Гегемон Греции! (ЛП)

Давос посмеялся в душе и торжественно произнес: «Я не буду молиться и даже не знаю, как молиться. Но у меня есть несколько способов лечения».
«Эх, жаль». — Некоторые пробормотали с разочарованием.
Антониос, однако, казалось, что-то понял и твердо сказал: «Просто делай то, что должен».
Причина, по которой Давос сказал это: Во-первых, чтобы найти выход в случае, если он не справится со своим лечением. Во-вторых, он не хочет, чтобы эти люди во всем ассоциировали его с Богом.
«Заставь всех выйти и ждать снаружи. Откройте двери и окна. Вскипятите ведро воды, найдите несколько чистых белья и положите их в кипящую воду. Одновременно найдите острый нож без ржавчины и опустите его в кипяток. И принесите еще несколько ведер холодной воды». — Давос говорил медленно и четко.
Антониос, Иелос и Гиоргрис не стали задавать ему вопросов, а принялись серьезно выполнять его приказы и торопливо засуетились вокруг.
Герпус подумал, что Давос — знахарь, и посмотрел на него с интересом. Увидев, что то, что он устроил в данный момент, ему очень знакомо, он не удержался и с любопытством спросил: «Как вы собираетесь его лечить?».
«В ране нет сильного кровотечения и, очевидно, кровеносные сосуды не повреждены, но рана красная и опухшая от гноя, у него также высокая температура, и ясно, что раневая инфекция вызвала высокую температуру, поэтому мы должны сначала провести дебридмент, а затем снизить температуру». — Давос объяснил все в деталях. Для современных людей это просто здравый смысл, но в нынешний век люди склонны думать, что причиной болезни является сверхъестественное, поэтому знахари так популярны, и Герпус решил, что Давос был знахарем.
Услышав слова Давоса, глаза Герпуса загорелись: «Это немного похоже на метод Гиппократа по лечению переломов: «дебридмент, вытяжение и вправление».
«Гиппократ Косский?». — Давос был хорошо знаком с этим именем. В конце концов, Гиппократа называли «отцом медицины».
«Да. Вы знаете его?».
«Я не знаком с ним, но я слышал о нем».
«Когда я пересекал Эгейское море, я хотел навестить его, но его там не было. Хотя многие врачи в Греции не соглашались с ним, но он вылечил многих людей».
Давос был тронут, увидев сожаление и восхищение Герпуса: «Хочешь потом стать моим помощником?».
«Большое спасибо». — с благодарностью сказал Герпус. В эту эпоху у большинства врачей есть традиция передавать свои знания от отца к сыну. Простолюдин, желающий изучать медицину, должен подписать договор, заплатить дорогую плату за обучение и служить ассистентом в течение многих лет.
***
1.Меды — древняя империя древнеиранского народа, говорившего на мединском языке и населявшего область, известную как Медия, между западным и северным Ираном.
2. Ассирия — месопотамское царство и империя.
3. Кир Великий был основателем империи Ахеменидов, первой Персидской империи.
4. Фапсак — древний город на западном берегу реки Евфрат, который сейчас находится на территории современной Сирии.
5. Радамант — один из судей мертвых, сын Зевса и Европы, брат Сарпедона и Миноса.
6. Кровопускание — забор крови у пациента для предотвращения или лечения болезней и заболеваний.
7. Гиппократ был греческим врачом эпохи Перикла (классическая Греция), который считается одной из самых выдающихся фигур в истории медицины.
Гиппократ;
 Глава 13 
«Гиоргрис, помоги мне сдержать Асистеса».
«Герпус, намочи лен в холодной воде и положи ему на лоб, затем другим льном вытри бока его шеи».
«Иелос, выжми вываренный лен и вытри его рану».
«Вынь нож из кипятка и нагрей его на огне».
Когда Давос взял нож, он колебался. В конце концов, предыдущие шаги были здравым смыслом, который могут выполнить современные люди. Но рана имеет форму клина, и ее необходимо вскрыть и обеззаразить. В своей прошлой жизни он только видел со стороны, как крестьяне получают раны в горной деревне
 
Он стиснул зубы и сказал: «Гиоргрис держи его крепко!».
Сказав это, он разрезал кожу ножом.
***
«Он затих!». — удивленно воскликнул Герпус.
Давос вытер рукой пот со лба, посмотрел на Асиста, который больше не сопротивлялся, и вздохнул с облегчением: «Продолжай обтирать его лоб и шею холодной водой, и обрати внимание на на его раны. Если ты обнаружишь, что оно покрыто гноем, следуй моему предыдущему методу и сделай ему еще одну чистку».
«Хорошо, Давос!». — В этот момент отношение Герпуса стало более уважительным, и он стал относиться к Давосу, как к своему учителю.
Давос взглянул на маленький кусочек дерева на земле, который был извлечен глубоко из раны, и почувствовал удовлетворение.
Он вышел из комнаты вместе с Иелосом и Гиоргрисом, а люди, ожидавшие снаружи, с тревогой бросились расспрашивать об Асисте.
«Ему гораздо лучше!». — с гордостью сказал Гиоргрис.
Люди удивленно начали шептаться.
Давос деловито сказал: «Асистес еще не вне опасности, эти два дня — самое опасное время для него, он должен полагаться только на себя, чтобы бороться со своей болезнью. Герпус позаботится о нем по моему методу».
Давос сказал Антониосу: «Обязательно давайте племяннику много воды, но помните, что нельзя заставлять его пить сырую воду, вода должна быть кипяченой, а затем охлажденной. Кроме того, когда он проснется, приготовь для него овсянку».
«Но он выплюнет ее». — неловко сказал Антониос.
«Если его вырвет, тогда покорми его снова. Он нуждается в пище». — Давос вздохнул, посмотрел на окружающих и сказал: «Асисту нужно тихое место для восстановления, не позволяйте другим людям входить и беспокоить его. Следите за тем, чтобы помещение проветривалось, а лучше просушите воздух огнем…».
Антониос серьезно запомнил это и наконец не удержался и задал вопрос: «Если все будет сделано, Асистес поправится?».
Давос молчит, если бы это было в его прошлой жизни, то бутылочка антибиотиков решила бы проблему. Но это первобытная эпоха, в которой мало врачей и лекарств, да и сам он не специалист.
Он не может сделать вывод и может только сказать: «Мы сделали все возможное. Теперь все зависит от него».
Он поспешил уйти, увидев взгляды людей, которые почитали его.
***
«Извини, я должен вернуться».
«Подождите, Давос скоро вернется».
Когда Давос и остальные вернулись на свое место, они увидели, что Матонис кого-то тащит.
Увидев Давоса, он радостно закричал: «Эй, Давос, наконец-то ты вернулся! Я привел для тебя Ксенофонта!».
Ксенофонт? Глаза Давоса расширились, а мужчина смотрел на него.
В глазах Давоса: Ксенофонту около 30 лет, он не очень высокого роста и имеет общие черты греков: черные вьющиеся волосы, высокая переносица, квадратное лицо, густая борода, а в особенности довольно широкий лоб и пара умных и проницательных глаз.
Когда Ксенофонт увидел, что Давос еще совсем ребенок, он был несколько разочарован. Вскоре он обнаружил в этом юноше нечто особенное: люди, стоящие за ним, которые явно старше его, окружили его так, словно он их вождь, и выделили его.
«Ксенофонт Афинский?». — спросил молодой человек.
«Да».
«Ученик Сократа?».
«Да». — Ксенофонт был еще более любопытен, все в его лагере знают, что он афинянин, но лишь немногие знают, что он ученик Сократа. Большинство греков, приехавших в Персию, — это бедные жители Ионии, Фессалии и Фракии. У них не было ни денег, ни земли, и они с трудом могли зарабатывать на жизнь, они могли только продавать свои жизни, чтобы заработать деньги, и, конечно, большинство из них неграмотны. Не говоря уже о Ксенофонте, который до сих пор никто, даже знаменитый Сократ Греции, о нем мало кто знает.
«У какого учителя ты учился?». — спросил Ксенофонт.
«Я не изучал греческий язык». — ответил Давос.
Его ответ ошеломил Ксенофонта. Его уверенность в своей неграмотности не позволила Ксенофонту развить в себе хоть каплю презрения.