполнять приказ, увидев возможность победить.
Мило спрыгнул с коня, вооружившись копьями и щитами, и повел своих стражников переправиться через реку и присоединиться к битве. Затем он закричал, чтобы заставить солдат сражаться более храбро.
Поскольку большинство гоплитов Феонии — подготовленные граждане, он не верит, что эти новички, которые полгода назад были вольноотпущенниками, не имели боевого опыта, и смогли постичь боевую суть гоплита всего за полгода! Вот где кроется его уверенность, он твердо верил, что даже если солдаты Кротона находятся в невыгодном положении, они все равно смогут продержаться до прибытия Филедера.
***
В центре феонийской армии возвышается большой флаг, а на вершине флага — статуя Аида, и флаг явно больше, чем флаги легионов, и на нем лишь вышито большими золотыми иероглифами «Давос».
В Теонийском союзе три легиона, естественно, Давос должен отречься от престола и вернуться на прежнее место. Но по старой традиции архонт является также высшим военачальником города-государства. Поэтому должность Давоса в союзе самая высокая — Великий легат армии Теонийского союза (Маршал).
В настоящее время Давос наблюдал за врагом с другой стороны.
«Архонт, войска врагов сейчас наступают на реку!». — Аристократ громко напомнил ему, как талант, вызывающий интерес Давоса, у него было намерение обучить его, как он сделал с Асистесом, поэтому ему разрешили последовать за ним в этой войне. Однако он все еще свободный человек, поэтому Давос мог лишь временно сделать его своим помощником.
Давос ждал этого момента, поэтому он крикнул: «Толмидес!».
«Архонт, пожалуйста, отдавайте приказы!». — Ответом Толмидеса было его искреннее уважение к Давосу.
Быстрый марш Кротоне превзошел все их ожидания. Если бы войска Нерулума и Лаоса не смогли прибыть вовремя, то между силами обеих сторон возникла бы большая разница.
Во время военного обсуждения многие предлагали оставить Росцианум и вместо этого защищать Турий, ожидая прибытия подкреплений, прежде чем приступить к решающей битве. Однако Давос настаивал на том, чтобы местом битвы стал Росцианум. Благодаря своему давно устоявшемуся авторитету, ему удалось всех убедить.
Затем он набрал всех граждан и подготовленных граждан Турии и Амендолары, которые участвовали в военной подготовке и были способны сражаться, он даже включил некоторых вольноотпущенников, которые только что прибыли в Турию.
Он действительно сильно рисковал, полностью сосредоточив всю армию Теонии в Росциануме и оставив Турий и Амендолару почти без защиты, за исключением нескольких войск, оставленных в порту. Если бы флот Кротона высадился на берегах Сибарисской равнины, Теония не смогла бы противостоять им некоторое время, но Давос все же решился на такой смелый шаг.
Глава 206
Как и ожидал Давос, армия Кротона переправилась через реку в этом месте, а армия теонийцев затаилась в засаде.
Теонийская армия, в которой было большое количество новобранцев, заняла эту землю и использовала новую тактику, чтобы нанести наибольший урон армии Кротона, которая славилась своей храбростью в Великой Греции, и одержала верх.
Когда Давос был в Персии, он славился своим умением уничтожать противника, сражаясь изобретательно и неся лишь незначительные потери. Толмидес, как глашатай всех наемников, отвечал за координацию действий всех наемников, но лагерь Давоса всегда был самым строгим, поэтому Толмидес мог лишь мельком увидеть его военные способности.